Музейный переполох - Гульшат Гаязовна Абдеева

что его вещи здесь делают? – Роза подняла одну из тетрадей и начала листать её, прижав телефон к груди подбородком.

Щурилась, когда фонарик светил в глаза, но всё равно пыталась прочитать хоть пару строк.

– Кажется, это его дневники, – сдавленно сказала девочка, – слушайте: «Истинное мужество проявляется не в преодолении опасности, а в готовности постоянно быть открытым новому и честно идти навстречу любым испытаниям. Именно такая отвага делает человека достойным называться искателем приключений».

– Хм, – Люк нахмурился, – может, тут есть какие-то ценности из его экспедиций?

– Или эти вещи и есть ценности, – предположила Виола, – мама на шоу познакомилась с одним модельером, который отдал в Музей мод свои вещи как благотворитель. А мог продать, и это стоило бы очень дорого.

– Ну, это если человек знаменитый, – сказал Люк, потом осекся, – ну… Да. Кристофера все знают. Я сто раз видел, как он дарил какие-то штуки туземцам. И сам подарки получал. В общем, он как капибара – со всеми дружил и общался.

– Тише! – Роза уронила тетрадь и вскинула руки.

До них донёсся шум: по двери со стороны улицы пару раз пнули.

– Сработало? – едва слышно спросил Артур.

Раздался протяжный писк.

– Они отключили сигнализацию. Идут через главный вход, – голос Люка хрипло прозвучал в повисшей тишине.

Глава четвёртая. Неожиданная поездка

Впятером, не сговариваясь, ребята начали запихивать содержимое ящика внутрь. Прикрыли крышку плотно, насколько могли. Метнулись в каморку Эмиля в конце коридора, мальчик судорожно набрал код на замке, и едва ребята закрыли за собой дверь, на лестнице послышались шаги.

У Розы тряслись руки, она обеими ладонями закрывала рот, чтобы не издать ни звука. Виола замерла в углу как тень. Артур стоял у запертой двери, чтобы не пропустить разговор пришедших. Когда глаза привыкли к сумраку, Люк заметил, что Эмиль щупает карманы и вид у него испуганный. Он поднял руку к уху, оттопырив мизинец и большой палец и покачал головой. Телефон Эмиля пропал.

Если его найдут, если догадаются проверить подсобки, то… Роза плотнее прижала руки ко рту, Артур поджал губы, мысленно прикинул, что можно использовать для обороны. Люк, словно услышав его мысли, сделал шаг к огромной вазе, принесённой миссис Робертс.

Виола громко икнула, и все в ужасе посмотрели на неё. Девочка явно не могла контролировать это и затаила дыхание. Эмиль жестами попросил всех подвинуться, раскинул руки, выставил одну ногу назад и наклонился вперёд. Роза и Артур переглянулись, пытаясь понять, что их друг делает. Виола догадалась первой – встала на место отступившего Эмиля и повторила позу. Икота отпустила, и девочка села на корточки, закрыв лицо руками. Пронесло…

Кто-то из спускающихся споткнулся и с грохотом приземлился внизу. Грязно выругался. Возмутился, что их провели через главный вход, а не как обещали, незаметно.

– Ну-ну, держи себя в руках, ты в музее всё-таки, – шёпотом подначил упавшего другой мужчина.

– Помалкивал бы, – огрызнулся тот, – за собой последи.

А потом обратился к третьему – отцу Эмиля:

– Где там эти ящики?

Артур, Виола, Роза, Люк и Эмиль напряглись, ведь сейчас мистер Робертс увидит сбитый замок.

Директор хмыкнул и произнёс:

– Сюда, пожалуйста.

Повисла пауза. Потом скрипнула дверь.

– Вы не можете забрать всё, – сказал мистер Робертс, – если бы я знал тогда… Но вы обвели меня вокруг пальца! Оставьте часть для выставки.

– Нет уж, – хрипло возразил неизвестный, – вещи этого старика ценны только все вместе, иначе никакого интереса. Какой музей купит их, если в вашей Трясине уже будет такая экспозиция? Разве что внутри найдётся настоящая ценность!!! Но такое этот жмот не отдал бы. Там одни дневники да сухие ветки. А это что?

– А, я забыл, похоже, – быстро проговорил мистер Робертс, – думал с утра, куда я телефон подевал.

– Слабо врёшь, дай сюда, – отозвался его собеседник, – я прямо чувствую, тебе нельзя доверять. Чёрт, тут блокировка. Но заставку видно. Эти твои, что ли?

– Нет, – послышался шёпот третьего мужчины, – это же Четвёрка из Трясины. И ещё пятый с ними.

В подсобке Артур, Виола, Роза и Люк вытаращили на Эмиля глаза. Мальчик смутился, если бы была возможность – провалился бы прямо под землю.

– А, это телефон моего сына, – голос мистера Робертса звучал напряжённо, – он помогает мне тут иногда. Видимо, забыл, когда приходил. Давайте, я отнесу домой.

– Слушай сюда, – был грубый ответ, – если кто-то узнает об этих делах, ты знаешь, что будет.

– Ты потеряешь всё, – свистящим шёпотом добавил третий.

– Я понимаю, – резко ответил директор, – подождите здесь. Я принесу бумаги. Те, что подписывал Ярелл.

– Да, я сам хочу уничтожить улики, – ответил незнакомец.

Когда отец Эмиля ушёл, он продолжил:

– Не доверяю я ему. Мутный он какой-то. А что, если эти дети тут вынюхивают что-то? Надо проверить подвал…

В этот момент Артуру показалось, что ему на живот опрокинули ведро льда, так стало холодно и трудно дышать. Роза, прикрыв глаза, едва заметно покачивалась. Люк протянул руки к вазе, Виола напряглась, а Эмиль нахмурился.

– Да откуда им тут быть, – прошептал второй мужчина, – это же обычные дети. Просто повезло им пару раз, попали в новости.

– Откуда знаешь?

– Так я готовлюсь к делам тщательно, а не как ты! Их там, кроме сына этого Робертса, четверо. Родители Артура инженеры, мелкие сошки, у Розы служат на режимном объекте – том, что вместо спичечного завода построили. Вот у Люка отец в полиции. Мелкий чин. А у Виолы мать вообще портниха. Только и думает, что о своих тряпках.

Виола в этот момент пошатнулась и едва не упала. Остальные выглядели растерянными: они не ожидали, что преступники о них знают.

Мистер Робертс появился через пару минут:

– Вот, тут всё. Вы пригнали фургон?

– Конечно. Дверь только эту открой. А может, часть сегодня, часть завтра? – спросил хриплый. – Мне нужно осмотреть содержимое, вдруг там…

И он осёкся.

– Я не смогу снова сделать так, чтобы здесь никого не было, – сердито ответил директор, – материалов достаточно, поводов останавливать подготовку к открытию больше нет!

Следующие полчаса показались ребятам вечностью (особенно пока мистер Робертс, гневно вздыхая, вычищал замочную скважину, пытаясь оправдаться за эту заминку перед преступниками). Ноги-руки затекли так, что мышцы начали подёргиваться. Одно хорошо – ящики были тяжёлые, таскать бесшумно их не получалось, поэтому можно было менять положение, пока за дверью топают и пыхтят.

Эмиль, не теряя времени, попросил жестом у Розы телефон и набрал сообщение:

«Папа знает, что я здесь. Когда те мужики уйдут, я выйду, а вы сидите тихо. Пусть думает, что я один. Я попрошу