Кэтрин Эпплгейт - Секрет

— Привет, — обратился он к нам, и его без­звучный голос, как обычно, прозвучал у каж­дого из нас в голове.

— Привет, Тобиас, — отозвалась я. Тобиас — пятый член нашей компании, я имею в виду, если считать людей. Хотя, соб­ственно говоря, он сейчас как бы уже не совсем человек. Видите ли, если аниморф по каким-то причинам задержится в личине животного больше двух часов, то он останется в ней на­всегда.

Однако умом и сердцем Тобиас все равно человек. Во всяком случае, в основном. Но че­ловеческое сердце обречено навеки оставать­ся в теле краснохвостого канюка. И живет он тоже как самый настоящий канюк.

— Привет, Тобиас, — кивнула Рэчел. — А я ждала тебя прошлым вечером.

Тобиас иногда отваживается прилетать к Рэчел. Пробравшись в ее спальню на втором этаже, он смотрит телевизор или читает. То есть делает то, что делал раньше и чего он ли­шен теперь. То, что умеет каждый человек.

— Хм… да… в общем-то, я так и собирался, — пробурчал он. — Но потом Акс рассказал одну вещь…

Акс — это Аксимили-Эсгаррут-Истхил, шес­той член нашей компании. В отличие от бед­няги Тобиаса, он вообще не человек. Акс — на­стоящий андалит.

— А сам-то он собирается прийти? — спро­сил Джейк.

— Нет. Сказал, что ему лучше приглядывать за тем, что там происходит. Причем сразу четырьмя глазами.

— За чем приглядывать? — начиная терять терпение, поинтересовался Марко.

Тобиас уселся немного пониже, чтобы мы лучше его слышали. На этот раз он устроился на двери дощатой перегородки и окинул вни­мательным взглядом стоявшие внизу клетки и их обитателей. В настоящий момент, кроме енота, с которым я возилась, у нас жили лиса, два волка, одному Богу известно, сколько летучих мышей, совершенно очаровательный ди­кобраз, парочка зайцев, олень, которого силь­но поранил медведь, несколько скалистых голубей, гусь, молодой лебедь, куча чаек, нео­быкновенной красоты черный дрозд с красны­ми крыльями и сова-сипуха.

— А куда подевался золотой орел ? — с заинтере­сованным видом спросил Тобиас.

— Ему стало намного лучше, так что мы ре­шили его отпустить, — виновато призналась я. Видите ли, золотой орел с легкостью может прикончить, а потом и съесть обычного каню­ка. — Отвезли его за холмы и там выпустили. Это ведь не твоя территория, верно, Тобиас?

Вид у Тобиаса был не слишком довольный. Но с другой стороны, спохватилась я, с его нынешней внешностью он всегда выглядел до­вольно-таки устрашающе. А ведь когда-то это был застенчивый, очень славный парень, все­гда немножко сонный на вид. С Джейком они познакомились, когда он зашел в туалет и уви­дел, как трое каких-то бугаев запихивают бед­нягу Тобиаса головой в сортир.

— Ну ладно, оставим это. В любом случае мне нужно было это вам рассказать. Дело в том, что в нашем лесу кто-то затеял вырубку деревьев.

— Это невозможно! — ахнула я.

Остальные, похоже, хоть и расстроились, но немного меньше.

— Ну и что? — нетерпеливо спросил Марко.

— Так ведь изменится же среда обитания, как ты не понимаешь?! Сколько животных останет­ся без крова! А сколько старых деревьев про­сто срубят под корень, и все ради того, чтоб выпустить пачку-другую дурацкой фанеры! — чуть не плакала я. — Вот в чем дело!

Марко нахмурился:

— Ну… мне ведь и так не все равно. И все-таки я не совсем понимаю…

Я уже открыла было рот, чтобы ответить, но Тобиас перебил меня:

— Может быть, сейчас ты и не слишком пере­живаешь, Maркo. Но уж наверняка забеспокоишь­ся, когда узнаешь, кто именно затеял, эту самую вы­рубку!

— Наверное, какая-то компания по лесоза­готовке, — неуверенно протянул Марко.

— Да. В общем, ты прав, — ответил Тобиас, — только вот что странно: эта самая компания по­чему-то разместила свой офис в самой глубине леса. Это приземистое, длинное здание — словом, такое, каким ему и положено быть. За исключением одной маленькой детали…

— Какой еще маленькой детали? — нахмурил­ся Джейк.

— Перед зданием— огромная площадка, защищен­ная силовым полем. Такое впечатление, что там все под колпаком. Ничто живое не в силах проникнуть внутрь. Я попытался было подлететь поближе, так врезался во что-то с размаху. Впечатление такое, что угодил в бетонную стену. И еще вокруг, по пери­метру здания, постоянно расхаживают вооружен­ные до зубов охранники. Стерегут они и подъездную дорожку

— Ух ты, — присвистнул Джейк.

— Между прочим, вооружены они автоматами.

