Два Поттера - Jana Mazai-Krasovskaya

И тут слово взял Гэри, а тот, как известно, за ним в карман никогда не лазал. Постепенно разговорился и Гарри. А потом дамы-волшебницы проверили, как у Гарри получаются Люмос и Агуаменти, спросили, что он прочитал про историю магии и что об этом думает, и остались совершенно довольны. Что уж говорить о Гарри — тот вообще чувствовал себя именинником — его еще никогда не хвалили настоящие профессора, да еще обе сразу! И тортик...

* * *

— Ну как тебе? — первым делом поинтересовался Гэри, стоило им добраться до спальни.

— Ну… вроде нормально все прошло? Как думаешь, я им понравился?

— А понравились ли они тебе?

— Ну… да.

— А кто больше?

— Не знаю. Мне кажется, я только что понял, как здорово, что у нас тут… Дурсли, семья, дом. Пусть они и заколдованы, но они ведь нас не просто терпят, правда? Тетя просто радуется. И не боится. Никто. Это так невероятно. И страшно.

— Не понял…

— А если я что-то сожгу? — пробормотал Гарри, и его передернуло.

— Ты хочешь что-то сжечь? — удивился Гэри.

— Не-е-ет…

— Ну и о чем мне волноваться? Пфе.

«Ну как можно так несерьезно относиться к опасности?! Это потому что он не знает… А вдруг он тоже начнет меня бояться, как все тогда? Гэри… бояться? Его? Хм». И Гарри решился.

— Я однажды поджег девочку, — заставил он себя произнести самое страшное, и замер, кажется, не дыша.

— Из-за чего?

— Потому что я идиот, и все не так понял… Она просто хотела, чтобы я, — слезы навернулись на глаза, но Гарри продолжил: — Чтобы я показал, как рад, что мне пришло письмо. Ну, от Дэна с Вилли. Потанцевал… А я…

Гэри не сразу смог взять в толк, что так подействовало на Гарри, но наконец сообразил.

— Ну и дура, — припечатал он.

— Она?

— Ну не я же. Хотя она и правда не виновата. Откуда ей было знать, что магов дразнить нельзя? Особенно таких нервных и необученных.

— Так я же и сейчас…

— Так ты уже учишься. А нервы мы сейчас пойдем укреплять…

— А может, не надо?

— Надо, Поттер, надо… Расскажу-ка я тебе, как мы ночью с мадам деканом Гриффиндора в старых школьных журналах твое имя дописывали. Ты теперь учился сразу в двух классах, учти, в своем и параллельном, — хихикнул Гэри.

И он начал свой рассказ, по окончании которого Гарри снова офигел. Это как, взять и превратиться в кошку? А потом обратно? И он так сможет? Интересно, в кого, в барсука было бы клево… А еще он понял, что никогда столько не смеялся. И Гриффиндор — это тоже, наверное, классно.

Глава 13. Прощай, Гарри Поттер, или Бедный Гринготтс

«Все-таки неудобно называться Гэри и Гарри», — решили наконец мальчишки после того, как тетя по совету волшебниц и с полного, но слегка опрометчивого согласия племянников на следующий день решила как можно активнее обращаться к ним за помощью. Гарри не раз и не два приходилось нестись в дом из садика, в котором ему дел всегда хватало, когда звали вовсе даже не его, ну и Гэри тоже, только наоборот, из дома в садик.

— Кстати, у тебя же другое имя есть, Джек? Типа псевдоним?

— Точно, да! Я же Джек Дэнвилл, — произнес Гарри и вдруг ощутил, как ему это нравится.

— Сам придумал?

— В больнице…

Тут Гарри пришлось снова рассказывать, а закончил он неожиданно для себя самого:

— А давайте вы меня так и будете звать!

И в ответ получил еще более неожиданное:

— А давай мы тебе имя твое... того, узаконим?

— А так можно, что ли?

— По крайней мере, за спрос твои родственники денег не берут, я проверял!

С новым именем все решилось удивительно быстро. Большая часть документов хранилась в мэрии, где теперь работал дядя Вернон, причем далеко не последним клерком. Так что всех-то дел — написать заявление, попросить расчувствовавшуюся до слез тетю подписать — девичья фамилия на нее произвела неизгладимое впечатление — и денек подождать. А вот когда дядя явился домой с новыми документами Гарри…

— Я Джек Дэнвилл Эванс! — провозгласил Гарри и, к удивлению всех присутствовавших, а именно: вечно любопытного Гэри, гордого своей пробивной способностью и политическим весом в пределах одного небольшого городка мистера Дурсля и готовой почти ко всему его дражайшей супруги, секунды на три засветился странным призрачным светом, неярким и довольно приятным.

— Ого, ты прямо как старая лампочка, — отметил Гэри, словно это все было привычным делом.

— Почему старая?

— Засветился неярко и сразу погас.

— А…

И потом день пошел своим чередом, только тете и брату почему-то оказалось так легко начать называть Гарри Джеком, что о том, что его звали иначе, в доме перестали вспоминать очень быстро. Ну вот же он, подвижный, лохматый, зеленоглазый… вылитый Джек! А что засветился, так у него и с Люмосом то шарик света, то луч из пальца, то вся рука вместо фонаря — чему ж тут удивляться-то? Радуется так, видно.

А Гэри снова пришла неординарная идея…

— Слушай… а мы ведь так и не поразвлекались толком! — выдал он после того, как проверил, хорошо ли Джек одолел очередную главу «Истории магии».

И по тому, как заблестели его глаза, Джек понял, что сейчас что-то будет. И точно. Они же еще ни разу не пробовали друг дружку копировать! А ведь и правда, можно пошутить. Только не с техникой, хотя… вот тетя удивится, когда Джек, точнее, Гэри, изображающий его, прекрасно возьмет и пропылесосит что-нибудь или лужайку подстрижет! А вредничать они не будут — зачем? Всех-то дел было — купить цветные линзы, ведь очков у мальчиков не было давно — как ни странно, после сотрясения у Гарри зрение нормализовалось, а Гэри так и сроду очков не носил.

Решить этот вопрос удалось в течение пары часов — пяти минут хватило, чтобы получить еще немного наличных от гоблинов, а вот потом они едва не обломались: в Литтл-Уининге не продавались цветные линзы, точнее, продавались, но спроса не было, и хозяева «Оптики» их давным-давно не заказывали.

— Но может быть, с того времени что-то завалялось? Нам очень нужно, для праздника, понимаете? —