Два Поттера - Jana Mazai-Krasovskaya

разу не пришел со времени появления в доме Гарри. Его почти заменила Минерва, и, конечно, очень помогла. Вот ведь ужас: Гарри едва не разнес все вдребезги там, где жил, и сам чуть не погиб — Петунья вспомнила страшное слово «обскур», которое сначала не поняла, но после объяснения Минервы прямо все внутри захолодело.

Петунья улыбнулась, вспомнив, какими глазами смотрела такая важная и очень сухая и чопорная дама на одиннадцатилетних Поттеров, дружно свернувшихся на диване и крепко спящих — она тогда впервые увидела, что декан Гриффиндора, в сущности, просто немолодая и уставшая женщина… То есть тоже человек, а не вобла сушеная, хотя это определение очень даже соответствовало маске, с которой та не расставалась.

Хорошо, что она теперь у них часто бывает, не даст ошибиться… Задания для Гарри передает, тот уже учится. И зелья исправно приносит. Кстати, может, Снейпу из-за этого времени не хватает, все варить приходится? Как нехорошо-то. Точно, надо будет сегодня ему с Помоной кекс послать! О, а лучше два, у них же там чары сохранности, точно.

И Петунья Дурсль удалилась на кухню, чтобы встретить вечер, супруга и дорогую гостью во всеоружии.

* * *

А мальчики все разговаривали и разговаривали, хотя это было не всегда просто — каждый считал, что в «предыдущей жизни» ему было чего стыдиться, вспоминать об этом было болезненно, и признаваться совершенно не хотелось… Но кому признаться, как не самому себе? А тут почти так и было. Ведь когда к тебе участливо склоняется практически твое собственное лицо, как не поделиться сокровенным? Тем более что брат — «могила», Гарри, кстати, очень понравилась такая клятва. А потому он наконец признался новоявленному братцу, где провел почти все свое детство.

Результат получился довольно неожиданным. Гэри напросился на экскурсию в чулан, по-деловому все осмотрел, и…

— Прикольное местечко, — оценил он. — Уютненько.

Гарри открыл рот, но спросить ничего не успел — Гэри шлепнулся на топчан с тощим матрасом и поднял на него взгляд — такой, что стало понятно: он сейчас тоже кое-что расскажет. Не особо приятное, и прежде всего для него самого.

Гарри присел рядом и приготовился слушать, но к такому, как оказалось, он готов не был.

— Мы как-то раз вообще месяц под мостом жили. Когда мать в участок попала, а хозяйка нас без нее и без денег из дома выперла. Братьям по три года, ни черта не понимают, все время хнычут, а не хнычут, так ревут, и все время просят жрать. Сестренка все время пропадает где-то, ну, еду кому-то приносить надо. Я бы и сам тогда пошел, да их не оставить — сидел, как дурак. Нянька, понимаешь ли. Спасибо, лето было, хотя все равно намерзлись, особенно когда под дождь попадали. Костер жечь нельзя — поймают, отправят в участок, а там бы нас всех разделили по разным семьям, на воспитание. Это сейчас я думаю, что это могло было быть лучше, а тогда… Правда, мать тогда вернулась с деньгами и новое место нашла, получше прежнего немного. Но до таких хором… — Гэри обвел взглядом скошенный, в трещинах, потолок. — Я тогда и не мечтал даже.

И Гарри понял, что все его беды это как-то… иногда даже можно назвать хорошей жизнью. И вообще грех печалиться. Он хотел было спросить Гэри про его мать, но тот почти никогда не говорил о ней, ясно было лишь, что это та еще проблема. Да, у Гэри было куда больше оснований не желать возвращения прошлой жизни. И… он ему точно поможет! Вот только научится как.

— А ты знаешь, что ты богач? — перескочил вдруг на другую тему Гэри. — Ты прости, что я не сказал, просто как-то к слову не приходилось, а потом как понеслось вот это все…

— Иди ты… — нахмурился недоверчиво Гарри.

— А я в твоем сейфе был, — ухмыльнулся Гэри и достал чековую книжку. — Держи. Твое.

Гарри вертел в руках странный документ, по виду этак прошлого века, если не позапрошлого. Вот только надписи были свежие, ничуть не выцветшие.

— И что с этим делать? — спросил он, уже привыкнув, что Гэри знает почти все, а если не знает, то в течение самого короткого времени раскопает.

— Я что думаю… выписывать-то ты должен, ты же настоящий хозяин. У меня не получится, — Гэри грустно ухмыльнулся. — Я пробовал. Ты у нас волшебник, так что давай, вперед. Рисуй и богатей.

Удивляться Гарри устал, а потому просто черкнул небрежно цифру «сто» и свою фамилию.

— Ха! И ничего!

— А ты что хотел, чтоб на тебя сразу деньги водопадом посыпались?

— Ну, — пожал плечами Гарри. — Откуда мне знать, как это бывает?

И в следующую секунду удивленно взвыл, потому что обе руки его, которые до этого момента лежали на столе, оказались погребены грудой довольно тяжелых золотых монет.

— Это что за?.. — он затруднился продолжить.

— Судя по золоту, это галлеоны. Ты же не написал, какие деньги тебе нужны, маггловские или магические, вот и дали… как магу. Хотя если ты не уточнил, могли и меди насыпать. Эти, как их, кнаты.

— Золото? Точно, галлеоны… И куда мне с ними?

— На Косую аллею, в магазины. Забыл, что ли? Да ты же ходил туда с Хагридом!

— Ну… где мы и где Косая аллея, — задумчиво произнес Гарри, но по виду было ясно, что уже призадумался над тем, что мог бы там прикупить. А может, над тем, что на метлу не хватит, а вот на новую волшебную палочку — вполне. Жалко, что старая в школе осталась. Хотя… Как Гэри мог объяснить, зачем ему палочка? Наверное, Олливандеру обратно отдали. Ха, если так, то новую тот ему должен!

Гарри встрепенулся — мечтать хорошо, но кто его поведет-то на Косую, тетя, что ли? Взрослых волшебников они давно не видели, хотя тетя говорила, что приходили. Хотя… что, если с Гэри смотаться? Без взрослых-то куда заманчивее… Он же тоже там был уже! Но тогда надо обычные деньги — хотя бы на автобус. А еще лучше на электричку, на ней побыстрей.

— Погоди, оно обычные тоже дает?

— А ты напиши в фунтах, увидишь.

Гарри недолго думая написал ту же самую цифру и значок фунтов стерлингов.

Появились две бумажки по пятьдесят, хотя подождать пришлось немного дольше.

— Они что,