Если ты, то я - Ивонн Вун

«БитБоп». Накануне вечером я все же написала ПостоянствоОбъекта, что уезжаю, хотя это событие ничего не меняло в нашей дружбе, поскольку она существовала за пределами географии.

Отправленное сообщение от ЛучСвета:

Я пишу, чтобы попрощаться. Ну, не совсем. Забавно, но только с тобой мне не надо прощаться, поскольку ты живешь у меня в кармане. Я переезжаю и перехожу в новую школу. Это школа-интернат, но не в традиционном смысле. Я мечтала поступить в нее много лет, однако теперь, когда надо ехать, мне вдруг стало страшно. Придется начинать жизнь заново, заводить новых друзей и самостоятельно привыкать к новому месту. Но больше всего я боюсь, что им не подойду. В эту школу очень трудно попасть, там будут одни сплошные умники. Может, меня приняли туда по ошибке? А что, если я не справлюсь? Я считаю себя умной, но, когда смотрю на настоящих компьютерных гениев этого мира, понимаю, что мне до них очень далеко. Наверное, я хочу, чтобы ты пожелал мне удачи.

Новое сообщение от ПостоянствоОбъекта:

Не забывай, что компьютерные гении начали заниматься всем этим лет на двадцать раньше, чем ты (ну только если тебе на самом деле не сорок). Серьезно, каждый до того, как стать кем-то, был никем. И еще думаю, что любой на твоем месте переживал бы.

Я и сам в этом году перехожу в другую школу, поэтому отлично тебя понимаю. Правда, она всего лишь на другом конце моего города, так что мне не придется расставаться с семьей и друзьями. Но я все равно волнуюсь, только ни с кем не могу поделиться своей тревогой. Я должен делать вид, что ни капли не боюсь, не показывать свои чувства, чтобы их не приняли за слабость. Может быть, каждый из нас прикидывается тем, кем хочет быть. Ну а если мы все постоянно притворяемся, то какая разница? Одним словом, желаю удачи, хотя уверен, что ты справишься и без нее.

ПыСы – а у тебя в кармане очень уютно!

Я вспыхнула. «Я и сам в этом году перехожу в другую школу». Неужели такое возможно? Заново перечитала его сообщение, ища между строк намеки на Фабрику, потом остановила себя. Куча людей меняет школу. Это не значит, что все они переходят в мою. И, кроме того, он не сказал, что будет учиться в интернате – просто в школе на другом конце города. Возможно, он живет в Кремниевой долине и действительно поступил на Фабрику, но, скорее всего, просто сменил учебное заведение в своем городке.

За окном мелькнула растяжка с надписью «Добро пожаловать в Пало-Альто». Я опустила стекло и попыталась перестать думать о ПостоянствоОбъекта.

Пало-Альто оказался именно таким, как я представляла: очень зеленым, овеваемым ветрами, раскрашенным в необычайно яркие тона. Гирлянды цветов обвивали дома и беседки. На лужайках вертелись разбрызгиватели, образуя сияющие ореолы из света и воды. Машины на подъездных дорожках блестели, в их ветровых стеклах отражалось небо.

Мы подъехали к воротам, оплетенным лианами с крупными алыми цветами. Среди вьющихся стеблей угнездилась стеклянная табличка: «ФАБРИКА».

Миновав ворота, мы оказались на ухоженной территории, засаженной апельсиновыми и лимонными деревьями. В конце подъездной дороги возвышалось украшенное лепниной здание с черепичной крышей и крытыми переходами. Оно было похоже не столько на школу-интернат, сколько на дорогой курортный отель, и я снова занервничала. Представила, как вокруг ходят богатые люди в белых халатах и пляжных сандалиях, как они принимают процедуры, лежа с кружками огурцов на глазах, как едят экзотические фрукты, накалывая их на шпажки. Будь моя мама здесь, точно бы не испугалась – она ничего не боялась. Как бы я хотела, чтобы она поделилась со мной секретом своего бесстрашия.

– Умница, – сказала я, разблокировав телефон, – думаю, мне тут не место.

– Принадлежность – это социальный конструкт, – ответила она.

Я нахмурилась, не совсем понимая, что она имеет в виду:

– Но ведь некоторые действительно чувствуют себя на своем месте среди этой роскоши.

– Нам только так кажется.

Жизнерадостный мужчина в серой футболке с логотипом Фабрики встречал прибывающих. Он заглянул в машину, улыбнулся мне и показал, куда ехать:

– Добро пожаловать.

