Нина Грёнтведт - Первый поцелуй

Еще теория, пока мы ждем

Нинни снова в гостях у Стиана.

А мы с Хелле снова собираемся на занятия парусным спортом. Лисбет нас везет.

Сегодня опять только теория, и этот проклятый Всезнайка Кристиан все так же ДОСТАЕТ. Вообще, есть ли закон, по которому другие тоже могут отвечать на вопросы? Мы же тоже знаем ответы! Мы с Хелле обе считаем, что он тупица. Мы тоже вообще-то знаем, что штирборт справа, а бакборт слева, например. То есть это знают все! (Нам это говорили раз сто на прошлом занятии!) Так что этому Кристиану хватит уже так выпендриваться. И еще вся эта теория становится немного скучной, как мне кажется. Я хочу учиться плавать на яхте! Я хочу в море!

Дома, когда мы возвращаемся с занятий, Нинни все еще в гостях у Стиана.

— Ей что, не пора домой? — спрашиваю я, но Хелле ничего не отвечает.

Впрочем, я не очень громко спросила, может, она меня и не расслышала.

— Ей не пора еще домой? — спрашиваю я снова, чуть громче.

Но Хелле и в этот раз не отвечает, как будто она делает вид, что меня не слышит. Это странно.

— Эй! — говорю я раздраженно и щиплю ее за руку.

— Хватит уже так волноваться насчет Стиана и Нинни! — говорит Хелле так же раздраженно, как я, но только это очень неожиданно.

Я прямо вздрагиваю, как она нагло со мной себя ведет! Я волнуюсь?! Больше я ничего не говорю. Только смотрю на нее. И я знаю, что Хелле меня бесит.

— Они готовят школьный проект, это групповая работа, — говорит она и уже не кажется такой раздраженной.

— Что еще за групповая работа? — говорю я. — Их же только двое.

И еще мне кажется, они тратят слишком много времени на эту свою типа групповую работу. Потому что они тратят время на всякую прочую ерунду типа: делать сырники, раскачиваться на тарзанке, гулять с собаками и просто сидеть в комнате у Стиана за закрытыми дверьми, болтать, слушать музыку и играть на гитаре. Кажется, Стиан пытается научить Нинни играть, потому что иногда я слышу ужасно ПЛОХУЮ игру из его комнаты. По-моему, они заняты чем-то страшно скучным, и я от всей души рада, что мне не надо быть с ними, потому что они делают все время одно и то же.

— Интересно, когда же они въедут, — говорит Хелле.

— А? Кто должен въехать? Нинни ВЪЕДЕТ? — спрашиваю я в ужасе.

— Не-е-е-ет! Новые соседи! В Зеленый дом! — отвечает Хелле, и мы снова смотрим друг на друга с раздражением.

Хелле вообще не волнует присутствие Нинни в доме. Она думает только о Зеленом доме и о всякой детской ерунде. Хотя все вещи уже перевезли несколько дней назад, мы еще до сих пор не видели новых жильцов. Куда же они подевались? Особенно Хелле это интересно. Я больше думаю о другом — например, что я заканчиваю младшую школу и начну получать оценки.

— Интересно, какие они? — говорит Хелле.

— Угу, — отвечаю я, но на самом деле не слушаю.

Я иду и открываю дверь в коридор. Стою и слушаю, но не слышу Стиана и Нинни, только музыку, которую они слушают. Кажется, это рок. Интересно, Нинни знает, как зацепить парня-рокера?

— Интересно, мы сможем как-нибудь посидеть в этих креслах-мешках?.. — говорит Хелле.

— Каких еще креслах-мешках? — говорю я.

— Ну тех, которые грузчики занесли в Зеленый дом! — говорит Хелле, будто бы я непременно должна была их запомнить.

— Угу, — говорю я снова.

Но меня мало беспокоит, о чем она там болтает.

Дорогой дневник,

я тут немного подумала, очень странная штука выходит. Кажется, наши с Хелле отношения в последнее время скачут вверх-вниз. Иногда нам ужасно весело вместе, и вдруг становится не очень весело. Потому что мы думаем о СОВСЕМ разном. Не то что раньше, когда мы ВСЕГДА думали об одном и том же.

Самый обычный день…

Мы идем домой к Хелле после школы, и здесь никого нет. (Нинни здесь нет! Ур-ра-а!!!) Мы совсем одни во всем доме! Какое чудесное разнообразие. Мы можем расслабиться и делать все что вздумается, все, что мы обычно делаем в обычный Один-и-Хеллин день. Мы так много всего успеваем за один только день! Мы качаемся на тарзанке, выгуливаем собак, снова качаемся, идем в дом и делаем по огромному стакану какао, кормим собак и делаем уроки на кухне. Хелле везет гораздо больше, когда мы вместе делаем уроки, потому что все ее уроки я уже сделала в прошлом году, поэтому я примерно во всем могу ей помочь. А вот она мне, наоборот, совсем помочь не может. (Хотя она очень здорово шарит в матике, это надо признать.)

