Жан-Филипп Арру-Виньо - Суп из золотых рыбок

Дедушка Жан и бабушка Жанет тоже приехали с подарками. Жану А. вручили новый альбом марок (он их коллекционирует), Жану В. — крутое ружье, как у ковбоев, Жану Г. — набор юного индейца, с томагавком (правда, пластмассовым, чтобы нечаянно не раскроить череп Жану В.), а Жану Е. — мягкую игрушку в виде мультяшного героя.

Мне дедушка Жан и бабушка Жанет купили новый «Календарь школьника»: там и ребусы всякие, и игры, и правдивые истории, например про человека, который одной рукой ловил крокодилов для зоопарков. Дедушка знает, что я люблю читать. Но больше всего повезло Жану Д. Дедушка Жан привез ему двух золотых рыбок — настоящих, в пакетике с водой!

— На память о Суппозитории, — объяснил дедушка.

Суппозиторий — это рыбка-уклейка, которую Жан Д. поймал этим летом, когда мы ездили рыбачить на динозавра, а потом выпустил в пруд.

— Спасибо, дедуска Зан! Здолово! — пропищал Жан Д., с восхищением рассматривая золотых рыбок.

— Еще я принес тебе для них банку и витаминные хлопья, — добавил дедушка, который всегда обо всем помнит. — Но слишком часто их не корми! Один раз в день, иначе они лопнут.

— Чпок! И пюре из золотых рыбок окажется у тебя на носу, — скривился Жан А.

— Я не хотю, стобы они лопнули! — заныл Жан Д.

— Никто, кроме тебя, их кормить не будет, — успокоил малыша дедушка. — Так что ничего плохого не случится.

— Как ты их назовешь? — спросил я.

— Да ведь мы даже не знаем, мальчики это или девочки, редиска! — встрял Жан А.

— Почему бы не Пинг и Понг? — предложил Жан В.

— Или Плюх и Плих? — не растерялся Жан Г.

— Или Суппо-2 и Суппо-3? — подхватил я.

Мы бы никогда не пришли к согласию, поэтому на помощь пришел дедушка:

— А давайте наугад откроем словарь!

Сказано — сделано. Хозяину рыбок Жану Д. завязали глаза, чтобы не подглядывал. Папа вынул из шкафа толстый иллюстрированный словарь, и Жан Д., который еще не умел читать, принялся вслепую листать его с конца. В итоге рыбок назвали Веллингтон и Антрекот. Странные имена для рыбок, но никто все равно не мог их различить, так что, в общем-то, ничего страшного.

Жан Д. поместил их в банку, и праздник начался. Папа надел фартук с надписью: «Шеф-повар на кухне… И пусть весь мир подождет!». Он недавно купил новый мангал со складными ножками и решетку с регулируемой высотой. Папа, конечно, мастер на все руки, но, когда он начал разводить огонь, стало несмешно. На пятнадцатой спичке пламя все-таки вспыхнуло, и веточки, которые он предусмотрительно положил сверху на угли, загорелись. Сначала костер очень дымил, а потом подул сильный ветер — и все потухло. Пришлось начинать сначала.

— Повару нужна помощь? — робко спросила мама.

— Нет уж, спасибо, — отрезал папа.

Мы сгрудились вокруг, и каждый норовил дать совет. Папа не мог сосредоточиться. А когда огонь все-таки снова занялся, Жан В. решил его раздуть, за что чуть не схлопотал от папы по шее.

— Может, газет в костер подкинуть? — предложила бабушка.

— Знаете, что… — покраснел папа.

— Дети, мне кажется, лучше оставить повара в покое, — вмешалась мама.

Мы уже накрыли на стол, а папа все мучился с костром и громко ругался.

— Попадись мне сейчас этот продавец, который втюхал нам мешок сырого угля!

В итоге папа стал подливать в костер спиртное в надежде, что хоть так он разгорится. И тут прогремел взрыв!

— Мои лыбки! Это они взолвались! — закричал Жан Д.

Но это были вовсе не рыбки.

Перед решеткой стоял папа, весь черный от сажи, и волосы у него стояли торчком, как будто для контакта с марсианами.

— Что случилось? — растерянно бормотал он. — Что это было?

К счастью, перепугались мы зря. К тому же костер наконец горел как следует.

— Ты же мог сильно обжечься, — заохала бабушка Жанет.

— Так, знаете, что… — чуть не сорвался папа.

Но коль уж огонь разгорелся, нельзя было терять ни минуты. Все были голодны как волки, да и вообще портить новоселье перепалкой с бабушкой не стоило. Колбаски превратились в угольки, зато мясо осталось почти сырым.

А еще мама приготовила большой лимонный пирог и фруктовый салат. Взрослые заканчивали трапезу в доме, а мы гуляли до темноты — бегали по саду и сражались с комарами.

Потом малыши и середнячки, недовольно фыркая, пошли спать, а нам, старшим, в порядке исключения разрешили не ложиться до полуночи, но только если будем играть тихо. Ведь не каждый день у нас новоселье, как справедливо заметил папа.

