Кристиан Пино - Атаназ и лягушка

Немного успокоившись, Гаспар положил в мешок провизию, взял железную палку и отправился на поиски своей возлюбленной.

Путь Гаспара лежал к озеру. Дойдя до него, он миновал маленький пляж, бывший свидетелем его злоключений, и углубился в лесные заросли, которые вели к степи.

Несколько часов спустя он достиг степи, но, не желая идти по ней ночью, решил переночевать в густой чаще, где никто не мог бы его потревожить.

Он проснулся на заре от утреннего холодка и собрался уже в дорогу, как вдруг услышал тоненький голосок: кто-то звал его по имени. Оглядевшись, он заметил серую лягушку, которой недавно спас жизнь.

— Гаспар, — сказала она, — тебе одному никогда не удастся достигнуть своей цели. Возьми меня с собой. Я тебе наверняка пригожусь.

— С удовольствием, — ответил молодой человек. — Даже если ты ничем не сможешь мне помочь, мне будет веселее идти с тобой.

И он положил лягушку к себе в карман.

Весь день Гаспар шел через степь под палящими лучами солнца; усталость снова заставила его остановиться. Вечер он провел, болтая потихоньку со своей спутницей.

— Представь себе, я впервые заинтересовалась людьми, — призналась ему лягушка. — Королева фей послала меня творить чудеса среди лягушек и других обитателей болота. Это увлекательнейшее занятие! Я открываю цветы кувшинок, зажигаю блуждающие огни, направляю полет скворцов; я лечу больных насекомых; наконец, я вношу фантазию в жизнь, которая без меня была бы довольно скучной.

— Как же твои друзья обойдутся без тебя? — вежливо осведомился Гаспар. Ведь я могу унести тебя очень далеко.

— Не беспокойся, у меня есть фея-заместительница, прелестная водяная паучиха, которой я передала свои полномочия. К тому же мне очень нравится путешествовать. Наконец, я обязана тебе жизнью.

— Странные вы создания, феи! Вы бессмертны, обладаете безграничной властью, и все-таки герои большинства сказок вынуждены вас спасать.

— Мы не принимаем помощи от кого придется, — жеманно сказала лягушка. — Но ведь и нам иногда нужно развлечься.

Они спокойно провели ночь на твердой земле и утром снова отправились в путь. Лягушка опять сидела в кармане Гаспара. Время от времени она спрыгивала на землю, производила разведку и по нескольким примятым травинкам или сдвинутым камням определяла, в какую сторону скрылся преступник.

— Кажется, я не ошибусь, если скажу, что мы имеем дело с великаном, заявила она. — Правда, в этих местах я знаю только одного, и он не способен на серьезные преступления. Он большой чудак.

К середине дня они достигли огромного озера, нежно-голубые воды которого простирались насколько хватал глаз.

— Чтобы обойти это озеро, нам потребуется несколько дней, — заметил Гаспар.

— Не к чему это делать, — сказала лягушка, — мы найдем лучший выход.

Левой лапкой она дотронулась до правой ноги молодого человека, и тот, к величайшему своему ужасу, почувствовал, что превратился в лягушку.

— Не волнуйся, — успокоила Гаспара его спутница, — когда мы преодолеем препятствие, ты снова примешь человеческий облик.

Она мелодично заквакала, и тотчас же у берега появился всплывший на волне цветок кувшинки. Они удобно устроились в нем, и цветок поплыл.

Переправа была довольно долгой.

— Я сейчас только заметил, как вы очаровательны! — сказал лягушка-Гаспар лягушке-фее.

— Воздержись от комплиментов, мой мальчик, — ответила она. — Ты в них раскаешься, как только примешь свой обычный облик.

Кувшинка продолжала рассекать воду. К вечеру она доставила наших путешественников к пляжу с мелким песком. Местность нельзя было разглядеть из-за дюн. Гаспар, который снова превратился в человека, и лягушка обнаружили там новые улики — большую лодку, втащенную на берег; от нее шли следы огромных ног, исчезавшие за дюнами.

— Я не вижу здесь женских следов! — простонал в отчаянии молодой человек.

— Великан мог легко унести девушку на руках, — сказала лягушка. — Пойдем осмотрим лодку.

В лодке они нашли наконец доказательство того, что они на верном пути. Под одной из скамеек лежал маленький платочек с вышитой на нем меткой «Э».

Гаспар оросил его слезами; лягушка немного насмешливо наблюдала за влюбленным.

На другой день, перейдя через дюны, Гаспар и лягушка были вынуждены остановиться перед пылающими зарослями кустарника. Очевидно, чтобы замести следы, преступник поджег траву.

