Детективные истории Ленки Ленинградовой - Дарья Михайловная Шутова

но ничего не происходит… Стоят, гогочут, переговариваются. Жалко, накурено у них очень. Всё в дыму, лиц почти невидно… Видимо, сейчас будет «представление».

– Вот бы помешать ему! – нахмурился Яшка, представив очередных несчастных собак или кошек, вынужденных драться за кусок мяса. Он пополз за магазин изучить оставшиеся два окна.

Ленка застыла на месте.

– Это идея, Яшка! – взволнованно зашептала она. Глаза девочки радостно горели. – Помешаем этим негодяям!

Яшка судорожно пополз обратно к подруге:

– Нет! Ни в коем случае! – Ленка даже немного растерялась от его насупившегося, грозного вида. – Мы распугаем их. И всё. Не поймать тогда же будет.

Ленка молчала, упрямо глядя на Яшку. Он сел напротив неё и заговорил медленно и чётко, как всегда делал для убеждения строптивой подруги:

– Лена. Я понимаю, что тебе жалко этих бедных животных. Мне тоже их жаль не меньше, чем тебе, поверь. Но. Наша задача сейчас лишь собрать информацию и нафотографировать. Этого, вместе с дедукцией твоей бабушки, более, чем достаточно для их разоблачения. Ты согласна?

Ленка нехотя кивнула. Действительно, можно всё испортить одним ударом. Лучше набраться терпения.

Тут из окон послышался шум. Ленка и Яшка прильнули к ближнему от них окну и через щель увидели кусок мяса прямо посередине площадки в центре помещения, которую уже плотно обступили собравшиеся мужчины и парни.

– Слышишь рычание!? – прошелестела Ленка.

– Ага! – отозвался Яшка. – Жаль невидно. Можно было сфотографировать для доказательства.

– Пошли к другому окну!

Но тут на ринге к куску мяса подлетели две дворняги средних размеров и стали одновременно драть его со звериным отчаянием, каждая в свою сторону. Напряжение между ними так быстро нарастало, что Ленка закрыла глаза: сейчас будет драка. Шум взволнованных омерзительным спектаклем голосов тоже увеличивался.

Ленка отползла от окон.

Яшка двинулся в сторону подруги.

– Лен, ты чего? Жалко?

В глазах девочки стояли слёзы.

– И мы должны просто так уйти? – она посмотрела на Яшку и расплакалась.

– Дай мне фотоаппарат.

Ленка молча протянула свою «мыльницу».

Яшка ползал долго, минут десять, периодически делая снимки. Дольше всего он находился у того окна, шторы которого были раскрыты шире, чем в других окнах.

Потом, довольный, мальчик вернулся к Ленке.

– Так просто мы не уйдём! – он выглядел победителем.

– Ты чего? – Ленка утирала распухший и покрасневший от слёз нос.

– А вот завтра и увидишь, чего! – рассмеялся Яшка. – А теперь…

Он схватил камень и со всей дури запустил его в одно из окон. Потом быстро поднял второй и сделал то же самое со вторым окном, с третьим. Передвигался Яшка быстро и резко, так, что Ленка поначалу опешила, но вскоре вскочила и тоже начала бросать камни в окна – в тишине зарослей малины и старой травы вокруг магазина стоял звон бьющихся стёкол.

– Уходим! – крикнул Яшка.

Позади себя убегающие друзья услышали, как хлопнула дверь: видимо кто-то выбежал вдогонку. Ленка с Яшкой припустили к дому. Ловко перепрыгнув через невысокий забор участка дела Пети, они пронеслись в огород и стали остервенело стаскивать с себя чёрные одежды. Запихав одежду вместе с фотоаппаратом в баню, они неторопясь пошли к дому. Мимо дома пробежало несколько мужчин во главе с громилой Татарином, устремившим на бегу свой взгляд на друзей. Ленка с невинным выражением лица замахала ему в знак приветствия, и громила, плюнув, увеличил темп бега.