Два корпуса – для мальчиков и для девочек – стояли через лужайку друг напротив друга. Они были построены в том же стиле, что и главное здание, и тоже увиты лианами. Возле корпусов толпились родственники новых учеников – доставали из машин сумки, заносили их внутрь.

Водитель вынул из багажника мой чемодан и поставил рядом со мной на обочину. Вокруг многочисленные родители любовались кампусом. Я вдруг ясно ощутила, что одна; что моя водолазка в такую жару кажется слишком теплой и мрачной и на ярком солнце выглядит изрядно поношенной; что у моей мамы никогда не будет такой классной машины, как вот эти, выстроившиеся перед корпусом. Что, если бы даже мама была сейчас здесь и помогала мне устроиться на новом месте, я все равно чувствовала бы себя чужой.

– Умница, скажи мне что-нибудь ободряющее.

– Ты можешь все, стоит только захотеть.

– Не это. Что-нибудь успокаивающее.

– Смелый – не тот, кто не боится.

– В смысле? Я вроде программировала тебя выражаться яснее.

– Самые смелые люди – не те, кто ничего не боится, а те, кто идет к цели, невзирая на опасности, унижения и трудности.

Опасности, унижения и трудности. Я сунула телефон в карман.

– Отлично. Спасибо за напоминание.

Какая-то семья поднимала по ступенькам здоровенный баул. Я закинула на плечо свой рюкзачок, взяла чемодан и пошла следом.

Общая гостиная в корпусе словно сошла со страниц журнала элитных интерьеров. «Запусти свой стартап в суперсовременном доме мечты с газовой плитой и изготовленными на заказ кремовыми кушетками с грязеотталкивающим покрытием. Насладись энергетическим напитком, любуясь видом на первую в мире самоподстригающуюся лужайку!»

Посреди гостиной за складным столиком сидела девушка и отмечала вновь прибывших. С кольцом в носу и ярко-красными волосами, она напоминала мне персонажа видеоигры и, как и аватар, явно была не в восторге от необходимости поддерживать вежливый разговор.

– Добро пожаловать на Фабрику, – сказала она дежурным голосом. – Я Кит, ваш местный помощник. Живу в комнате номер один. Моя задача – оказывать вам всяческую поддержку на протяжении всей программы.

Кит. До отъезда я изучила всех участников Фабрики за последние двадцать лет. Ее имя было мне знакомо.

– Я вас вспомнила. Вы поступили сюда несколько лет назад, да?

– В две тысячи четырнадцатом. В конкурсе не выиграла, – ответила она, не глядя на меня. – Имя?

– Шиа Чань, – ответила я, краснея. – Извините. Я уверена, что у вас был отличный проект.

– Незачем меня утешать, – буркнула она, набирая что-то на компьютере. – Я работаю над стартапом в области безопасности. А здесь подрабатываю, только чтобы не тратиться на жилье.

– Я лишь хотела… – начала я.

– Комната шесть, – перебила меня девушка, протягивая конверт.

– Спасибо.

Я поволокла вещи по ступенькам, украдкой заглядывая в комнаты, мимо которых шла. Везде толпились родственники учеников, они вешали на стены постеры и двигали мебель, отчего я почувствовала себя еще более одинокой.

Моя комната находилась на втором этаже в самом конце коридора. В ней был скошенный потолок, небольшая ниша, где стоял письменный стол, и два огромных окна с видом на лужайку. Солнечные полосы ложились на пол, нагревая деревянную поверхность. Здесь было прекрасно, несмотря на отсутствие толпы родственников.

За стенами раздавались смех и болтовня. Поскольку поговорить мне было не с кем, я активировала Умницу и принялась задавать ей вопросы, чтобы она составила мне компанию, пока разбираю сумки. Я часто с ней беседовала.

Вещей у меня было немного. Несколько газетных вырезок с Митци Эрст, которые я наклеила над спальным местом, и одежда, занявшая две полки в комоде. Покончив с этим, я уселась на кровать и открыла конверт, полученный от Кит.

Дорогая Шиа, добро пожаловать на Фабрику. Ты, как один из самых ясных умов своего поколения, – наше будущее. Инкубатор для гениев предоставит все самое необходимое, чтобы помочь тебе раскрыть свой потенциал. Все мы здесь стремимся изменить мир к лучшему. Надеемся, ты начнешь менять его прямо сегодня.

Мы полагаем,