Буравчик на звуковых волнах. Что мы слышим, и как это звучит? - Алексей А. Насретдинов
Разглядывание клавиш на пианино
Почему нот всего семь?
Буравчик вечером, за ужином, рассказал о своих деловых переговорах с Босленкой и о том, что Изабель Петровна, учительница музыки Босленки, пригласила Буравчика к себе на беседу. Родители переглянулись, папа сказал: «Ну что же, почему бы и нет?» Мама возразила: «Ты посмотри на его руки! Сплошные заусеницы, и ногти давно не стрижены. Нет!» А папа ответил: «Руки мы помоем, а ногти подстрижем. И сходим».
Папа созвонился с Изабель Петровной, и они пошли в музыкальную школу.
– Так вот ты какой, аленький цветок! – сказала Изабель Петровна. Она была одета в строгий костюм и очки. Волосы на голове были собраны в высокую замысловатую прическу. «Причем тут аленький цветок?» – подумал Буравчик. Но папа отреагировал нормально и сказал:
– Здравствуйте, Изабель Петровна. Босленка про вас много рассказывала.
– И я тоже много о вас с Буравчиком слышала. Ну что ж, посмотрим, что мальчик умеет?
Изабель Петровна попросила Буравчика подобрать на рояле несколько простых мелодий, песенок. Хоть Буравчик не видел до сих пор пианино и рояля, он успешно справился с этой задачей. Только ему мешали черные клавиши. Иногда мелодию можно было сыграть только на семи белых клавишах, но иногда их не хватало и приходилось использовать черные, это не очень нравилось Буравчику. Потом Изабель Петровна поговорила с Буравчиком о его интересе к музыке, потом напоила чаем, а потом попросила подождать Буравчика в коридоре, пока она поговорит с папой.
Буравчик вышел из кабинета музыки, сел на стул и стал думать. Пока папа беседовал с учительницей музыки, Буравчик набил на планшетнике вопрос писателю:
А зачем на рояле черные клавиши?
И почему нот – семь?
И он стал ждать папу и ответа. Ответ пришел быстрее.
Сидишь? Ну, сиди. Пока папа не пришел, давай попробуем разобраться, вопрос-то не очень простой.
Для начала вспомним, как вообще выглядит клавиатура фортепиано, пианино, рояля, на чем ты играл только что.
У рояля 88 клавиш, и они разбиты по октавам. В каждой октаве есть ноты: до, ре, ми, фа, соль, ля и си. Ноты называются, например, так: ля первой октавы или фа контроктавы. Все это относится к белым клавишам рояля. Черные клавиши более узкие и находятся чуть дальше и чуть выше белых. Кстати, не всегда они были черными. Раньше иногда красили белые клавиши в черный цвет, а черные делали белыми. Но сейчас мы привыкли именно к такому виду.
От до одной октавы до до следующей октавы добавлено ровно 12 клавиш: 7 белых и 5 черных. Можно было бы сделать 6 белых и 6 черных, музыка была бы та же самая. Эти 12 клавиш в одной октаве позволяют нам играть любую музыку. На скрипке нет клавиш, но на ней музыканты играют точно по тем же 12 нотам в пределах одной октавы. Разбивка на белые и черные клавиши носит условный характер, так сложилось.
А почему так сложилось? Все дело в том, что наша европейская музыка является развитием древнегреческой, пифагорейской музыки. Пифагор в VI веке до нашей эры обратил внимание на связь между звуками и математическими величинами и придумал музыкальный строй, набор звуков, с помощью которого было бы удобно играть музыку, – 7 звуков в пределах октавы, что приблизительно соответствует нашим 7 белым клавишам на пианино.
Но играть по 7 нотам вовсе не обязательно. Китайцы играли по 5 нотам (пентатоника), арабы по 17, индийцы по 22. Просто нам так привычнее, и все. Вот из-за привычки играть по 7 нотам и образовалось семь белых клавиш рояля. Но расстояние между белыми клавишами получилось неодинаковым. Между до и ре – один тон, между ми и фа – полтона. Чтобы у нас была возможность играть в любых тональностях, начинать нашу музыку с любой ноты, нужны дополнительные клавиши между белыми, там, где расстояние между ними большое, – то есть тона́. И получилось 5 дополнительных черных клавиш.
