Голубая Луна - Гамильтон Лорел Кей

Переместившись с меня, взгляд Говарда устремился куда-то в дальний конец помещения. На секунду он даже перестал дышать, будто задохнулся.

Я обернулась, чтобы посмотреть, что могло так внезапно привлечь все его внимание. Там был человек почти семи футов роста, и весил он никак не меньше пятисот фунтов. Лицо было не просто чисто выбрито, а полностью безволосым. Ни бровей, ничего, оно было гладким и ненастоящим. Глаза были почти бесцветно серые, слишком маленькие для такого большого лица. На нем была черная рубашка, выпущенная поверх черных брюк, и черные же ботинки. Кожа на руках и лице была неправдоподобно белой, будто ее никогда не касались солнечные лучи.

При его виде моя кожа никак не отреагировала. Фактически, он шел к нам, такой пустой и неощутимый, будто экранировал себя.

Я поднялась. Отчасти дело было в его размерах. Отчасти – в том, что от него ничего не исходило, будто его вовсе здесь не было. А мне обычно не нравится, когда кто-то так усиленно возводит вокруг себя защиту. Обычно это означает, что ему есть, что скрывать. И если это был тот колдун, который убил Бетти, то я точно знала, что он скрывает.

Мужчина остановился прямо перед нами. Говард обхватил себя руками и занялся представлением:

– Линус, это Анита Блейк. Анита, это Линус Бек.

Голос у Говарда стал выше, чем был до этого, словно он трясся от страха. Похоже, он боится многих.

Линус Бек сверху вниз улыбнулся мне. Когда он заговорил, я была в шоке от его нежного сопрано:

– Я так счастлив с вами познакомиться, Анита. Редко удается встретить коллегу, практикующего то же ремесло.

– Мы с вами практикуем не одно и то же, Линус.

– Вы так уверены? – сладко спросил он.

– Абсолютно.

Даже стоя, мне приходилось выворачивать шею, чтобы смотреть ему в глаза.

– Хотела бы я знать, зачем Найли первоклассный ясновидящий и колдун?

Линус Бек расплылся в улыбке, которая показалась мне вполне искренней.

– Вы знаете терминологию. Я поражен и доволен.

– Рада слышать. А теперь, ответьте на вопрос.

– Как только я проверю вас на наличие различных устройств, вы получите сразу все ответы.

Я посмотрела на его большие белые руки и подумала, что мне совсем не хочется, чтобы он меня трогал. Волос почти не было, даже на руках. Он был как юнец, а руки – как у маленького ребенка. У меня в голове что-то щелкнуло, и я уставилась на него. Может, это отразилось у меня на лице. А может, он прочитал мои мысли, хотя последнее – вряд ли.

– Моя мужественность была принесена в жертву много лет назад, так я могу лучше служить своему хозяину.

Я моргнула и уточнила:

– Вы евнух?

Он чуть заметно кивнул.

Я хотела спросить, для чего, но не стала. Все равно ни один ответ не будет иметь смысла, так зачем вообще спрашивать? Вместо этого, я поинтересовалась:

– И в чем ваша изюминка? Социопат, психопат или шизофреник?

Он моргнул маленькими глазками, а улыбка поблекла.

– Заблуждающиеся люди говорили мне, что я сошел с ума, Анита. Но я действительно слышал голоса. Голос своего хозяина.

– Ага, вот только были эти голоса голосами вашего хозяина или больного мозга?

Он нахмурился еще больше.

– Не знаю, что вы имеете в виду.

Я вздохнула. Видимо, он и правда не знает. Колдуны обычно обретали свою магию с помочью демонической, или еще хуже того, силы. Они торговали тем, что получили, и продавали душу в обмен на деньги, комфорт, вожделение и силу. Но некоторые из них были как бы одержимы. Люди слабели от какого-либо изъяна: душевной болезни или просто порочности натуры. И правильный выбор порока привлекал зло.

Тем временем к нам в сопровождении мужчин возвращался Найли. Они с Ричардом больше не держались за руки. У Ричарда было очень напряженное и злое лицо. Лица Шанг-Да и Майло не выражали ничего, будто ничего не произошло. Найли выглядел счастливым и очень довольным собой. Он похлопал Линуса Бека по спине, и евнух, подняв его руку, поцеловал ее.