— Йерки? — высказала предположение Рэ-чел. — Но с чего это йеркам вдруг вздумалось заняться заготовкой леса?

Впрочем, на этот вопрос ответить было лег­че легкого. Лично для меня в планах йерков не было никакой тайны.

— Они хотят уничтожить среду обитания, — сказала я.

— Что? Что за чушь? — возмутился Марко. — Хочешь сказать, что йеркам вдруг понадоби­лось согнать с места всех этих оленей и сов?!

— Нет, — покачала я головой. — Им нужны как раз не совы. Они хотят уничтожить есте­ственную среду обитания совсем другого жи­вого существа.

— Точно, — кивнул Тобиас. — Думаю, они реши­ли выжить из лесу одного очень, очень опасного андалита!

Глава 4

— Итак, давайте подведем итоги. Получает­ся, йерки уже здесь, в нашем лесу. Отлично! — сказала Рэчел. По огоньку в ее глазах я догадалась, что она просто в восторге — впрочем, как всегда, когда предстояло что-то опасное. — Надо про­браться туда и убедиться самим.

— Только очень осторожно, — предупредил Марко, — если это и в самом деле йерки, стало быть, они нас ждут.

— Ждут нас? — удивился Тобиас. Марко кивнул.

— Послушайте, ведь йерки уверены, что мы — группа уцелевших воинов-андалитов, верно? Ведь они считают, что превращаться могут только андалиты, так? И поэтому, есте­ственно, решили, что лес — это единственное место, где андалиты могут прятаться и где они смогут выжить. Да вы подумайте сами — если бы мы и в самом деле были андалитами, разве смогли бы мы отправиться в город и снять ком­нату в мотеле?!

— Итак, значит, мы укрылись в лесу. Соб­ственно, как это прямо сейчас делает Акс, —согласился Джейк. — И они решили использо­вать рубку леса как прикрытие для охоты на андалитов. Интересно!

— Верно. Стало быть, они совершенно уве­рены, что мы прячемся в лесу. Отсюда следует, что им надо готовиться к нападению. А отсю­да еще один вывод: значит, они будут очень ос­торожны. Будут готовы уничтожить любую группу странных, на их взгляд, животных.

Я была вынуждена согласиться с Марко. Однако было еще кое-что, не дававшее мне покоя.

— Интересно, а как им вообще удалось полу­чить разрешение на вырубку леса, если это Национальный парк?!

Марко округлил глаза, будто я сморозила какую-то глупость:

— А кому какое дело? Я хочу сказать, неуже­ли ты думаешь, их это волнует?

— Отсюда следует, что если мы хотим отпра­виться на разведку, то всем идти нельзя, — сде­лал вывод Джейк. — Нужно разделиться. Так, отправляемся двумя группами. И никаких оди­наковых животных, поняли? Да, еще одно. Это просто разведка. Все осмотреть, ничего не предпринимать. Кэсси, ты идешь с Марко. По крайней мере, будет два совершенно разных мнения.

— А почему не с Рэчел? — возмутилась я. Не то чтобы я не любила Марко, вовсе нет. Про­сто он порой действовал мне на нервы.

— Потому что вы с Рэчел вечно подбиваете Друг дружку на разные штучки, — отрезал Джейк.

Значит, он догадался про крыс. Наверняка догадался. И все-таки я сделала еще одну по­пытку:

— Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, как вы с Марко?

Джейк кивнул и улыбнулся:

— Точно! Именно так. Ты угадала.

Десять минут спустя мы с Марко уже шага­ли наискосок через самое дальнее поле на ок­раине нашей фермы, чертыхаясь сквозь зубы, когда высокая трава опутывала нам ноги. Впе­реди чернел лес. Туда-то мы и направлялись.

Этот лес тянулся на многие мили, почти до самого подножия гор, что вставали на горизон­те. Он был просто огромным. Тысячи, может быть, миллионы квадратных миль мачтовых сосен и елей расстилались от предгорий до са­мых окраин города, лишь изредка сменяясь редкими полянками, заросшими березой или ольхой. Наша ферма находилась почти на са­мом его краю. Впрочем, таких ферм по сосед­ству было несколько. А кроме них, еще много домов тех людей, кто предпочитал селиться не в самом городе, а на его окраинах.

Вечер выдался на редкость тихий и ясный. На небе не было ни облачка, лишь горы на го­ризонте в лучах заката отливали голубым и розовым. Прохладный ветерок, насыщенный ароматами диких цветов, дул нам в лицо. На краю луга, у изгороди, паслись две наших ло­шади. Место это было на редкость спокойным, поэтому мы особенно не боялись, что даже ночью с ними что-то случится.

Правда, сейчас, когда мы не раз уже успели убедиться, что в лесу полно волков, может быть, придется с этим покончить. В конце кон­цов, волчья стая способна загнать даже иную молодую лошадь. Уж я-то это хорошо знаю. Недаром я сама была волком. И не раз. И как раз собиралась превратиться в него снова.