Пропавшие в Бермудии - Слаповский Алексей Иванович

Выдержать это испытание не значило ничего не взять. Взять с умом, вот что это значило.

Огромное здание, похожее на самый большой из павильонов ВВЦ, то есть бывшего ВДНХ в Москве, возникло возле ЦРУ.

Вик и Ричард Ричард вошли в него, и дверь за ними захлопнулась.

Ричард Ричард провел пальцами по стене, по ближайшему стеллажу.

– Пыли нет. Да и не должно быть: все новое.

И он с облегчением снял шлем, оглядывая окружающее с невольным любопытством.

А Вик заранее пообещал себе, что будет сохранять спокойствие.

Это было трудно.

В магазинах мы часто видим рекламные вывески «Все для дома», «Все для автомобиля», «Все для спорта», но при этом ясно, что имеется в виду не все, а много. Во дворце же было именно ВСЕ!

Любые продукты в любых упаковках, фрукты и сладости, автомобили, игрушки, игры, самолеты, танки, миллионы томов книг, компьютеры разных модификаций, драгоценности, предметы искусства, спортивное снаряжение, напитки, фрукты и сладости… Или я это уже перечислял?.. Занятная история, должен вам сказать: когда говоришь – ВСЕ, то думаешь, что рассказывать об этом будешь долго, очень долго, без конца, а на самом деле быстро выдыхаешься, начинаешь запинаться и повторяться. Как вы думаете, отчего это? Или вещей на свете не так уж и много, или фантазия у меня такая убогая? Или не так уж много я хочу?

Перед Виком оказалась тележка, как в супермаркете, только больше.

– В течение часа, – раздался сверху голос Мьянти, – ты должен взять все, что поместится в тележке – и это будет твое навсегда!

– Бери то, что не можешь сам воображелать и чего нет в ЕС! – шепнул Ричард Ричард.

– Не подсказывать! – тут же одернул голос.

Вик сначала хотел взять лишь несколько книг.

Но подумал, что это будет выглядеть хвастовством. Вот, мол, какой я умный. А он не хотел хвастаться. Он хотел быть честным.

Возьму кинокамеру, эспандер, чтобы тренировать мышцы, гитару – я давно собираюсь научиться играть на ней – и какую-нибудь красивую штучку на память, решил он.

Но подумал, что все эти вещи при его способностях, он, пожалуй, может воображелать сам. Кроме разве что кинокамеры – но такая ли это необходимая вещь?

Впрочем, надо сначала просто посмотреть, что тут есть.

И он пошел по огромным залам. Ричард Ричард то и дело отставал, не приближаясь к вещам и не трогая их, но разглядывая с большим интересом.

А Вик все никак не мог выбрать.

Прошло уже минут пятнадцать – тележка оставалась пустой.

Тут Вик увидел маску с трубкой для плавания под водой. Он не умел плавать с такой маской и собирался научиться этому на Бермудах или на Багамах. Желание вспомнилось, сработало – и он взял маску.

– Ну и выбрал! – фыркнул Ричард Ричард. – Да я тебе сто таких… – и осекся, вспомнив, что Мьянти, скорее всего, слышит и видит его.

Раз есть маска, нужны ласты, шапочка, плавки, все это Вик тоже взял. Потом увидел акваланг, ружье для подводной охоты, фотокамеру для съемки под водой. Он взял и это – будто вознамерился заниматься дайвингом. Так уж получилось – одна вещь определенного назначения потянула за собой другую. И таких вещей попадалось все больше: водонепроницаемые часы, водонепроницаемый портативный компьютер, емкости с напитками, устроенные так, что можно пить под водой, сбруя для катания на прирученных дельфинах – чего только, оказывается, не придумали люди для подводных развлечений!

Тележка была уже почти полной, а Вик не мог остановиться, продолжал свою тематическую, если можно так сказать, подборку.

Ричард Ричард покашливал от досады, но молчал.

Тут пол стал движущимся. Пришла в движение лента транспортера, что вилась возле нескончаемых полок и стеллажей.

Причем на стеллажах появились вещи гораздо более соблазнительные, чем те, которые уже набрал Вик, – например, действующая модель радиоуправляемой ракеты. Кто бы из вас отказался от такой замечательной штуки? Вик схватил ее, пока лента не провезла его дальше, но ракету некуда было положить: тележка забита. Тогда Вик выкинул все подводное снаряжение (сам воображелает или поплавает без него), всунул ракету в тележку. Потом ухватил складной горный велосипед. Потом увидел летающее кресло, которое однажды показывали по телевизору, реактивное кресло, мечта, а не кресло, и Вик выкинул ракету и велосипед, впихнул кресло – оно заменит и ракету, и велосипед.

