Нина Грёнтведт - Первый поцелуй

Мама, я и Эрленд сидели за столом на кухне и смотрели фотографии, и мы с сестрой смеялись над мамой и папой до нашего рождения, а папа тем временем закончил делать тесто. А нам с Эрлендом дали облизать миску — тесто было жутко вкусное.

А теперь папа уже много раз выпекал то же самое. И всегда получалось одинаково вкусно! И это не бисквит. Папа все время печет банановый хлеб тетушки Маргреты. Он так доволен, что у него хорошо получается, что печет только банановый хлеб ВСЕ время. И совсем не хочет пробовать ничего другого. Но мне и так хорошо. Потому что банановый хлеб тетушки Маргреты УЖАСНО ВКУСНЫЙ!!! Тетушка Маргрета — это сестра папиной бабушки, кажется, и папа говорит, что рецепт сохраняли в семье из поколения в поколение. «Никто не пек банановый хлеб лучше тетушки Маргреты, — говорит папа. И добавляет: — До меня, наверно».

Каждый раз, когда папа печет, в доме так вкусно пахнет, это даже не представить себе как. И мне кажется, хлеб ненормально долго стоит в духовке.

Кстати, он совсем не похож на хлеб. Я спросила папу, могу ли я есть его на завтрак и взять с ним бутерброды в школу, раз это банановый хлеб, но мне не разрешили.

«Он только называется „хлеб“, но на самом деле это пирог», — сказал тогда папа.

Но нам иногда дают его после ужина и по субботам. Мы с Эрленд придумали ужасно вкусную штуку — мазать банановый хлеб банановой пастой. Получается такая банановая бомба!!! Мы ее ОБОЖАЕМ, но мама с папой считают, что это чересчур.

Они едят банановый хлеб без ничего.

Дорогой дневник,

папин рецепт бананового записан от руки на листочке. Так что он уникальный, а не из книги или еще откуда. Это наш тайный семейный рецепт, который переходит по наследству. Я взяла его с собой в комнату, чтобы переписать в дневник, на всякий случай, вдруг папа потеряет свой листочек. Чтобы рецепт не пропал со временем. Вот он:

125 г масла (г = граммов)

1,5 стакана сахара (демерара[12] (Конечно, зависит от размера стакана, но папа говорит, это примерно 175 г)

2 яйца

2,5 стакана муки (папа говорит, примерно 250 г)

1 ч. л. разрыхлителя теста (ч. л. = чайная ложка)

0,5 стакана молока / H2O (H2O = вода)

(Но чтобы не мешать молоко с водой, папа использует просто обезжиренное молоко.)

3 банана

0,5 ч. л. соды

Смажьте маслом форму для выпечки. (Папа использует такую силиконовую форму, тогда легко вытащить из нее готовый хлеб!)

Взбейте масло и сахар в воздушную массу. Вбейте в массу яйца по одному. Соедините муку и разрыхлитель и смешайте с масляно-яичной массой. Постепенно добавьте 0,5 стакана смеси молока с водой. (То есть это значит, что надо влить молоко с водой тоненькой струйкой в тесто и при этом помешивать само тесто. Папа смешивает все таким ручным миксером.)

Раздавите бананы в пюре и добавьте соду. Положите все в общую смесь. Вылейте смесь в форму.

Выпекайте в духовке 45 минут — 1 час при 180 °C (градусов Цельсия). Через 20 минут накройте банановый хлеб бумагой для выпечки, чтоб он не сгорел сверху.

30 г масла — слегка смешать с 80 г творожного сыра, пока не станет легким и воздушным.

1,5 стакана сахарной пудры — взбейте или аккуратно вмешайте. (Да, так и написано в оригинальном рецепте тетушки Маргреты!)

P. S. Этот рецепт глазури я не совсем понимаю. И кажется, папа тоже, потому что он ни разу не пробовал ее приготовить. То есть как можно ВМЕШАТЬ сахарную пудру? Типа?..

Шок

— Смотри! Стиан привел кого-то домой, — говорю я Хелле, и она тоже подбегает к окну.

К сведению: я у Хелле дома. Мы в ее комнате. Я услышала, что кто-то идет по улице, потому что у нас открыто окно, и пошла посмотреть, кто это. И увидела Стиана, который ведет кого-то домой из школы! Стиан так редко кого-то приводит в гости, то есть почти никогда, поэтому неудивительно, что мы с Хелле стоим и разглядываем их из окна. Это мальчик, чуть ниже Стиана, с короткими темными волосами и такой немного длинной челкой, в широких джинсах и большой коричневой толстовке. Рюкзак переброшен через одно плечо.

— Кто это? — спрашиваю я у Хелле.

— Понятия не имею, — говорит Хелле.