– Уф! Пронесло! – рассмеялась девочка, присев на крыльцо.

– У нас, конечно, было неоспоримое преимущество, – Яшка присел рядом с Ленкой. – Чтобы им добраться до нас, нужно было сначала преодолеть ступени подвала, ведущие к задней двери, отпереть её – ведь они явно запираются, чтобы никто чужой и любопытный случайно не зашёл – потом выбежать на улицу, чтобы понять, в какую сторону мы убежали.

– Да, ты прав, – Ленка всё ещё тяжело дышала от бешено колотящегося сердца и от волнения. – Но мы молодцы!

Глава седьмая, или ночная погоня

Перед сном Ленка всё крутилась и не могла заснуть. Как ни странно, она совсем не думала о вечернем походе к базу Кукухина, фотоснимках и разбитых стёклах, лишь пожалев, что не успела расспросить Яшку о сделанных им снимках: бабушка, вскоре после их возвращения, погнала друзей спать. Но о фотографиях можно и завтра спросить. По-настоящему её беспокоило, что она не сказала Вадиму о разговоре с Тимофеем. Она всё прокручивала про себя их диалог на берегу сегодня днём. Выдавать имя мальчика она не собиралась – ей хотелось лишь предупредить своего «моряка», что он, сам того не зная, оказался в опасности: кто-то наблюдал за ней и Яшкой на его вечере, а Вадим разговаривал с ними. Может, это был человек Кукухина – и, скорей всего, так и было: этот человек из его банды мог заподозрить Вадима в помощи начавшемуся расследованию. И теперь, когда Вадим так решительно – Ленка вздохнула – заявил, что будет искать способ влезть к Кукухину, это сделает его положение ещё более щекотливым. Ему могут навредить, а он даже не предупреждён!

«О, господи!» – Ленка резко села на кровати. Стояла ночь. Рядом, на соседних раскладушках, мерно посапывали бабушка и Яшка.

«Я не могу допустить, чтобы он оказался в опасности!» – Ленка решительно встала, при этом стараясь несильно скрипеть раскладушкой. Она встала и затаила дыхание, внимательно вглядываясь в лица спящих. Нет, никто не пошевелился. Девочка выдохнула и закрыла за собой дверь их комнаты.

Идти ночью, даже по знакомым дорожкам, одной было зябко и неуютно. Вокруг раздавались какие-то звуки, и шелест собственных шагов по дороге напрягал Ленкин слух. Она быстро шла к дому Вадима.

Лес стоял чернильного синего цвета, сверху над ним возвышалась серая пасмурность: небо казалось подсвеченным изнутри. То и дело тревожно и одновременно нехотя гавкали сонные сторожевые псы за оградами домов, слыша шорохи ног девочки. Ленка перестала обращать на них внимания. Где-то далеко нараспев ухнула сова – правда, в сумрачной тишине пустынной ночной улицы этот звук показался девочке зловещим. Она увеличила шаг.

Вот наконец-то послышался шум бегущей воды – дом Вадима выходил как раз на берег. Вдруг слева, за чьим-то забором, замычала корова, почуяв Ленкино приближение. Девочка от неожиданности вздрогнула – её кожу мгновенно покрыла россыпь мелких мурашек. Да ещё широкая и легкая ночная рубашка, достигающая Ленке почти до пят, – Ленка не решилась переодеваться, чтобы не наделать лишнего шума – раздувалась при ходьбе, запуская с каждым движением девочки под свои лёгкие складки холодный воздух.

Дойдя до дома Вадима, юная сыщица задумалась. Нужно было убедиться, что с ним всё в порядке: она для этого и выпрыгнула из тёплой постели посреди ночи – так велико было её беспокойство. Но при этом обязательно было соблюсти важное условие: остаться незамеченной – иначе к ней появятся ненужные вопросы, а выдавать свою влюблённость в Вадима ему самому Ленка ни