Крыси-мыси. История о похищенных жизнях - Елена Клишина

Пока приёмная кампания не закончилась, он свозил так ещё троих. Каждый раз, когда ехал с очередной односельчанкой, прикидывал с изумлением, видя очереди из мамаш и отцов, желающих отдать свои немалые деньги в кассу института: это сколько же их, таких родителей, наезжает летом в этот чёртов город?

Мысли его стали ползти в какую-то уж совсем тёмную сторону: а что, если… Но нет, своих нельзя. Это же сразу будет понятно: с ним поехала и не вернулась, значит, с кого спрос? А хотелось, хотелось выдернуть из рук сумочку, в которой лежали толстые пачки купюр в целлофановом пакетике или вообще в газете, открыть на ходу дверь и выкинуть из машины, предварительно свернув на какую-нибудь безлюдную полевую дорогу и дав по башке чем-нибудь тяжёлым. Но нет, нет, нельзя. «Сколько уж ты сам продержишься», тьфу, вот к чему сейчас это вспомнилось? А так хочется. Можно ещё ведь и попользоваться по-мужски – до или после того, как по голове дашь, кто узнает? Даже непонятно было, чего больше хотелось: секса, когда никого уговаривать или унижаться ни перед кем не надо, – взял, и всё, или лёгких денег?

К осени вроде бы эта мысль ослабела. Потому что все уже поступили, соблазнов больше не было. В тот раз, в молодости, с девкой из райцентра ему повезло, не факт, что повезёт и в этот. Зиму ходил вроде совсем успокоившийся, но нет-нет, да и прислушивался к разговорам баб в конторе, у кого дети школу заканчивают и собираются поступать. Мысленно складывал в памяти названия: кооперативный техникум, ПТУ, политех, педагогический, «кулёк», на портниху, на медсестру… Зачем запоминает, не думал об этом, само как-то откладывалось. В конце весны попёрся какого-то лешего к школе смотреть на последний звонок, чтобы знать, кто к нему снова с просьбой свозить с деньгами в институт может подойти. «А что, если и мне самому…» – пронеслась в голове дикая мысль и больше уже не отпускала. Терпения хватило ровно до середины июля.

Глава 6

2023 год

В первую ночь, когда я осталась одна в пустой квартире, проревевшись, написав и стерев, наговорив и удалив сто злых сообщений отцу, мне приснился сон. Та девушка из маршрутки шла по полю, примерно по колено в траве, возле её ног как будто вспыхивали какие-то рыжие пятна. Огонь, что ли? Когда она подошла ближе, я увидела, что в траве возле неё снуют лисички. Боже, какая милота! Я присела на корточки, протянула руку, чтобы погладить. Девушка сказала:

– Лучше не трогай.

Нет, я знаю, что лисы – переносчики бешенства, но это же сон.

Девушка возвышалась надо мной так, что солнце было прямо за её спиной и её лица я толком не видела. Но волосы спадали красиво так по плечам. И ещё она сказала странную фразу:

– Даже после смерти можно всё исправить. Сам не сможешь, но могут и другие не побояться.

Сперва эти её слова показались мне странными – я-то вроде умирать не собираюсь. А потом вспомнила, что накануне думала о чём-то подобном. В общем, обычный сон – мне просто показали картинки предыдущего дня: девушка, поле, мои мысли про смерть. В некотором смысле я, наверное, умерла после того, как мне сказали, что у меня нет дома и, похоже, теперь нет отца, а впереди ещё геенна огненная под названием ЕГЭ, и дальше, если не сдам, не очень понятно что. Какая-то часть меня уж точно умерла, по крайней мере засохла и скукожилась.

Я встала с кровати, слепила себе какие-то бутерброды из того, что оставалось в холодильнике. И подумала, что возьму-ка я пару учебников и тетрадей и поеду в «зону комфорта». Звучит, конечно, смешно. Но всё лучше, чем «жопа мира». Мысли вроде как иногда материальны: если будешь думать, что ты в жопе, то в ней и окажешься.

Вообще, конечно, надо узнать, как там мать. «Как спалось на новом месте?» – написала я ей сообщение в мессенджере. Не доставлено. Набрала номер. Не берёт. Подождать, пока ответит? Но, с другой стороны, сейчас праздники или нет? Заслужили ли мы с ней хотя бы один первомайский шашлык? Определённо. Я видела, что там полно дров. Из кирпичей, которые валяются, можно сложить небольшой мангальчик. Решётка для шашлыков должна быть где-то на балконе. Я куплю замаринованный куриный шашлык и жидкость для розжига, чтобы не гадать, получится у нас с нею разжечь костёр или нет. Можно, конечно, ещё купить пакет угля, но он здоровый, десять литров, тащить неудобно.

Я взяла рюкзак, положила в него решётку, завёрнутую в пакет, и учебники. Подумала и положила зубную щётку – вдруг останусь ночевать. Курица уже не войдёт, ладно, понесу её в пакете.

Когда пришла на остановку, маршрутку пришлось подождать минут двадцать. Оказывается, у них есть своё расписание, постоянные пассажиры его знают и приходят точно к очередному рейсу. Поэтому сразу занять сидячее место не получилось. Но потом, когда несколько человек вышли на разных остановках, я плюхнулась на сиденье в «хвосте» салона. Рядом сидела девушка, ещё совсем девчонка. Что странно, короткая юбка и ноги без колгот. Как ей не холодно? Я вот вообще надела сегодня штаны на флисе: про май у нас тут шутят, мол «не май месяц», в смысле, тот ещё дубак может быть. Бывает, в мае идёт снег, а иногда стоит почти летняя жара. Хоть я садилась на конечной и потом стояла почти у самой двери, не помню, чтобы эта девчонка заходила в маршрутку. Должно быть, я втыкала в телефон и её не заметила, бывает.

Сегодняшняя девчонка мне была не так интересна, как вчерашняя. Эта явно младше на пару лет, мордашка в прыщах, на руке фенечки из мелких бусинок. Коленки эти голые. Отморозит же себе всё. Когда маршрутка подъехала к нужной остановке, я встала и пошла к кабине. Девчонка тоже поднялась с места. Пока я копалась в кармане, собирая мелочь, она обошла меня и встала у самой двери. Я оплатила проезд, дверь открылась, а она просто вышла. «Нормально», – подумала я. Сейчас водитель начнёт орать ей в спину: «А кто за проезд платить будет?», обычно они всегда так делают, когда кто-то пытается схитрить при выходе. И ещё подумает, что она со мной. Но водитель ничего такого не сказал, будто и не видел её вовсе. Интересно, как так у людей получается? Надо спросить.

Девчонка шла по