— Пустяки! — сказала лягушка.

Она коснулась левой лапкой правой ноги молодого человека, потерла одну лапку о другую, и оба они тут же превратились в ящериц. Два маленьких зверька заскользили по горячему пеплу, избегая больших языков пламени и отдыхая время от времени на не тронутых огнем прогалинах.

Гаспар дал себе слово по возвращении домой выйти из состава пожарной команды поселка.

Пройдя горящий кустарник, спутники приняли свой обычный вид и снова пустились в погоню за великаном.

Сопутствовавшая им удача и тонкое чутье лягушки помогли преследователям без труда вновь обнаружить на мягкой почве отпечатки ног.

Рядом с огромными следами великана они увидели следы маленьких женских ног.

Еще одну ночь Гаспар и его приятельница провели в задушевных разговорах, наслаждаясь чистым, свежим воздухом.

На другой день они достигли холма, где возвышался большой замок со множеством башен и башенок.

— Это, несомненно, жилище великана Атаназа, — сказала фея.

— Вы его знаете? — спросил Гаспар.

— Нам известны вообще все аномалии мира. У королевы фей есть полный каталог великанов, драконов и других чудовищ, включая даже тех, которые живут на дне моря. Меня только поражает поведение Атаназа: ведь он имеет репутацию доброго малого. Он сам возделывает землю, хотя и у него бывают свои трудности, так как его пахотные земли слишком обширны. Ему нравится вырывать с корнем деревья и делать из них дубины; но он никогда никого ими не убивал. Кроме того, он пишет плохие стихи о цветах, птичках и бабочках.

— Я лично считаю, что он ведет себя безобразно, — заявил Гаспар.

Гаспар и лягушка уже подходили к замку, когда увидели, что подъемный мост опускается. Через мост перешел великан без малого пяти метров роста, одетый во все голубое; в руках вместо палки он держал небольшое дерево. Великан остановился на несколько секунд, чтобы зажечь огромную, как свекла, сигару, и затем направился в сторону пришельцев.

Он, казалось, удивился, заметив Гаспара, но не сделал никакого враждебного жеста и только спросил, не повышая голоса:

— Что вам нужно, молодой человек?

— Я пришел за тремя девушками, которых вы подло похитили, насильно разлучив с семьями. Вам придется отдать их мне, иначе…

Лягушка дернула своего друга за карман.

— Будь дипломатом! Не раздражай его зря, — шепнула она.

— Иначе что? — спросил миролюбиво великан.

— Иначе я сам найду их.

— Искать вам тут ничего не придется. Я у себя дома и пускаю в замок только тех, кто мне нравится. А ну, марш отсюда!

Но Гаспар не хотел ничего слушать.

— Я отниму их силой! — заявил он.

— Вы слишком назойливы и принудите меня проучить вас. Я могу причинить вам зло, — предупредил великан.

Вместо ответа сын сапожника поднял свою палку.

Великан замахнулся деревом.

Тогда лягушка спрыгнула на землю и тронула левой лапкой правую ногу своего друга.

В большом зале замка Эжени Колокэнт, Софи Сабейон и Мелани Миротон играли в карты.

— Я выиграла! — заявила Софи, бросив на колоду красную двойку.

— Ты вечно играешь против меня! — возмутилась Мелани.

— Вы слышите? — спросила вдруг Эжени.

— Нет, я ничего не слышу!

— Я тоже ничего!

— Слышите треск?

— Какой-нибудь мальчишка взрывает патроны, вот и все.

— Но здесь поблизости нет мальчишек. Все три девушки встали и подошли к открытому окну, которое выходило на лужайку перед замком. Они увидели там поразительное зрелище.

Великан стоял перед рыцарем, одетым в великолепные голубые доспехи, и раскачивался, словно дрессированная змея на хвосте. Рыцарь был вооружен блестящей, как алмаз, шпагой, от которой при каждом взмахе отскакивали длинные искры; когда искры попадали на великана, тот делал гигантские прыжки.

— Бедный великан! — сказала Мелани.

— Как странно! — воскликнула Софи.

— Прекрасный, рыцарь! — вздохнула Эжени. На лужайке перед замком противники продолжали обмениваться ударами, сыпались искры, а лягушка спокойно сидела в ожидании исхода битвы и квакала модную песенку.

— Сдаюсь! Сдаюсь! — закричал наконец великан. — Я не могу больше выносить такой тряски! Она наверняка вредно отразится на моем сердце.

— Я охотно прекращу бой, если ты дашь мне увести девушек, — сказал рыцарь.