Михаил Герчик - Повесть о золотой рыбке

Обрадованный, Юрка вернулся к Сашке. Дядя Вася пришел часам к трем, когда мальчики уже собирались уходить с рынка.

— Очереди в поликлиниках, — пожаловался он, — ох и очереди! — и положил Юрке руку на плечо. — Ну, много наторговал?

Юрка отдал ему деньги.

Дядя Вася пересчитал, искоса поглядывая на ребят, удовлетворенно крякнул:

— Молодец, сынок. Можешь себе в премию оставшихся рыбок забрать. А ты, Король-королевич, чего стоишь? Гони монету.

Сашка молча протянул ему несколько бумажек. Дядя Вася пожевал губами, недовольно сдвинул к переносице брови.

— Н-да… Не жирно. Себе сколько оставил? Только честно.

— Десять рублей, — отвернувшись, сказал Сашка.

— Многовато. — Дядя Вася засунул деньги в карман пальто. — Мы же договорились — четверть тебе, а не половину.

— Обещали из Москвы новых рыб привезти, возьму и на вашу долю, — пробормотал Сашка. — Очень красивые, говорят, рыбки, таких у нас еще не было.

— Новые рыбки — это хорошо. — Дядя Вася подцепил крючком сумку. — Так ты мне тогда на пятерку возьми, понял?

— Можно и на пятерку, — согласился Сашка и кивнул Юрке. — Идем.

Мальчики пошли домой. На пустыре Сашка остановился и тронул Юрку за рукав:

— Выбрось этих рыб.

— Почему? — растерялся Юрка и покрепче прижал к себе банку. — Ты посмотри, какие славные меченосцы! Даже у тебя таких нету. Чего же я их буду выбрасывать?

— Больные они все. — Сашка говорил шепотом. — Больных рыб он сегодня принес, а ты их распродал.

— Что ж ты мне сразу не сказал, что они больные? — с ужасом прошептал Юрка.

— А что изменилось бы? Ну устроил бы ты крик. Так он на тебя все и свернул бы. Не знаешь ты его, Юрка, этого волка, боюсь я его.

— Но я ведь продал их! — закричал Юрка, и на глаза у него навернулись слезы. — Двум пацанам маленьким продал, тетеньке какой-то, новому этому, Зыкову или Лыкову, как ты там его называл!.. Что ж мне теперь делать, Сашка?!

— Перво-наперво на рынок с месяц не ходить, — вздохнул Сашка. — Дядя Вася на этом уже погорел — били его как-то парни-аквариумисты за больных рыбок, теперь он тебя подставил… Пацаны — это неважно, и тетенька тоже — первых, наверно, в жизни рыбок купили, невелик убыток. Да они ведь и выжить еще могут. Язва у них, через увеличилку хорошо заметно, это такая болезнь, что она и проходит, случается. Особенно если в слабом растворе марганцовки искупать. А вот с Зыковым-Лыковым дело сложнее: я слышал, что рыб у него много. Пустит купленных в аквариум — эпидемия может начаться. Тогда уж ее не остановишь. Вот его-то тебе и надо беречься как огня. Попадешь под горячую руку — искалечить может.

— Если б знать, где он живет, — вытирая кулаком глаза, проговорил Юрка. — Я сбегал бы к нему, предупредил. А там — будь что будет… Пусть.

— То-то и оно, что не знаем мы, где он живет, — вздохнул Сашка. — Иначе пошли бы, деньги назад вернули — я кое-что от этого горлохвата припрятал…

У Юрки затеплилась робкая надежда.

— А что, если через адресный стол?

— Так мы ведь ни фамилии его толком не знаем, ни имени. Зыковых-Лыковых в городе сотни, наверно, пока всех обегаешь, у него давно рыбки передохнут.

— Кузьма Кузьмич его зовут, — радостно крикнул Юрка. — Точно, так второй дяденька, который с ним был, и сказал: «Хорошие рыбки, Кузьма Кузьмич».

Сашка тоже обрадовался.

— Это уже полегче. Пошли звонить в адресный стол. А этих меченосцев ты все-таки выбрось.

— Не выброшу. — Юрка глубже под пальто засунул банку с рыбками. — Я их лечить буду, может, выхожу…

— Как знаешь, — вяло махнул рукой Сашка. — Попробуй… Я ведь тоже тебе когда-то больных барбусов продал… Назавтра подохли, помнишь?..

Юрка прикусил губу.

— Что теперь про это толковать…

Они добежали до ближайшего автомата и вдвоем забились в холодную кабину. Юрка бросил в щель двухкопеечную монетку, набрал справочное.

