Пропавшая карта - Спенсер Куинн

Ознакомительный фрагмент

– У тебя есть две минуты, чтобы это обдумать.

Фостер дошёл до штрафной – не самая простая задача на коньках, сел на скамейку и захлопнул дверь. Дети, выйдя на лёд, начали упражнение «три на два». Это любимое задание мистера Салминга, а значит, я уже много раз его видел. Сначала одна тройка катилась на первых защитников, потом пара на тройку, потом… В общем, вы поняли, что все дети очень быстро сменяют друг друга, а мистер Салминг почти непрерывно свистит в свисток, отчего у меня натурально лопаются уши. Неужели это так обязательно для хоккея – всё время свистеть? Как-то я разыграл целый спектакль под этот свисток, и на один краткий блестящий момент мне удалось его заполучить! А потом – снова нет.

Хармони играла в центре первой тройки. Центровой – это тот, кто в середине, между двух флангов. Может, люди и не умеют особо быстро бегать, но прицепите к ним коньки, и вас ждёт сюрприз. Хотя Хармони – одна из самых маленьких в команде, может, даже самая маленькая, но зато она и самая шустрая. Она легко и аккуратно вела шайбу по льду впереди своих фланговых на первую пару защиты, в которой обычно играли Бро и Фостер, но сегодня с Бро был его приятель Морт, лучший компьютерный хакер в городе! Его деятельность как-то даже расследовало ФБР, хоть я и не вполне понимаю, что это значит.

Но вернёмся к тренировке. Ой, нет – пока нет, потому что я внезапно заметил, что рядом со мной кое-кто встал. Этот «кто-то» – невысокий, но на вид очень крепкий мужчина. Эгей! Это же мамин двоюродный брат Мэтти. Он мне широко улыбнулся – а улыбка Мэтти вообще самая широкая во всём городе.

– Ну как, Артур? Ты, я смотрю, настоящим хоккейным болельщиком заделался! – сказал он.

Хм. Ну, пожалуй, не столько хоккейным, сколько шайбовым всё-таки, но он почти угадал. Он почесал мне за ухом своими сильными и одновременно нежными пальцами. Ах, какой день сегодня выдался. А ведь ещё только утро.

Между тем на катке защитники откатились назад. Ого! Бро ездит назад, похоже, быстрее, чем Морт – вперёд. Он как-то выиграл у Морта пять баксов, поспорив на это, но Морт отдал долг не деньгами, а целый месяц делая за Бро домашние задания по математике. Хоккей – командный вид спорта, не забывайте об этом.

Хармони катилась прямо на Бро, всё больше и больше ускоряясь. Он тоже всё ускорялся и ускорялся. Потом Хармони чуть отклонилась в сторону, и Бро потянулся было к шайбе своей клюшкой, но только он собрался её отбить, как Хармони сделала пас одному из своих фланговых, легко и свободно открыв самый центр. А фланговый запустил шайбу прямо в сетку.

– Головастая девчонка, – сказал Мэтти совсем тихо, возможно, сам себе. Отлично, но я всё-таки не вполне понял: ведь мы вроде все с головами ходим? Я не хочу даже думать, как бы мне жилось без головы.

Мистер Салминг свистнул.

– Отлично, Хармони, отлично. Так держать, не дрейфь! Интеллект и физическая подготовка. Совершенно великолепно. – Он подъехал к Бро и положил руку ему на плечо: – Не сдавайся, сынок.

– Чего?

– Я хочу сказать – не сдавай позицию. Не позволяй ей перехитрить тебя.

– А что – просто позволить ей идти напролом?

– У неё не получится. Не получится, если вы удержите свою позицию. Это про углы. Рано или поздно ей придётся в вас упереться.

Бро задумался. Ого! Он правда думал! Не часто такое увидишь.

– Углы? – переспросил он. – Это из геометрии?

– Думаю, да, – кивнул мистер Салминг.

– Но мы ещё не проходили геометрию, тренер.

Глаза мистера Салминга на мгновение чуть оттаяли.

– Значит, игра позволит тебе обогнать класс.

– Отлично, – снова очень тихо сказал Мэтти. А потом у него зазвонил телефон. Он быстро похлопал меня по боку и заспешил прочь, оставив за собой лишь свой запах. Ах, какой прекрасный это был запах: свежий, как лес после дождя.

Свисток, перемена позиции, повтор, ещё повтор. К следующему свистку наказание Фостера закончилось, и он пулей вылетел со штрафной скамейки, сменив Морта рядом с Бро. Хармони крутилась в центре площадки: лезвия её коньков искорками вспыхнули над головой тигра, нарисованного внутри круга – жутко нервирующее меня зрелище, – и устремились к голубой линии. По бокам не отставали фланговые игроки. Бро и Фостер катились назад, всё дальше и дальше, но на сей раз Хармони повернула к Фостеру. Он пошёл на неё, как до того Бро, и даже сильнее. Эгей! Неужели он пропустил всю эту историю про «не сдавай позицию»? Но в отличие от Бро Фостер не пытался отбить шайбу: он просто продолжал наступать. Почти без усилия – так изящно слегка изогнувшись, Хармони сделала пас своему фланговому, и тот снова отправил шайбу в совершенно открытые ворота.

Но что это? Разве Фостер не понял, что игра окончена? Он всё наступал и наступал, а Хармони даже не смотрела на него, потому что следила за своим фланговым. Он же тем временем опустил плечо и врезался прямо в неё, прижав её к бортику. Даже я лапами ощутил силу удара, а ведь я был на противоположной стороне катка! Хармони рухнула на лёд.

Фостер отступил назад с лёгкой улыбкой на лице. Я сказал себе: «Артур, запомни эту улыбку как следует». Бро кинулся к сестре, высекая из-под коньков ледяную стружку. Но мистер Салминг успел первым. Хармони уже поднималась. Шлем слетел у неё с головы, а лицо побледнело. Я вскарабкался на бортик и…

Но стоп. Я потерял равновесие и плюхнулся в снег. Это, кажется, называется «сделал сальто»? Так я и