Возможно, я знала о евнухах значительно меньше, чем думала. Я считала, что это означает бесполость. Возможно, я ошибалась.

– Линус осмотрит вас на предмет устройств, и затем мы сможем поговорить.

– Я не хочу, чтобы он ко мне прикасался. Не подумайте, что тут что-то личное, Линус.

– Вы боитесь моего хозяина, – сказал тот.

Я кивнула.

– Еще бы.

– Я должен повторить, что настаиваю, чтобы это сделал Линус. На случай, если у вас с собой что-либо магическое, что может нам помешать.

Я нахмурилась.

– Что, например? Святая ручная граната?

Найли отмел мое предположение взмахом руки.

– Линус должен вас обыскать, но если хотите, можете взять с собой одного из своих мужчин.

Это мне тоже не понравилось, но возможно, лучшего предложения ждать не приходилось. Подошла официантка, чтобы принять заказ, и я вдруг осознала, как голодна. Вот так и привыкаешь есть посреди бедствий и крови, иначе придется выбирать другую работу. Они подавали завтрак весь день. Я заказала блинчики и бекон в кленовом сиропе.

Ричард был в шоке.

– Как ты можешь есть?

Я повторила свою мысль вслух:

– Ты либо учишься есть посреди бедствий и крови, либо ищешь себе другую работу, Ричард.

– Очень практично, миз Блейк, – заметил Найли.

Я посмотрела на него и почувствовала, как мои губы кривит слабая, но очень неприятная улыбочка.

– Не так давно, мистер Найли, я стала очень, очень практичной.

– Хорошо, – сказал он. – Очень хорошо. Тогда мы точно понимаем друг друга.

Я покачала головой.

– Нет, мистер Найли, я вас не понимаю. Я знаю, кто вы, и что вы будете делать, но не понимаю, почему.

– И кто же я, миз Блейк?

Моя улыбка стала шире.

– Плохой, мистер Найли. Вы – плохой парень.

Он кивнул.

– Да, миз Блейк. Это так. Я очень, очень плохой парень.

– Похоже, это автоматически превращает нас в хороших парней, – сказала я, не переставая улыбаться.

Найли ответил на мою улыбку своей.

– Я знаю, кто я, миз Блейк. И я этим доволен. Довольны ли вы?

Долгое мгновение мы разглядывали друг друга.

– Мое душевное состояние вообще-то не вашего ума дело.

– Это достаточный ответ, – заметил он.

– Давайте займемся заказом.

Наконец все, даже Ричард, сделали заказ. Когда официантка удалилась, мы с Ричардом и Линусом направились к туалетам, чтобы последний мог поискать на мне прослушивающие устройства и магические штучки-ловушки.

У меня возник только один вопрос:

– В чей туалет пойдем?

35

В результате пошли мы в мужской туалет. У Линуса были удивительно мягкие руки, будто под кожей не было мышц, только кости и жир. Может, он отказался и от чего-то еще во имя служения своему хозяину. Искал он медленно, но основательно. Запустил пальцы даже мне в волосы, что большинство делать забывали. Вел он себя прилично, даже когда его руки касались интимных мест. Так что он не дал Ричарду ни единого повода на него рассердиться. Впрочем, как и мне.

Тем же порядком мы вернулись за стол. Еду еще не принесли, но мой кофе был уже тут. А с кофе, как известно, любое дело идет веселее.

Мы снова оказались на стульях спиной к дверям. Если бы мы приехали первыми, то эти места достались бы им, так что выступать я не стала. Линус сел справа от Найли. И я поняла, почему мы не сели в кабинку – Линус там просто не уместился бы.

– Вы хотели поговорить, Найли. Так говорите, – нарушила я молчание и отпила кофе. Он был горький и переварен, но такой вещи, как непригодный к употреблению кофе, не существует. Оставалось только надеяться, что еду здесь готовят лучше.

– Я хочу, чтобы вы уехали из города, Анита.

– На этот счет нас уже просветили Уилкс и его люди. И мы сказали им, что уедем к закату, – ответила я.

– Я знаю, что вы сказали нашему дорогому шерифу, – сказал Найли.

Он больше не улыбался. Глаза стали холодными, а веселье у него на лице померкло, словно зашедшее солнце, которое оставляет мир в полном распоряжении тьмы.