Ты за все ответишь - Эльвира Владимировна Смелик

доложил Бердников, справившись с подсевшим голосом и отчасти вернув выражению лица обычное самонадеянное безразличие.

– Да? – с сомнением выдохнула Кира, хмыкнула критично. – А по тебе вот не скажешь.

– Я просто жду, когда она уберёт, – опра-вдался Арс. – Чтобы мусор вынести.

Яся как раз поравнялась с последним столом, точнее, с самым первым в ряду у стены.

– А я уже всё, – заявила она, подошла к мусорной корзине, стоящей в углу кабинета недалеко от двери, вытряхнула в неё содержимое совка.

Бердников тут же показательно засунул в карман мобильник, оттолкнувшись от стола, тоже протопал к корзине, но, прежде чем подхватить её, с нарочитой небрежностью спросил у Киры:

– Пойдёшь со мной?

– Куда? – изумлённо округлив глаза, она перевела взгляд с Арса на корзину, потом опять на него и, хмыкнув, уточнила: – Ты меня приглашаешь до помойки прогуляться? – и, не сдерживаясь, рассмеялась: – Да ты, Бердников, оказывается, офигеть романтик. – Но не дожидаясь, что скажет Арс, дёрнув плечами, почти сразу выдала невозмутимо: – Ну пойдём.

Яся ещё не успела далеко отодвинуться, поэтому прекрасно заметила, как уголки бердниковского рта неуправляемо поползли вверх, чтобы растянуть губы в улыбку, счастливую улыбку. Но всё же Арс вовремя сумел взять себя в руки и превратил её в якобы самоуверенную ухмылку. А Кира и не скрывала, что довольна сложившейся ситуацией, не пытаясь притушить радостный блеск в глазах.

В общем, всё с ними ясно. Они даже не вспомнили про Ясю, когда уходили, Бердников, как обычно, не распорядился: «Ты поливай цветы, а я сейчас». Или «мы сейчас». Но Яся и без его напоминаний всё полила и даже за свежей водой сходила, убрала наполненные бутылки на место – в уголок за шкаф. А эти двое всё не возвращались, будто отправились не за сто метров от школы – к ближайшему контейнеру, расположенному прямо за оградой возле одних из ворот, – а минимум в соседний микрорайон. А может, они вообще стояли где-нибудь и болтали, слишком увлечённые друг другом и напрочь забывшие о существовании Яси, да и вообще всего остального. А ей что делать? Уходить или дождаться?

Интересно, а как бы поступила Романовская, если бы согласилась подменить Ясю? Арс и в её присутствии не упустил бы возможности позвать с собой Киру. Что бы почувствовала при этом Соня, представлять не хотелось. А что бы сделала? Устроила бы скандал, вцепилась в Бердникова и никуда не пустила? Или, наоборот, вцепилась бы в Киру, как раненая тигрица? Или на виду у сладкой парочки всё бросила бы и демонстративно удалилась? Ясе показалось, что тут имелось что-то общее с ситуацией, в которой оказались они с папой. Их желания тоже никто не спросил – просто поставили перед фактом. Хочешь или не хочешь, а принимай как есть, живи с этим, справляйся. И, если бы она втрескалась в Бердникова…

Ну нет, она точно не втрескалась. Хотя даже так немного обидно: что про неё забыли, что она сейчас торчит в кабинете одна и неизвестно чего ждёт. Наверное, и правда лучше уйти, тем более ключ останется у охранника – забрать можно в любой момент.

Яся почти решилась, посмотрела на висящие над доской часы, и именно в этот момент дверь в который раз открылась. Арс ввалился в класс один, торопливо приткнул на место мусорную корзину, потом метнулся к парте, на которой стоял рюкзак, сдёрнул его.

– Я ушёл, – сообщил, тут же ринувшись назад к двери и на секунду обернувшись в проёме, опять распорядился: – Запрёшь и ключ сдашь.

Вероятно, где-то там в коридоре или уже возле гардероба его поджидала Кира. Поэтому сказанное им «ушёл» не очень точно отразило действительность. Вовсе не ушёл, а улетел, умчался на всех парах. И к новогодней дискотеке их с Кирой уже воспринимали как сложившуюся крепкую пару.

Оказавшаяся в полном пролёте Соня Романовская ещё старательней создавала вид, что Арс для неё исключительно друг, что ей всё равно и ничего ужасного не происходит. А Яся с ним по-прежнему общалась, только когда возникала необходимость, достаточно буднично и ровно. Их ведь по-прежнему ничего не связывало: ни особая симпатия, ни антипатия. Они просто учились в одном классе, просто мирно сосуществовали поблизости, потому что так уж сложилось по независящим от них обстоятельствам. Но с началом нового учебного года всё почему-то изменилось – слишком неожиданно и необъяснимо, слишком сокрушительно и контрастно.

Глава 5

Раньше с ним подобного никогда не случалось. А как это происходило у остальных, Арса мало волновало. Да и о чём там особо заморачиваться? Всё элементарно, предсказуемо и банально до зевоты. Ещё со времён детского сада девчонки сами старались привлечь его внимание, чуть ли не соревновались между собой за место рядом с ним. Это льстило и забавляло, но иногда откровенно утомляло и напрягало. И тогда Арс не стеснялся высказать прямо, порой отшивал довольно жёстко, не испытывая чувства вины. Поскольку большинство сначала убегали, огрызнувшись или молча, сдерживая слёзы, но потом, с больной надеждой на то, что, если постараться, всё обязательно получится, всё равно возвращались. Почему? Зачем?

На самом деле Арс и тут не искал объяснений, просто точно знал, что на их месте ни за что бы так не поступил. Но он парень, а у девушек, возможно, какое-то своё особенное мировосприятие. Правда, разбираться в нём по-прежнему не возникало ни желания, ни повода. Тем более повышенный девичий интерес действительно тешил самолюбие, к тому же был неоспоримо выгоден. Во-первых, им можно было пользоваться так, что девушки не обижались и не возмущались, а только умилялись и радовались. Во-вторых, популярному парню позволялось и даже прощалось гораздо больше, чем откровенному лузеру. И разве плохо? Тем более Арс не требовал и не выпрашивал этих особых привилегий – они ему сами выдавались. Ну а сложности…

Такое ощущение, что большинство людей сами придумывали для себя сложности. Для чего? Чтобы страдать и переживать, наверное. Многие просто больные до всяких страданий, обожают «жевать стекло», даже когда давятся им и режутся. Ну и чтобы было о чём поговорить, если ни на какие другие темы не умеешь и не способен.

Например, взять Санька. Уже сколько времени он безответно страдал по Романовской? И в чём смысл, когда достаточно быстро стало понятно, что тут ему не обломится? Соня ведь не последняя девушка на Земле. Даже в классе полно не менее симпатичных по всем параметрам, а сейчас, когда они оказались в сборном десятом, рядом появились ещё и новые лица. Выбрать есть из кого,