Снежный июль, или Мои волшебные каникулы - Хеля Андерсон

вот яблони-то у нас под окном нет. Да и не цветёт яблоня в конце августа. Спрашиваю: «Мама, а чем ты дома побрызгала?» А она в ответ: «И тебе доброе утро, Катюш. Ничем не брызгала. Это яблоня под окном цветёт, я форточку посильнее открыла. Здорово, правда?» Я ничего понять не могу, говорю: «Какая яблоня?! Под каким окном?!» А мама спокойно так, будто всё как всегда: «Под кухонным. Ну, она не совсем под окном. Она на рельсах трамвайных откуда-то взялась и вся в цвету. А аромат такой сильный, что даже дома почувствовать можно».

Я как это услышала, чуть в обморок не упала. Побежала на кухню, потому что только там у нас окна выходят на ту сторону, где остановка трамвайная. Смотрю — и что, ты думаешь, вижу? Да! Прямо посреди рельсов растёт яблоня, больше на облако белое пушистое похожая, чем на дерево. С двух сторон стоят трамваи, из-за неё проехать не могут, а объехать что-то трамваю вообще невозможно. Вокруг люди столпились: кто-то фотографирует, кто-то просто глазеет. Тут Соня звонит, у них тоже окна кухни выходят на трамвайную остановку.

— Катя! Ты видишь это?! Получилось наше колдовство! Только что-то мы неправильно, наверное, сказали, раз не так всё гладко вышло.

— Да уж. Надо теперь обратно всё расколдовать. И ещё так сделать, чтобы дорога починилась. Встречаемся внизу!

Мы почти сразу на улицу выбежали. Только вот книги на лавочке не было. Но это и так понятно было. Правда, я всё равно надеялась. Мы даже по двору её поискали: вдруг малышня куда-нибудь утащила, не понимая, насколько важная вещь. Но нигде ни странички не было.

Мы вышли из двора и смотрели издалека на яблоню, которую сотворили. А вообще, она у нас очень даже красивая получилась. Понятно, что мы не на такой эффект рассчитывали, но такой аромат потрясающий!

Тут приехала машина грузовая, из неё выпрыгнули трое дяденек с лопатами и начали нашу яблоню выкапывать. Мы аж обомлели с Соней. Копали они, копали и вот уже давай наше дерево вытаскивать из земли. Там, в земле, оказались настоящие корни. Вытащили, затем в грузовик кое-как погрузили и увезли. Люди начали расходиться. Приехали ремонтники, установили знаки, что проезд по дороге закрыт, повесили объявление о начале ремонтных работ. Мы с Соней вроде грустные, но и не грустные: нет же яблони, значит и исправлять нечего. Что? Дорога? Мы подумали, что этим пусть профессионалы займутся, тем более книгу мы не нашли. А заклинаний для ремонта дороги мы не знали.

На следующий день просыпаюсь, а дома опять такой аромат, будто яблоня на месте. Я бегом в кухню, смотрю в окно: дерево снова там, где и вчера повилось. «Вот это номер!» — думаю.

Встречаемся с Соней, давай снова думать, что делать. И ничего придумать не можем. Грустно нам. Книгу опять искали, не нашли, конечно. Тем временем яблоню снова выкопали и увезли куда-то. Мы не выдержали с Соней и разревелись. А тут мимо шла Надежда Петровна. Она физику в университете преподаёт, и у неё миллион шёлковых платков. Я сколько её знаю, ни разу в одном и том же платке не видела. И вообще, вся она очень красивая и всегда к детям добрая, хоть и выглядит строгой. В общем, сидим мы с Соней на заборчике и плачем себе тихонько.

— Кто вас обидел, девочки?

— Мы сами себя обидели, ― говорю ей и вдруг как зареву!

Сама от себя не ожидала такого. И Соня со мной хором.

Надежда Петровна посмотрела на нас внимательно и рядом на забор села. Ни слова не говорила, ждала, пока сами успокоимся. И вот закончились у нас все слёзы, а она:

— Рассказывайте по порядку, что с вами приключилось. А я подумаю, чем смог помочь.

И уж не знаю почему, но всё-всё мы ей рассказали: и про книгу, и про дождь, и про то, как яблоню нам во дворе хотелось наколдовать, а она появилась за домом и теперь её куда-то увезли. Надежда Петровна нас слушала, не перебивала и не ругала, кивала иногда: мол, понятно, давайте дальше. Вот, что значит интеллигентный человек, даже с детьми себя ведёт приятно. Ну, я не уверена, если честно, что интеллигентный человек ― это вот именно так, но мне кажется, как-то похоже должно быть.

В общем, выслушала она нас и говорит:

— Знаете, девочки, мне кажется, завтра яблоня вновь окажется на трамвайных путях. И надо будет сделать так, чтобы её не увозили никуда, а к нам во двор пересадили. Причём вы должны в этой операции участвовать, тогда всё наладится.

— Но почему?

— Потому что яблоню вы наколдовали, и она рядом с вами хочет быть. Только что-то не так пошло во время колдовства. Говорите, дождь был? Наверное, заглушил он какие-то слова или исковеркал. Вы же начинающие колдуньи, и заклинания произносите неуверенно. Вот и получилось не совсем то, что хотели. А когда своими руками яблоню на нужное место посадите, она успокоится и всё на свои места встанет.

На следующее утро история повторилась. Яблоня, рельсы, народ. В тот день папа был дома, и я ему тут же:

— Папа, давай ту яблоню с трамвайных путей к нам во двор посадим?!

— Яблоню, которая Анна Каренина? ― папа посмотрел на меня с недоверием, а потом радостно так: ― А давай!

Взяли мы лопату и ведро, позвали Соню с её папой и пошли за яблоней. За ней ещё никто не успел приехать, поэтому мы её выкопали и с трудом перетащили во двор. Посадили прямо под теми окнами, где с Соней и планировали с самого начала. Так красиво получилось! А какой аромат во дворе был, ах! И мы с Соней были очень довольные, хоть и боялись, что утром обнаружим яблоню вновь на рельсах. Мы ей даже вечером, перед тем как домой уйти, рассказали всё. И сказали, что будем теперь ухаживать за ней, и попросили, чтобы она не исчезала.

Утром яблоня оказалась во дворе. И это была самая лучшая новость. А днём мы сидели во дворе с Соней и любовались на своё творение. Мимо шла Надежда Петровна. В руках она несла большую сумку с книгами. Поравнявшись с нами, она кивнула на яблоню: «Очень здорово у вас получилось! Но впредь внимательно относитесь к учёбе». Потом она выдала нам с Соней по конфете, подмигнула и ушла. А мы с Соней хором чуть не закричали на весь двор, что это её книга. Мы