— Дайте, пожалуйста, адресный стол…

Справочное ответило. Сашка дал ему еще монетку и Юра торопливо закрутил диск телефона. Послышался чей-то голос, в автомате щелкнуло, и мальчик закричал в трубку:

— Это адресный стол? Здравствуйте. Тетенька, мы звоним из автомата, вы не бросайте трубку, а то у нас больше двухкопеечной монеты нету. Скажите нам, пожалуйста, адрес одного человека. Его зовут Кузьма Кузьмич, а фамилия не то Зыков, не то Лыков. Тетенька, честное слово, мы не балуемся, нам очень-очень важно найти этого человека. Если мы его сегодня не найдем, может случиться несчастье. Какое? Большое несчастье, тетенька. Я вам не могу рассказать, это очень длинная история, но только вы мне поверьте, нам непременно нужно его сегодня же найти. Да, да, Кузьма Кузьмич. Это точно. Вот только фамилия неизвестна — Зыков или Лыков…

Юрка до боли прижимал к уху настывшую трубку. Он дышал часто и хрипло, и где-то на другом конце провода пожилая женщина, работница адресного стола, видно, уловила его волнение и поверила в то, что, если она не даст мальчишке адрес Кузьмы Кузьмича Зыкова или Лыкова, может и впрямь стрястись большая беда. Поверила и начала его искать, этот адрес.

Нестерпимо долгие потянулись минуты. В будку стучали — собралась очередь. Какой-то парень нетерпеливо рванул дверь, но Сашка так глянул на него, таким свистящим шепотом сказал: «Скорую» вызываем», — что парень тут же осторожно закрыл дверь.

Юрка уже потерял надежду на ответ и вдруг услышал знакомый голос.

— Зыков Кузьма Кузьмич, — сказал этот голос, — проживает по улице Полевой, дом 14, квартира 68. Адрес запомнил?

Юрка молча кивнул.

— Повтори.

Юрка послушно повторил:

— Полевая, 14–68.

— Значит, теперь никакого несчастья не случится? — Юрка почувствовал, что женщина на другом конце провода улыбнулась.

— Может, и не случится. Спасибо, — тихо ответил он и повесил трубку.

Короток зимний день. Пока разыскали ребята на самой окраине города Полевую улицу, уже стемнело. Пошел снег. Нахохлившиеся, серые, спали за заборами деревянные дома, ветер посвистывал в голых озябших кронах яблонь, и желтые круги света от нечастых фонарей дрожащими пятнами лежали на узком тротуаре. Снег струился, как песок, сухой, колючий, и невесть откуда взявшийся ветер гнал его вдоль заборов белыми языками.

Улица была длинной. Сашка и Юрка миновали район новой застройки — огромные краны, словно парящие в воздухе, горы присыпанных снегом панелей, корпуса недостроенных домов, на которых скрестились косые лучи прожекторов; затем — длинное здание школы-интерната, с флюгером, скрипевшим на коньке крыши, скользкую, обледенелую плотину через ручей, — и вышли к железнодорожной насыпи.

Поля, которое когда-то дало название улице, уже не было — слева светились окна огромных корпусов машиностроительного завода. Раздвигая ярким лучом серую заметь, к нему полз, громыхая по рельсам, товарняк. Ребята пропустили поезд, перевалили через насыпь и скатились вниз.

Когда Сашка и Юрка наконец добрались до четырнадцатого дома, от них пар валил. Ребята немного постояли в подъезде, чтоб отдышаться, потом поднялись на второй этаж, и Сашка решительно позвонил в 68-ю квартиру.

Юрка замер: а вдруг откроет дверь совсем не тот человек? Что тогда делать, куда идти?

И вправду, дверь им открыла какая-то смуглая девчонка лет двенадцати. Увидела незнакомых мальчишек и смутилась.

— Вам кого?

Юрка хотел спросить, здесь ли живет Кузьма Кузьмич Зыков, но Сашка опередил его:

— У твоего папы есть аквариумные рыбки?

— Нет, — захлопала ресницами девчонка и с гордостью добавила: — Зато у моего папы голуби есть!

Юрка с Сашкой переглянулись и вздохнули: значит, не сюда.

— Ладно, — сказал Сашка, — закрывай дверь. Голуби нам ни к чему. Пошли, Юрка.

Ребята медленно пошли вниз. Девчонка растерянно посмотрела им вслед и вдруг крикнула:

— Мальчики, мальчики, обождите! Это ж вам, наверно, дядя Кузьма нужен, это у дяди Кузьмы рыбки есть. Он дома, а мы вовсе не здесь живем, я к нему в го…

Договорить девчонка не успела. Сашка в два прыжка взлетел на площадку и так свирепо шикнул на нее, что девчонка запнулась на полуслове и быстренько юркнула в квартиру, забыв далее закрыть дверь.

Сашка позвонил еще раз.

— Заходите, — послышалось из глубины квартиры. Хозяин встретил их в коридоре.

— Чем могу служить?

Сашка сразу узнал его, но на всякий случай глянул на Юрку: он!

Юрка облизнул пересохшие губы и молча кивнул.

Кузьма Кузьмич тоже узнал мальчишек. У одного он утром купил рыбок, а о втором еще в прошлый раз на рынке говорили, что это — король аквариумистов.

— Проходите, — сказал Кузьма Кузьмич.

— Мы пройдем, — ответил Сашка, — только сначала скажите — вы уже пересадили в аквариум рыбок, которых сегодня купили у Юрки?.