Мы с Жаном А. взяли фонарики, стали носиться и светить друг другу в глаза. Потом я захотел поиграть в человека, который одной рукой ловит крокодилов, как в моем новом «Календаре школьника». Но Жан А. крокодилом быть не захотел, и завязалась драка. Мы катались по траве, но тут вышел папа, и стало несмешно…

— Знаешь, что, — начал Жан А., когда мы побежали в кровать.

— Нет, не знаю. Что? — спросил я.

— Этот твой охотник на крокодилов — полная чепуха!

— Что ты там сказал?

— Показать тебе захват за плечо? — дразнился Жан А.

— А тебя, может, ткнуть носом в мои грязные носки?

Наверное, он просто завидовал, что «Календарь» подарили мне, а не ему. Ведь в нем рассказано, как делать суперсложные морские узлы, как устроен двигатель ракеты, а еще — как огромные осьминоги взаправду топят целые корабли, просто повернувшись вокруг своей оси, и еще много всякого, о чем никогда не напишут в альбомах с марками.

— Ты спишь, редиска? — спросил Жан А., когда мы уже улеглись.

— Нет еще, а ты?

— Конечно нет, редиска, я же с тобой разговариваю!

Я посмотрел на часы: было почти двенадцать. Бабушка Жанет и дедушка Жан тоже ушли спать, и дом погрузился в ти-, шину. Было слышно только, как шепчутся мама с папой, поднимаясь в свою комнату.

— Где твоя рация? — прошептал Жан А. — Мне надо сказать тебе кое-что секретное.

Это выглядело как-то глупо, потому что мы лежали на соседних кроватях. К тому же в рации почти сели батарейки, и она плевалась и рычала. Мы залезли под одеяло, как настоящие шпионы.

— Ты меня слышишь? — прохрипел Жан А. в рацию.

— Да, хорошо слышу! — прошипел я в ответ.

— Видел холм за домом?

— Да, и что?

— Бр-р-р-р-шттти-и-ип…

— Что это? Шифровка?

— Нет, редиска! Это рация! Так лучше?

— Бр-р-р-р-шттти-и-ип…

— Слушай сюда: я нашел секретную дырку в сетке за домом. Завтра пойдем посмотрим, что там. Только мы с тобой, вдвоем.

— Хорошо, — согласился я.

— Но при одном условии: ты дашь мне почитать «Календарь школьника».

— Там же сплошная чепуха!

— Да? Ну не хочешь — как хочешь. Не покажу тебе секретную дырку в заборе.

— Ладно, договорились, — ответил я. — Но при одном условии…

— Каком?

— Когда у нас появится телевизор, ты разрешишь мне смотреть «Рин Тин Тина» бесплатно.

Жан А. тяжело вздохнул:

— Хорошо, только еще одно условие…

— Какое?

— Когда мы пойдем на пляж, ты дашь мне свой водонепроницаемый фонарик.

Я тоже вздохнул:

— Хорошо, только, и у меня условие…

Мы бы еще полночи препирались, но батарейки сели, и после непродолжительного «бр-р-р-р-шттти-и-ип» рация умолкла окончательно.

На пляже

Что у Тулона не отнимешь, так это отличный пляж!

В Шербуре тоже были пляжи, но не такие. Вода там была такой холодной, что плавая, ты рисковал столкнуться с замороженной рыбой. К тому же на Ла-Манше бывают приливы и отливы. И вот выходишь ты, бывало, из воды, синий от холода, трясешься так, что зуб на зуб не попадает, а чтобы найти свое полотенце, нужно пройти еще парочку километров…

Наш папа — военно-морской врач. Иногда, по большим праздникам, он надевает свою офицерскую форму и фуражку. В его комнате стоит черно-белая фотография: там папа в костюме водолаза, как в комиксах. В то время у него еще не было шестерых детей. Хотя, возможно, он и сейчас предпочел бы оказаться на каком-нибудь военном судне и лечить моряков от цинги, а не вести семью на пляж.

Первый раз мы пошли на побережье в воскресенье. Погода была великолепная. В то утро за завтраком папа вдруг предложил:

— А что, если мы сегодня устроим на пляже пикник? Отличная мысль, правда?

— Просто супер! — закричали мы хором.

— Что может быть лучше выходного на солнышке, — добавил папа. — Мы чудесно проведем время, даже не сомневаюсь.

Сказано — сделано. Но когда мы наконец собрались, «отличная мысль» папу почему-то уже не вдохновляла.

— Что это еще такое? — взорвался он, когда увидел, что мы пытаемся запихнуть в багажник.

— Все самое необходимое, дорогой, — мягко ответила мама.

Помимо огромной сумки-холодильника с бутербродами, в багажнике поместились сменные подгузники для Жана E., солнцезащитный крем, полотенца, плавки, трусы, зонтик от солнца, три пары ласт, маски и трубки, шесть ведерок и лопаточек, сачок Жана Д., воздушный змей Жана В., моя летающая тарелка, мячик Жана А., его складная удочка, нарукавники Жана Г., надувной бассейн Жана E., несколько складных стульев и аптечка на случай, если кто-то наступит на морского ежа, отравится или перегреется…