— Ты его раньше видела? — спрашиваю я.

— Кажется, нет, — отвечает Хелле.

Стиан и его приятель исчезают за углом, и мы их больше не видим. Но мы слышим, как они входят в дом. Нам очень интересно, кто же этот загадочный тип, но мы не можем просто спуститься и таращиться на них. Поэтому мы ждем в комнате у Хелле, с открытой дверью, чтобы увидеть их, когда они поднимутся и пройдут мимо нас в комнату к Стиану. Но они не поднимаются.

Поэтому мы крадемся вниз по лестнице, как можно тише. Куда они подевались? В прихожей стоят ботинки Стиана и пара зеленых поношенных кедов, которых мы никогда раньше не видели. Мы слушаем. И слышим, что они на кухне.

— Что будем делать? — шепчу я Хелле.

— Не знаю, — шепчет Хелле в ответ.

— Прокрадемся на кухню? — предлагаю я.

Хелле кивает, и мы крадемся через гостиную. Но, как всегда, получается все как всегда: когда пытаешься красться как можно тише, просто невозможно быть совсем бесшумным! Конечно же, я спотыкаюсь о диван, и раздается громкий стук. И тут Хелле прыскает от смеха.

— Ш-ш-ш-ш-ш-ш, — шепчу я, но теперь я тоже начинаю хихикать.

И вот мы сидим за диваном, хихикаем и ждем, чтобы успокоиться, встать и пойти дальше на кухню. Мы никак не можем перестать хихикать.

Наконец-то мы встаем. Но тут, прямо перед нами, посреди гостиной стоят Стиан и ДЕВОЧКА! (Каждый со своей тарелкой, и во всей комнате пахнет сырниками[13].)

— Что это вы тут делаете? — спрашивает Стиан.

Мы с Хелле стоим и таращимся на девчонку. Не знаю, как себя чувствует Хелле, но я ужасно смущена.

Стиан привел в гости не мальчика, а девочку!

С короткой стрижкой!

— Ничего, — наконец отвечает Хелле, — мы просто…

А я все стою и таращусь. На девчонку.

— Привет, — говорит она вдруг и улыбается нам.

— Привет, — говорит Хелле.

Я не могу выдавить из себя ни слова.

— Пойдем, — говорит Стиан девчонке, и они выходят из гостиной.

— Пока! — кричит Хелле им вслед.

Я стою в шоке и ничего не говорю.

Потом мы слышим, как они поднимаются по лестнице в комнату к Стиану.

Когда мы с Хелле немного оправились от шока и поднялись к себе, дверь в комнату Стиана уже была закрыта. Мы стоим в коридоре перед его комнатой и прислушиваемся.

Они слушают музыку, и я слышу, как Стиан что-то говорит, но я не могу расслышать, что именно, а девочка смеется, и Стиан смеется. Потом я слышу, как Стиан подыгрывает музыке на гитаре, а девчонка что-то говорит, но я тоже не могу расслышать, что именно. Потому что музыка играет очень громко. Вдруг у меня сводит живот. Я чувствую себя плохо. И думаю вдруг, что хотела бы сама сидеть там внутри вместе со Стианом, болтать, смеяться, играть на гитаре и слушать музыку. С закрытой дверью. Но Хелле я об этом ничего не говорю. А говорю только: «Пойдем. — И тащу ее за собой по коридору. — Мы выходим».

И мы выходим.

Дорогой дневник,

Стиан привел в гости из школы ДЕВОЧКУ. КРАСИВУЮ девочку.

Они сидели в его комнате.

С закрытой дверью.

Ничего не понимаю.

После шока

На улице я не знаю, чем заняться. И Хелле тоже не может ничего придумать.

— Поиграем в «На стол — в горшок!», — говорю я. — Ты первая.

«На стол — в горшок» — игра, которой я научилась у моей двоюродной сестры Ханны. В нее играют, когда больше нечем заняться. Надо по очереди предлагать другим что-то, а другие отвечают: «На стол», если хотят выполнить предложенное задание, или: «В горшок», если не хотят. То есть игра длится, пока кто-то не скажет: «На стол». Тогда приходится выполнять предложенное. (Если в игре участвует больше двух человек, то надо решать большинством голосов.)

— Ладно, э-э-э-э-э-э-э-э, мы може-е-е-ем… Пошпионить! — говорит Хелле.

— За кем? — спрашиваю я.

— За Зеленым домом, — отвечает Хелле.

— В горшок, — отвечаю я.

— Мы може-е-е-е-ем… нет, я не знаю, придумай что-нибудь сама, — говорю я.

— Мы може-е-е-е-е-е-ем… залезть на Обезьянье дерево! — говорит Хелле.