Необыкновенные куры для лучшего фермера-птицевода - Келли Джонс
Мы с папой подошли к библиотечной кафедре. Я протянула прочитанные книги. Мисс О’Мэлли улыбнулась.
– Чем я могу помочь тебе сегодня, Софи?
Но я не смогла выдавить из себя ни слова. Тогда папа спросил:
– Не могли бы вы подсказать нам телефон Сью с фермы «Бриар»? Мы нашли маленькую белую курицу, которую она потеряла.
Мисс О’Мэлли удивлённо вскинула брови.
– У Сью Григсон никогда не было белых бентамок. Вы всё равно хотите узнать номер её телефона, или подсказать вам другого фермера, который на самом деле их разводит?
Я затаила дыхание и скрестила пальцы. Вреда от этого не будет, но вдруг поможет, особенно когда речь идёт о волшебных курах.
– Она сказала нам, что у неё разные куры и какие-то пропали… – нахмурился папа.
Мисс О’Мэлли хмыкнула.
– Сью никогда не разводила никаких пород, кроме красных род-айлендов. Могу вас в этом заверить как президент местной секции Американской ассоциации фермеров-птицеводов. Возможно, вы не очень разбираетесь в курах, сэр, но уверяю: если это не красно-бурая птица, она точно не Сью Григсон.
– Она белая, вот такая, – я развела руки и показала, какого размера Генриетта, надеясь в душе, что она окажется намного меньше, чем эти красные род-айленды.
– У неё жёлтые лапы и маленький красный гребешок.
– Похожа на белую бентамку, – кивнула библиотекарша. – А их у нас разводил только Джим Браун. Ну, кроме фермы «Редвуд». – Она вздохнула. – Когда я узнала, что Джим умер, поехала проверить, всё ли в порядке с его курами, но ни одной не нашла. В ту неделю были бури, так что, возможно, они разбежались, когда корм кончился.
Она упёрла руки в боки и посмотрела на папу.
– Вы ведь получили ферму в наследство со всем её содержимым, верно?
Папа медленно кивнул.
Мисс О’Мэлли улыбнулась мне – настоящей улыбкой.
– Тогда эти птицы – на вашем попечении. Или вы не в состоянии присмотреть за одной-единственной курицей?
– Ну, вообще-то в состоянии, – пробормотал папа смущённо. – Мы просто хотели убедиться…
– Вот и отлично. Выставка домашней птицы – в июле; там будут и кур продавать – на случай, если вы и впрямь не сможете с ней управиться. Но ваша дочь много читала о разведении кур, так что вряд ли у вас возникнут трудности, – поспешила добавить мисс О’Мэлли.
Папе нечего было на это ответить. Промолчал он, и когда я набрала ещё книг о курах, и когда сообщила мисс О’Мэлли, что хочу назвать свою курицу Генриеттой, а она сочла это имя очень подходящим. (Я снова взяла «Куриный переполох в Хобокене», на всякий случай.)
Когда мы вернулись на ферму, папа помог мне срезать замок на дверце курятника и заново привинтил петли, теперь Генриетта снова могла спокойно жить в своём домике. Потом мы вдвоём вытащили старый деревянный стул из кучи мусора, и папа подпёр его бревном, так что я могла сидеть на нём, хотя одна ножка и сломана. Папа ещё побродил вокруг, но я умею ждать, да и стул мы нашли лишь один. Он послушал немного, как я читала Генриетте «Куриный переполох в Хобокене», а потом отправился домой, докладывать всё маме. Однако я заметила, что он ни разу не улыбался в смешных местах.
За ужином я узнаю, что думает мама. Надо будет снова скрестить пальцы под столом.
Te quiero,
Софисита
P. S. Как только буду уверена, что мне разрешат оставить Генриетту, постараюсь выяснить: вдруг та чёрная ещё одна суперкурица.
P. P. S. Ты замечала, как смешно куры бегают? Словно помесь тирекса и самолёта, и при этом изо всех сил машут крыльями. И кудахтают. Хорошо, что у меня есть курица!
17 июня
Агнес
Редвуд – товары для фермеров
Грейвенстайн, Калифорния 95472
Дорогая Агнес, я рассказала маме и папе о Генриетте. Они захотели сообщить о ней той леди, которая пыталась её украсть (сказала, что якобы потеряла своих кур), но мисс О’Мэлли открыла папе глаза. Почему ты не написала, что у этой леди только рыжие куры породы род-айленд?
Во всяком случае – спасибо, что прислала мне курс по птицеводству. Когда папа всё рассказал маме, она заявила, что я знать не знаю, как ухаживать за курами, а у неё нет времени меня учить. Но я ответила, что уже записалась на бесплатный курс, так что за лето всему научусь. Она удивилась, но похвалила меня. Мама очень ценит образование. Я показала ей мои записи и книги по птицеводству, которые взяла в библиотеке. Она их внимательно просмотрела, а потом сказала папе, что, раз мы собираемся жить на ферме, мне и впрямь стоит поучиться чему-нибудь полезному.
Папа (в последнее время он ходит как в воду опущенный, потому что никак не найдёт новую работу, да и дела на ферме, как оказалось, обстоят намного хуже, чем он ожидал) сказал, что у нас в этом году всё равно не будет денег на корм для кур.
Я догадываюсь, что, появись у нас деньги, мы бы сразу отсюда куда-нибудь переехали. Но не волнуйся: ехать нам некуда. Так что я и ему показала мои тетрадки, рассказала про куриный корм в железном баке в сарае и объяснила, что одна маленькая курочка наверняка съедает не так уж и много, но, если он поможет мне взвесить бочку, я могу на всякий случай рассчитать, на сколько ей хватит питания. (Я решила до поры не упоминать о той чёрной рябой курице.) И добавила, что, пока лето, делать мне нечего: я никого в округе не знаю, а те дети, которых я здесь встречала, наверняка неплохо разбираются, что и как на ферме, и мне стоит подучиться, прежде чем идти в местную школу. Потом я отправилась к себе на чердак и уселась читать книги из библиотеки – не могла больше разговаривать, меня душили слёзы.
А чуть позже мама с папой поднялись наверх, обняли меня и сказали, что я могу оставить Генриетту до тех пор, пока не закончится корм, но завести других животных мы себе позволить не можем. Но не переживай, я найду способ заработать немного денег, чтобы купить ещё корма, так что с Генриеттой и той другой курицей