Когда мы заканчиваем с уроками, то включаем музыку в гостиной ужасно громко, поем во всю глотку, прыгаем и танцуем, пока не падаем без сил. Тогда мы идем на кухню, ставим пачку рыбных палочек в духовку (разложив палочки по противню, конечно), заводим таймер и выходим еще покачаться. Когда таймер звенит, мы возвращаемся, и Хелле разводит пюре, а я накрываю на стол. И достаю кетчуп из холодильника. (Это кетчуп Стиана. Он кладет много кетчупа на ВСЕ.)

…пока…

Мы слышим, как открывается и закрывается входная дверь, и, когда Лисбет проходит через гостиную на кухню, мы как раз вынимаем палочки из духовки, и Хелле кричит:

— Привет, мама! Мы приготовили обед!

Но на кухню входит вовсе не Лисбет, а Стиан. И Нинни!

— Привет, — говорит нам Стиан.

— Привет, — отвечаю я Стиану.

Стиан смотрит на нас с Хелле и улыбается. У него такая совершенно обычная улыбка.

Потом он поворачивается к Нинни и улыбается ей совершенно по-другому! Он улыбается как-то больше. Примерно так же, как мне, когда мы были в Большом лесу одни с собаками.

Или, может, не совсем так же. Я никогда не видела, чтобы Стиан так улыбался, как сейчас Нинни. Мне так кажется. Я просто не понимаю, что тут происходит.

— Привет! — говорит Хелле Нинни и улыбается ей. Я не говорю «привет», только смотрю на нее.

— Привет! — отвечает Нинни и смотрит на нас с идеальной улыбкой.

Я смотрю на ее идеальную улыбку и думаю, как Нинни это удается. Надо тренироваться, чтобы получилась такая идеальная улыбка, или надо с ней родиться? Тут я замечаю, что Стиан тоже смотрит на Нинни и ее улыбку, и ее улыбка становится вдруг хитрой, а он в ответ посылает ей свою странную улыбку, как будто у них есть какой-то секрет, не знаю какой. В любом случае они улыбаются СТРАННО. И еще мне кажется, они слишком долго друг на друга смотрят. Это ненормально. И улыбаться так много тоже ненормально. И даже нагло, потому что мы с Хелле тоже тут стоим! А они нас не замечают! Мне хочется что-то им сказать, но я молчу.

Стиан смотрит на стол. Он явно считает тарелки, потому что он слегка кивает на каждую тарелку, а потом смотрит на меня и спрашивает:

— Ты у нас обедаешь? (Я не могу понять, он доволен этим или нет.)

Но я киваю и снова смотрю на Нинни (будто мой взгляд все время притягивается к ней, я не хочу на нее смотреть, просто так получается!), а потом отвожу взгляд. Я смотрю в пол, оглядываю комнату, только не смотрю на Стиана или Нинни. Но я вижу боковым зрением, что Стиан накрывает еще на одного.

Тут хлопает входная дверь и наконец появляется Лисбет.

— Вот это да, как здорово, дети, — говорит Лисбет, зайдя на кухню и увидев обед на столе.

— Это мы с Одой приготовили! — говорит Хелле.

— Молодцы! — отвечает Лисбет. — А собак вы тоже покормили?

— Да! — отвечает Хелле и гордо улыбается маме.

Дорогой дневник,

я просто вымоталась от всех этих взглядов и улыбок. Раньше посмотришь на кого-нибудь и все. Или улыбнешься кому-то, и тоже этого достаточно. И улыбка у тебя совершенно обычная. А теперь вдруг появилось столько разных способов смотреть и улыбаться. Это вообще-то ужасно достает. Неужели ТАК и бывает с подростками?

…все не портится…

И вот все портится с первой же секунды за обедом. Потому что, садясь за стол, я оказываюсь прямо напротив Нинни. И она смотрит на меня и улыбается, а когда она передает мне пюре, на ее лице появляется та самая ее улыбочка, и я краснею!!! Не понимаю почему. Но это полная катастрофа. И я, естественно, смущаюсь еще больше, потому что не хочу, чтобы кто-нибудь заметил. Поэтому я просто таращусь в кастрюлю с пюре, и, хотя я все время посматриваю на тарелку, пока накладываю себе пюре, я умудряюсь насвинячить и положить мимо тарелки!

(Ни Лисбет, ни Хелле, ни Стиану нет никакого до этого дела, я уже сто тысяч раз так свинячила, но пачкать стол на глазах у Нинни!)

Вообще, сегодня очень СТРАННО, потому что обычно я много болтаю за обедом у Хелле. И за столом всегда отличное настроение. А тут мне вдруг совсем нечего сказать. Я пытаюсь сказать что-то смешное, но ничего не выходит, только глупость какая-то. Обычно мы тут бываем вчетвером — Хелле, Стиан, Лисбет и я. (Иногда еще и Эрленд.)