Эдуард Успенский - Бизнес крокодила Гены и другие сказочные повести

И понеслась погоня по дороге.

Ещё долго прилетало издали тревожное конское ржанье.

— Стой! — сказал в это время Макар Домовому. — Припади-ка к сырой земле да послушай — не гонится ли за нами кто?

Домовой так и сделал.

— Слышу конское ржанье! Это Кощей нас догоняет! Но ничего, есть у меня один подарочек. На самый чёрный день держал. Василиса Премудрая мне его дала.

Домовой вынул из кармана носовой платок и бросил его на землю. Тут же сзади разлилось огромное озеро.

— Вперёд!

И снова застучали копыта.

..А к новому озеру уже подъезжал Кощей Бессмертный.

— Всем плыть! — приказал он.

— А как же вы? — спросил Чумичка. — Вы же утонете!

— Всем плыть! — повторил Кощей. — И ждать меня на той стороне! И коня моего возьмите. Баюн его поведёт!

Свита подчинилась. А сам Кощей остался на берегу и медленно стал входить в воду. Вот она дошла ему до плеч. Вот скрыла его с головой. Кощей шёл по дну.

Кони рассекали воду, а люди плыли рядом, держась за поводья. На противоположном берегу они сгрудились и стали поджидать Кощея. Он вышел из воды весь в водорослях и, не отряхиваясь, вскочил на коня.

Тотчас озеро пропало, словно его и не было.

…А Домовой с Макаром тоже плыли. Они переплывали Молочную реку.

Вот их кони прошли по кисельному берегу и принялись жевать траву.

— Смотри! — Макар показал Домовому на маленькие чёрные точки на противоположном берегу. — Опять они. Не уйти нам!

Домовой задумался. Потом достал из-за пазухи полкаравая чёрного хлеба, завёрнутого в тряпицу, стал отламывать кусочки и бросать на середину реки.

— Как не уйти! Уйдём! От хлеба-то молоко скисает!

Хлеб падал в реку, и там, где он падал, немедленно получались простоквашные завороты.

Их становилось всё больше и больше. Река забурлила и заволновалась всё сильнее и сильнее! И, наконец, свершилось — пошёл творожный ледоход!

— Этого нам не преодолеть. Ушли, — сказал подоспевший Кощей. — Слушай, Баюн, может, усыпишь их?

Кот прищурился:

— Далеко-у!

— Ну, миллиардский! — холодно произнёс Кощей. — Ты мне за это ответишь! Связать его!

И Кощей со свитой повернул назад к дворцу.

— Ну, а теперь куда? — спросил Макар, когда Кощей со свитой исчез в зелёных полях.

— Да к Плещееву озеру! — ответил Домовой. — Там все наши собираются.

— Вперёд!

И Макар с Домовым поскакали дальше.

Глава восемнадцатая

Перед битвой на Калиновом мосту

В полдень к дворцу Кощея Бессмертного прискакал запыхавшийся дозорный.

— Ваше величество, войско на нас идёт!

— Какое войско? Откуда?

— Не знаю, ваше величество. Только много их и все на конях!

— Тревога! — прокричал Кощей. — Эй, Чумичка, собери бояр немедленно!

Он прошёл в комнату, где хранилось волшебное зеркало.

Ну-ка, зеркало, скажи,Да всю правду доложи,Не грозит ли нам беда?Не идёт ли враг сюда?

Как всегда, в зеркале появился парень в белой рубахе. Он во все глаза смотрел на Кощея, но ничего не говорил.

— Отвечай, — приказал Кощей. — Что за войско на нас идёт? Кто командует?

— Не буду, — сказал парень.

— Почему?

— Меня Василиса Премудрая не для тебя выдумывала. А для Макара-царя. Чтобы он знал, что в царстве делается.

— Для Макара-царя? — усмехнулся Кощей и с размаху ударил рукой по стеклу.

Раздался стон, и зеркало выплеснулось из рамы тысячью маленьких искр.

В думе уже собирались бородатые озабоченные бояре. Все они были в кольчугах и при мечах.

— Все в сборе? — спросил Кощей.

Вместе с ним вошли Чумичка, Кот Баюн, Одноглазое Лихо и Соловей-разбойник с новыми золотыми зубами.

— Все, все! — дружным хором закричали бояре.

— По порядку номеров рассчитайсь!

— Первый! — крикнул боярин Афонин.

— Второй! — закричал Демидов.

И так далее до самого последнего боярина Яковлева.

— Отлично! — сказал Кощей. — А теперь слушайте меня! В нашей стране появился враг. Он хочет уничтожить нас. Ему не нравятся наши порядки. А нам они нравятся. Верно, бояре?

— Верно, ваше величество! — хором отчеканили члены царской думы.

— Так уничтожим его. Разобьём в пух и прах! — воскликнул Кощей.

— Ура! — закричал Чумичка.