Лента двигалась все быстрее. Уже некоторые вещи Вик не успевал разглядеть, но ему казалось, что они как раз самые интересные и нужные. Он выкидывал одно, клал другое, опять выкидывал и хватал что-то непонятное, но безусловно замечательное.

Тут лента остановилась. Вик был рад. Он перевел дыхание, будто бежал и запыхался – хотя все время стоял на ленте. Все, надо успокоиться, – решил он. Огляделся.

Во Дворце Изобилия появились люди. Их становилось все больше. Они торопливо подбегали к полкам, хватали, примеряли, пробовали, спорили… Вдруг кто-то крикнул: «Всем не хватит!» – и все толпой бросились в дальний зал Дворца, где находилось что-то самое нужное и самое редкое. Не удержавшись, бросился туда и Вик. Он проталкивался, Ричард Ричард ему помогал – забыв об опасности, расшвыривал людей, которые были наполовину виртуальными, но все же осязаемыми, азартно крича: «Не видите, я с ребенком?!»

Когда протолкались в зал, там было пусто.

Все бросились назад.

И тут прозвучал гонг – и с полок постепенно начало все исчезать.

Вик бросится в одно место, пока добежит – ничего нет. Бросится в другое – и там исчезает. Покупатели же совсем обезумели, метались по залу, сшибая друг друга с ног, дерясь и увечась. Вик понимал, что они не настоящие, но легче от этого не было.

Вдруг покупатели исчезли. А вещи остались – хоть и не в таком изобилии. Голос Мьянти металлически произнес: «Осталось пять минут!»

А тележка Вика была пуста.

– Ну, что же ты? – прошипел Ричард Ричард.

Вик вдруг пнул тележку, сунул руки в карманы и пошел к выходу.

– Вик! – отчаянно крикнул Ричард Ричард. – Ладно, я сам за тебя что-нибудь возьму, хорошо?

– Нельзя! – запретил голос Мьянти.

– Издеваетесь над ребенком! – гневно закричал Ричард Ричард.

– Осталось четыре минуты!.. Три!.. Две!.. Одна… Пятьдесят секунд… Сорок секунд… Тридцать!

Мьянти отсчитывал секунды веским и торжественным голосом, который, наверное, ему самому нравился.

Но Вик не обращал внимания, он спокойно шел к выходу.

И оказался там как раз в то время, когда Мьянти закончил счет.

Мьянти поджидал его.

– Почему ты ничего не взял? – поразился он. – То есть это хорошо, но даже слишком хорошо. Ты нарочно? Ты просто вытерпел?

– Нет. Я понял, что все это ерунда.

– Как ерунда? – не понял Мьянти.

– Я просто рассудил математически. Бесконечно малая величина по сравнению с бесконечно большой – все равно что ноль. Там слишком всего много. Любая часть от этого – пустяк. Так что набрал я тележку или ничего не набрал – в математическом отношении это одно и то же.

Ричард Ричард, будучи по призванию ученым, не мог оставить эти слова без внимания и тут же выдвинул контраргумент:

– Интересно, посчитал бы ты математическим нулем кусок хлеба по сравнению с миллионом тонн этого самого хлеба, когда захотел бы есть?

– В том-то и дело, что есть я не хотел, – ответил Вик.

Ричард Ричард открыл рот, чтобы возразить ему, но вдруг рассердился – видимо, сам на себя:

– Все, мне больше нечего здесь делать! Еще неизвестно, не нахватался ли я там какой-нибудь заразы. И вообще, мальчик, зря ты стараешься мне понравиться, жизнь и здоровье мне дороже. И в машину я попал совершенно случайно. Просто оказался рядом, увидел… Надеюсь, мы больше не встретимся.

И он исчез, а Вик улыбнулся: эти слова от Ричарда Ричарда он уже слышал.

34. Ник во Дворце Изобилия. Ссора с Роджером

Ольмек, дождавшись своей очереди, велел привести к себе Ника. Он расхвалил его успехи, объяснил, каково государственное устройство Бермудии и, не откладывая в долгий ящик, объявил, что Ника хотят выдвинуть кандидатом на пост короля от партии зеленых. А Вика – от синих.