Но, повторюсь, разбивка эта не имеет почти никакого значения. На гитаре, скрипке, арфе, флейте таких разбивок нет, а музыку на этих инструментах можно играть не менее замечательную, чем на фортепиано.
Буравчик прочитал ответ, решил перечитать его еще раз дома и поспрашивать папу о непонятных местах. Тут папа вышел из кабинета музыки, взял Буравчика за руку, и они пошли домой.
– Ну что, хочешь учиться музыке? – спросил папа.
– Я мороженку хочу, – сказал Буравчик.
– Мороженку я тебе куплю, а учиться-то ты будешь?
Буравчику нравилась музыка, но зачем ей учиться, да еще и долго, много лет, он не до конца понимал.
– А можно я буду учиться играть не на скрипке, как Босленка, а на органе? – спросил Буравчик.
Папа задумался.
Так они и шли домой – Буравчик ел мороженку и ни о чем не думал, папа думал о том, что в жизни все непросто.
Эксперименты
Попробуй сыграть на пианино популярную песенку, подобрать ее, можно самую простую, или попроси папу и маму – но! – используя только белые клавиши. Начни с ноты до. Возможно, тебе не хватит белых клавиш и потребуется какая-то черная клавиша.
Теперь подбери ту же музыку, начиная с ноты ре. Я почти уверен, что одними белыми клавишами ты не обойдешься. Вот затем они и нужны, черные клавиши, чтобы играть разную музыку в разных тональностях, то есть для разных голосов, с разным настроением – просто разную музыку.
Буравчик и древние греки
Как сделать флейту Пана?
Буравчик читал книжку «Мифы Древней Греции». Про грозного Зевса, про Олимп, про борьбу Аполлона с Пифоном и про Дельфийского Оракула, про подвиги Геракла и про многое другое. В голове у Буравчика складывались яркие картинки, он как бы смотрел кино, и в этом кино звучала музыка.
Когда же Буравчик дочитал до описания жизни бога Пана, где тот на чем-то там играл, то задумался:
На каких инструментах играли в Древней Греции?
Поскольку в мифах про это писали мало, этот вопрос он решил переадресовать писателю.
Древняя Греция была очень давно, Буравчик: три тысячи лет до нашей эры, и в нашей эре немножко была. Потом она растворилась в Римской империи, которую, в свою очередь, растворили бородатые варвары, а варваров уже никто не растворял. Они сами растворились. Наука и искусство во времена варварских Средних веков развивались в арабском мире. Потом этот мир почти целиком растворили крестоносцы. Потом уже в Европе началось Возрождение, а потом придумали паровоз, чуть позже родились папа с мамой. Потом уже и ты. Вот как давно была Древняя Греция. В кратком изложении.
В Древней Греции очень любили заниматься разными видами искусства – как люди, так и древнегреческие боги, которых было очень много, почти столько же, сколько и древнегреческих людей (это ты уже успел заметить, пока читал «Мифы Древней Греции»). Но вернемся к музыке.
Самые древние музыкальные инструменты Греции относятся к I–II тысячелетию до нашей эры. Но расцвет древнегреческой культуры приходится на I тысячелетие до нашей эры. Это очень, очень давно. Из культуры Древней Греции выросла и наша культура, в том числе и музыкальная. Даже само слово «музыка» пришло к нам из Древней Греции.
Греки играли на струнных инструментах и на духовых, типа дудочек.
Самым известным древнегреческим инструментом была, видимо, лира. Лира, согласно мифу, была изготовлена Гермесом, богом торговли, из панциря черепахи, и подарена Аполлону, покровителю наук, искусств и света. Струны лиры изготавливали из жил, льна или конопли.
Кифара была уже гораздо более серьезным, да и более удобным музыкальным инструментом, чем лира. Она состояла из корпуса – узкой прямолинейной деревянной коробки, двух ручек и перекладины, соединяющей ручки. Струны были одинаковой длины, но разной толщины