— Ура! — подхватили бояре.

— А что за враг-то? — спросил самый недоверчивый из бояр — боярин Чубаров.

— Да у нас один враг, — разъяснил Чумичка, — Василиса Премудрая, да Макар ещё!

Кощей кинул на него предостерегающий взгляд. Но было уже поздно.

— А мне Василиса не враг! — сказал Демидов. — Она мне свечку волшебную подарила. Свечку-самосвечку!

— А мне Макар не враг! — закричал боярин Морозов. — Он меня на санях катал в детстве!

— И меня! — подхватил Скамейкин.

— А мне удочку подарил.

— А говорили, что царь в деревне! Выходит, наврали. Не пойдём против него воевать!

— Ах так? — сказал Кощей. — Не хотите! Ну-ка, Лихо, поучи их немножечко!

— Сейчас! — захихикало Лихо. — Уж я их!

Оно подошло ближе к боярам и стало ласково на них посматривать. И с боярами стали твориться странные вещи: боярин Афонин вскочил и ни с того ни с сего съездил боярина Скамейкина по макушке. Скамейкин не остался в долгу.

Он вцепился Афонину в бороду, и оба они покатились по полу.

У боярина Морозова вдруг подскочила температура и начался насморк. Носового платка у него отроду не было, и он совершенно не знал, что же ему с насморком делать.

Под боярином Качановым проломилась лавка, и он во всех боевых доспехах грохнулся на пол.

Не оказалось ни одного боярина, с кем не приключилась бы какая-нибудь беда. Уж на что боярин Яковлев был осторожен и всегда отходил в сторону, а всё равно у него вскакивала одна шишка за другой, появлялся один синяк за другим.

— Ну как? — спросил Кощей. — Пойдёте воевать?

Бояре не обращали на него никакого внимания.

— Ты уж меня извини, — говорил Афонин Скамейкину. — Это всё Лихо Одноглазое.

— А я, думаешь, собирался тебя за бороду таскать? — отвечал Скамейкин. — И в мыслях не было!

— Идёте воевать? — ещё раз спросил Кощей.

— Сам воюй! — ответил ему Чубаров. — Тебе Василиса тоже синяков наставит!

— А мы тебе не друзья! Обманщик ты! — поддержал Афонин.

— Не хотите, не надо! — сказал Кощей. — Ну-ка, Баюн, усыпи их! Пусть поспят до нашей победы.

Баюн вышел вперёд и взглянул сначала на одного боярина, потом на другого. И каждый, на кого он смотрел, тут же валился на пол и засыпал прямо на месте. Через минуту все бояре спали. Только храп раздавался.

Тут в думу вбежал Домовой под белым флагом. Он протянул Кощею письмо. Кощей развернул свиток и прочитал:

Кощею Бессмертному.

Предлагаем тебе явиться с повинною. Тогда тебя, может, пмилуем

— Ну что? — спросил Домовой. — Ответ будет?

— Будет, — сказал Кощей. — Пусть они сами являются. Тогда я их, может, помилую!

Глава девятнадцатая

Битва на Калиновом мосту

Митя с Бабой-Ягой ехали в избушке на курьих ножках позади богатырского войска. А войско уже приближалось к городу.

Баба-Яга строго-настрого запретила Мите выходить из избушки.

Но зато к ним всё время приходили гости. Посудачить немного и посмотреть на диковинного мальчика. Такой маленький, а уже умеет читать!

Вот прибежал Домовой в сапогах-скороходах поблагодарить Бабу-Ягу за чудесное яблочко — по блюдечку.

— Спасибо тебе, бабушка, от Ивана — Коровьего Сына, начальника нашего. Ему теперь всё видать, что у Кощея делается. Он ведь Кощей, что?

— Что? — спрашивала Баба-Яга.

— Он ведь, бессовестный, всех мужиков окрестных собрал и воевать заставляет. Кто, говорит, не пойдёт, у того семью погублю.

— Дела! — говорила Баба-Яга. — Ну, а ещё что нового?

— Военный совет идёт. Решают, кого против Лиха Одноглазого выпустить. Оно ведь такое — всё портит. Против него любой воин никудышным становится. И кони хромать начинают.

А потом пришёл Макар.

— Это ты, мальчик, со Змеем штуку выдумал?

— Я, дядя Макар.

— Спасибо тебе. Да говорят, ты ещё грамоте обучен. Верно ли?

— Обучен, дядя Макар.

— Иди ко мне писарем вместо Чумички. И жалованье хорошее. И работа неплохая. Лёгкая.

— Нечего ему в писарях делать! Молод ещё! — вмешалась Баба-Яга. — Пусть дома сидит, отцу с матерью помогает. А ты чего здесь крутишься? — накинулась она на царя. — Сначала с Кощеем совладай, а потом на работу зови!

Но Макар уже не слушал.