Джоанн Харрис - Рунная магия

— Локи, — промурлыкала женщина. — Ужасно выглядишь.

Чары начали медленно раскручиваться, точно сонная змея.

Локи не без труда поднял голову.

— Стараюсь угодить.

Он заставил себя встать на колени, не сводя бдительного взгляда с рунного хлыста.

— О, не стоит беспокоиться.

— Мне не трудно, — заверил Локи.

— Вообще-то я немного о другом, — произнесла женщина, пригвоздив его к полу сапогом. — На самом деле я имела в виду, что больше не хочу беспокоиться из-за тебя.

— Это Скади, — сообщил Шепчущий.

— Охотница? — переспросила Мэдди, которая знала эту историю. По крайней мере, часть: как Локи хитростью лишил Скади возможности отомстить асам, а та в конце концов отплатила ему за это. — Та самая Скади, которая подвесила змею?..

— Та самая, — подтвердил Шепчущий.

Это, подумала Мэдди, все осложняет. Она рассчитывала, что разбуженная Спящая окажется дружелюбной и готовой помочь. Но это же Скади, Охотница-Лыжница, которая стала ваном, выйдя замуж за Ньёрда. Ее ненависть к Локи вошла в легенды, и, судя по всему, пять сотен лет нисколько не смягчили ее.

— А как же Локи? — спросила Мэдди.

— Не беспокойся, — равнодушно бросил Шепчущий. — Полагаю, она убьет его, и тогда мы вернемся к делу.

— Убьет его?

— Думаю, да. Тебе-то что? Он палец о палец не ударил бы, чтобы тебе помочь, если бы был на твоем месте, сама знаешь.

Мэдди уставилась на оракула.

— Ты знал, что это случится.

— Конечно знал, — подтвердил Шепчущий. — Чтобы Локи да не сунул нос во что-то мало-мальски интересное? А Скади всегда точила на него зуб пуще всех, с тех пор как асы убили ее отца Тьяцци, снежного великана, воителя Древнего века. Убили асы, но подстроил все Локи. На твоем месте я бы ей не мешал.

Но Мэдди уже сорвалась с места. Используя ледяной блок как прикрытие, она придвинулась ближе к противникам, Беркана скрючилась меж ее пальцев. В другом конце зала Скади глядела на Локи сверху вниз и холодно улыбалась.

— Ладно тебе, Скади, — произнес Локи, стараясь хоть немного восстановить свои чары. — Я думал, мы со всем разобрались. Прошло вроде бы лет пятьсот? Как по-твоему, не пора ли нам…

— Так много? — удивилась она. — А кажется, ты только вчера висел в цепях со змеей над головой. Хорошие были деньки, правда, Локи?

— Что ж, ты тоже почти не изменилась, — признал Локи, медленно заводя руку за спину. — Все такая же опасно привлекательная, с таким же восхитительным чувством юмора…

Локи пришел в движение с той самой сверхъестественной скоростью, которую Мэдди уже видела, и, вырвавшись из зоны действия чар Скади, бросил ей руну в лицо.

Мэдди успела узнать Юр, прежде чем Скади сбила ее ударом рунного хлыста. Кольцо развернулось, ударило, точно голубая молния, мимоходом раздробило Юр и улеглось на место. Составлявшие его колючие руны вгрызлись в мерзлую землю.

Локи увернулся, но с трудом. Рунный хлыст расколол пол, где он прежде стоял, и смахнул дюжину сосулек с контрфорса[6] в двадцати футах над головами, вновь взвившись в воздух, испещренный прожилками света.

Локи попробовал бросить другую руну, но не успел даже закончить жест, как Тюр, Воин, была выбита из его руки с такой силой, что пальцы даже онемели. И теперь он был загнан в угол, прижат спиной к стене, закрывая рукой лицо от Скади, стоящей над ним с воздетым рунным хлыстом. Мэдди видела, как Локи наставляет на Охотницу рогатки рун, но его чары были все выжжены, даже искорки не осталось.

— Слушай, Скади, — попробовал он, — прежде чем делать что-нибудь в спешке…

— В спешке? — повторила она. — Да ни за что. Я пятьсот лет ждала этого дня.

— Ну да. Рад, что ты сохранила силу, — произнес Локи. — Но прежде чем разрежешь меня на кусочки…

— Да что ты, Локи, разве я могу так с тобой поступить? — Она засмеялась, и все сосульки до самого ледяного свода зазвенели в унисон. — Это было бы слишком быстро. Я хочу насладиться твоими страданиями.

Локи приготовился выложить свой последний козырь, на его губах зазмеилась кривая улыбка. Отчаянный ход, несомненно, но он всегда был наиболее изобретателен в тяжелые времена.

