Юрий Туровников - Приключения Лики Снеговой

— Маква, — обратилась она к сыну вождя, — А твоя сестра не заблудится? Что-то ее долго нет.

— Что ты! — ответил тот, не поворачивая головы, — Уж если кто и сможет выбраться из чащи, так это Вагош! Джунгли ее второй дом. Она проходит обучение, как все следопыты.

— А если на нее нападет пума? — вышагивая по тропе, интересовалась Жанна.

— Кто?

— Ну, пума, кошка такая серая, — ответила девочка.

— Не понимаю тебя, — Маква потряс головой и посмотрел на Жанну.

Та нахмурилась, не зная, как объяснить, кто такая пума. Видимо, на языке индейцев хищник звался по-другому.

— Ну, такое большое животное, с когтями. У него круглые, желтые глаза, а на голове уши. Еще хвост длинный. Рычит еще так: РРРРР! — и Жанна попыталась воспроизвести рев пумы, выставив вперед руки и согнув пальцы, изображая когти.

Мальчик громко засмеялся:

— Ха-ха-ха! Да я пошутил! Я знаю, как выглядит пума, — и он снова засмеялся, — Извини, но ты так смешно показывала!

Жанна сначала хотела обидеться, но потом и сама улыбнулась:

— Да ну тебя! — Она махнула рукой.

Маква снова повернулся к тропе лицом и сказал:

— Вагош слишком хороша, чтобы попасться глупому животному. Тут главное не идти по ветру, чтобы зверь не учуял, а если что, она и по деревьям пройдет, как обезьяны. Не переживай за нее. Лучше моли своих богов, чтобы они отвели пуму от нас. Мы-то, может, и спасемся, а вот твоя сестра… — он замолчал и втянул ноздрями воздух, что-то вынюхивая.

— Что случилось? — спросила Жанна.

— Я услышал запах своей сестры. Слабый… Она нас догоняет.

Жанна тоже понюхала.

— Я ничего не чувствую. Она нашла траву, как думаешь?

Мальчик остановился и, повернувшись, произнес:

— Она ни за что не вернется пустой! Мы обязаны вам жизнью, и сделаем все, что в наших силах, иначе пусть боги проклянут все племя Многочитаев!

Жанна облегченно вздохнула. Это известие взбодрило девочку. Целебные травы придадут Лике сил, чтобы добраться до поселения индейцев, а там вся надежда на шамана.

Солнечный диск продолжал упорно скатываться к западу. Воздух перестал быть горячим, и по джунглям распространялась долгожданная прохлада. Одни птички сменили других. Маленькие и юркие пернатые создания попрятались, а их место заняли горделивые и величественные попугаи, которые при приближении путником вытягивали свои шеи, трясли ветви и кричали на разные голоса. Крылатые обитатели леса поражали своей красотой и обилием красок.

Даже Жанна, воодушевленная хорошими новостями, стала замечать красоту, царившую вокруг. Она приободрилась и стала крутить головой по сторонам, разглядывая диковинных птиц, которых не встретишь ни в одном зоопарке. Она даже начала улыбаться!

И тут тропинка резко повернула вправо. Маква остановился, и Жанна, не смотревшая вперед, едва не столкнула его в овраг, что преградил им путь. Путники очутились под тем самым манговым деревом, на котором еще совсем недавно ночевали девочки. Именно на его ветвях они держали оборону, когда отбивались от настырной и голодной пумы.

— Трудно будет перебраться с Ликой, — мальчик призадумался, — А как вы перешли, тоже через бурелом? — Он посмотрел на Жанну.

Та опустилась на колени и отщелкнула ремешки. Сын вождя последовал ее примеру.

— Какой бурелом?! — удивилась Жанна, — Ты эти кусты видел? У них колючки больше, чем у дикобраза! Мы в обход, вернее, в облет.

— Как это? — Маква непонимающе посмотрел на девочку и наморщил лоб, — По воздуху?!

Жанна закивала и указала на лиану, растянутую над оврагом:

— Мы переползли. Я с той стороны бросила лассо на этот пенек, — похвалилась она, — А потом оп-оп и все!

— Молодцы! А мы все поцарапались, пока продрались через кустарник. Я не додумался так сделать. Вы очень умные девочки. Из вас получатся хорошие охотники или следопыты. Можно попробовать перетащить носилки по лиане.

— И как это, интересно, мы сделаем? — спросила Жанна.

— Я все придумаю, но позже, — ответил мальчик, — Не знаю, как ты, а я устал. Надо отдохнуть, поесть и поспать. Мы проделали большой путь. Не уж-то тебя не клонит в сон?

Жанна пожала плечами:

— Я не особо устала, только ноги вот болят. Возможно, во всем виноват огненный дуб. Мы ведь на нем целую ночь проспали. Лика говорила, что он придает сил, — она посмотрела на сестру и тяжело вздохнула.