— Ничего не получится, — сообщил он.

— Это почему же? — поинтересовалась Скади.

Локи усмехнулся. Он никогда еще не был так неуверен в себе, но это его последний козырь, и он сыграет его не без изящества.

— У меня есть Шепчущий, — ответил он.

Повисло очень долгое молчание.

Рунный хлыст медленно опустился на землю.

— Он у тебя? Где же?

Локи улыбнулся и покачал головой.

— Где?

В руке Скади угрожающе шевелился рунный хлыст, его кончик пытался дотянуться до Локи, точно ядовитые зубы змеи.

Локи нетерпеливо отмахнулся.

— Да ладно. Стоит мне сказать тебе, и я мертвец.

— Разумно, — согласилась Скади. — Ладно. Чего ты хочешь?

Мэдди замерла в тот самый миг, когда Локи упомянул о Шепчущем. В тревоге за Одноглазого она не сообразила, как опасно было брать с собой оракула в зал Спящих.

Зато теперь поняла это и принялась лихорадочно оглядываться по сторонам в поисках укрытия. К счастью, подумала она, ледяная пещера — быть может, единственное в Подземном мире место, где возможно спрятаться, поскольку световые подписи, прошивающие воздух, здесь такие яркие и такие многочисленные, что среди них даже мощные чары вроде Шепчущего могут какое-то время оставаться незамеченными.

Мэдди осторожно попятилась обратно за блок, за которым сперва укрывалась. Она поскребла его основание лезвием ножа и обнаружила, что может вынуть как раз столько мерзлой крупы, чтобы получилась дыра размером с Шепчущего. Запечатав дыру Юр и парой горстей слежавшегося снега, она изучила результат и решила, что сойдет.

Должно сойти, сказала она себе. Время поджимает, Одноглазый в тюрьме, и, хотя Локи едва ли друг ей, она не собирается так просто стоять и смотреть, как его зверски убивают. Поэтому Мэдди встала и спокойно пошла в сторону двух зашедших в тупик смертельных врагов.

Пока все нормально. Он выторговал немного времени.

Конечно, ему чертовски не повезло напороться на Скади, именно на Скади — Скади в ее полном обличье, злую, настороженную и сильную, как всегда. К тому же у Иса нет перевернутого положения, кроме того, Локи никогда не умел толком драться, даже в старые времена, полагаясь больше на ум, чем на оружие.

Ох уж этот ее рунный хлыст, мрачно подумал Локи. Несомненно, какой-то заговор Древних дней, когда еще хватало времени и сил, чтобы тратить их на подобную причудливую работу. Его самого хлыст не ударил — иначе он мог бы остаться без руки, но все равно Локи казалось, будто его треснули по костяшкам пальцев дубиной. Рука болела целиком, правая ладонь все еще ничего не чувствовала, и шансы сложить пальцы даже в самую простую руну в ближайший час были крайне низки.

Но он был жив, против всяческих ожиданий, и этого хватало, чтобы временно его подбодрить, по крайней мере…

Скади стояла спиной к Мэдди и узнала о ее приближении по внезапной боли, вспыхнувшей в глазах Локи. Она обернулась и увидела девочку не старше четырнадцати лет, которая уверенно шла к ним.

— Скади, — сказала девочка, — приятно познакомиться. Смотрю, вы с Локи увлечены беседой.

Локи сглотнул. Он проиграл во второй раз за день, и ощущение ему совсем не нравилось. Он слишком хорошо сознавал, что Мэдди может погубить его одним словом. И кто станет ее винить? Расстались они не слишком-то хорошо.

И все же, подумал Локи, надежда всегда есть. Его острый ум перебирал планы и возможности.

— Скади, — произнес он, — познакомься с Мэдди Смит.

Конечно, если Шепчущий у девчонки по-прежнему с собой, он пропал. И если она откажется подыграть, то он тоже пропал. Возможно, они оба пропали. Мэдди, конечно, сильна, но Скади намного старше и опытнее в битвах, а смертельный заговор на кончиках ее пальцев окончательно лишает их шансов, если дело дойдет до схватки.

Мэдди, однако, казалась веселой.

— Приятно познакомиться, Скади, — повторила она. — Полагаю, Локи сказал тебе, зачем мы здесь.

— Вообще-то нет, — возразил Локи. — Мы… беседовали о былых временах.

— Дело вот в чем, — начала Мэдди, наклоняясь и помогая ему встать. — Они поймали Одноглазого. И используют Слово.

Книга пятая

Спящие

И выйдет конь ал.

— Когда? — изумился Локи.

— Сегодня днем.

— Тогда, возможно, они его еще не использовали, — произнес он.

Скади уставилась на Локи.