Лику продолжало трясти в лихорадке. Жанна заботливо смочила ей губы, капнув на них немного воды. Маква тем временем забрался на дерево и сбросил в траву с десяток спелых и сочных плодов. Мальчик так ловко перебирался с ветки на ветку, что любой одноклассник Жанны обзавидовался бы. Таких ловких и сильных ребят она еще не видела. Ни теперь, ни тогда, десять лет назад.

— Из тебя бы получился хороший гимнаст! — сказала Жанна и покраснела, как помидор. Маква ей очень понравился, — Ты бы мог выступать на олимпиаде…

— Я ни слова не понял из того, что ты сказала, — честно признался индеец, — Странный язык в твоем племени. Вроде и понятно, а вроде и нет, — Он широко улыбнулся.

— Ну, — начала объяснят Жанна так, чтобы мальчик понял, — Гимнасты — это люди, которые делают различные выкрутасы на специальных ветках. Они могут даже крутиться вокруг них на одной руке! А олимпиада — это когда собираются гимнасты с разных племен и выясняют, кто из них лучше умеет крутиться и все такое. Как-то так, — закончила она.

Маква кивнул, в знак того, что все понял, и сел, прислонившись спиной к стволу дерева. Взяв один плод, он вытер его о штаны, и впился в сочную мякоть зубами.

— Жаль, что Лика не может есть, — вздохнула Жанна, подбирая один манго, — Она их очень любит, — и она положила один плод в рюкзак, для сестры.

Сын вождя уже расправился со своим завтраком, или обедом, когда Жанна протянула ему конфету.

— Возьми, это очень вкусно.

— А что это? — спросил Маква.

— Шоколад. Правда, он немного растаял на жаре, но от этого не стал хуже. Ешь.

Мальчик покрутил конфету в руках и уже собрался отправить ее в рот, как Жанна громко засмеялась и замахала руками:

— Подожди, ее надо развернуть! Дай сюда, — Она взяла конфету, развернула фантик и протянула обратно Макве, — Бумагу не ешь.

Вязкий шоколад принял неопределенную форму, но принялся источать такой аромат, что у мальчика заурчало в животе. Он слизал сладость языком и закрыл от удовольствия глаза:

— Вкусно!

— Еще бы! — согласилась Жанна, — Я могу целую гору съесть! — Она призадумалась и уже шепотом добавила, — По-моему, я только что придумала кариес…

Утолив голод, ребята растянулись на траве. Маква задремал под чириканье птиц, а Жанна погрузилась в свои мысли. Она думала о том, что сказать папе с мамой о том, что с ними произошло. Что будет с Ликой? Потом стала думать, куда же подевалась Вагош, и почему ее так долго нет, ведь Маква учуял ее запах?

Солнце почти спряталось, и джунгли погрузились в сумрак. Пернатые обитатели леса замолчали и разлетелись по своим гнездам. Тишину нарушали только шелест листвы и тихое посапыванье маленького индейца. Жанна вглядывалась в бледное лицо своей сестры и нежно поглаживала ее ладонь. Девочка задремала, казалось, всего на секунду, а когда снова открыла глаза, то оказалось, что уже наступила ночь.

Маква уже не спал. Он замер возле дерева и не шевелился, совсем, как его отец — старый вождь, когда девочки впервые его встретили. Мальчик вслушивался в джунгли. Жанна огляделась. Свет звезд не проникал сквозь густую листву, а месяц кое-как умудрялся протискивать через нее свои редкие лучики, но это не помогло: девочка ничего не смогла разглядеть. Зато шум она услышала сразу и насторожилась, встав на ноги и крепко сжав рукоятку папиного мачете.

Раздался хруст веток, и из чащи буквально вывалилась Вагош. Девочка села возле брата, достала из-за пазухи пучок травы и бросила ему на колени. Потом схватила сразу два манго и принялась жадно есть. Маква тем временем, разжевал добытую сестрой спасительную растительность, и сплюнул получившуюся зеленую кашицу в ладонь и стал втирать в щеки Лики, причем и с внутренней стороны тоже. Когда с трапезой было покончено, Вагош вытерлась рукавом и сказала:

— У нас совсем мало времени. Людоеды идут по нашему следу. Я петляла, сколько могла, но, рано или поздно, они нас найдут. Надо успеть добраться до города. Я отдохну две звезды, и пойдем, — сказав это, девочка свернулась калачиком и засопела.

Жанна на четвереньках подобралась к Макве:

— А что значит: отдохнуть две звезды?

Мальчик показал пальцем в ночное небо, кусочек которого был виден сквозь кроны деревьев:

— Видишь во-о-он те три звезды? — Жанна кивнула, — Так вот, сейчас месяц напротив маленькой, потом будет напротив средней, а как доберется до самой большой — время будить сестру.