Только не закрывай глаза - Джулия Паркер

и так спонтанно потерять того, в кого был влюблен. Хоть она впервые в жизни видела такого разбитого, уязвимого Эрика, которого буквально распирала эта боль. Когда девушка увидела его в первый раз, она даже подумать не могла, насколько раним этот человек и как сильно способен любить.

– Извини, – всхлипнув произнес Эрик, – это я должен тебя успокаивать, а не ты меня. Я сам разберусь. Это моя боль.

– Это наша боль, – остановила его Стелла. – Мы будем держаться за наши воспоминания о них, потому что это все, что у нас осталось. Именно по этой причине мы будем помнить о тех событиях всегда.

– Мне кажется мы должны держаться рядом, – вдруг сказал Эрик.

Стелла с удивлением посмотрела на парня и хотела было что-то спросить, но он не дал этого сделать и прислонил указательный палец к ее губам.

– Я про то, что мы больше никогда не сможем видеть подле себя кого-то другого. Верно? – Спросил в пустоту парень и, не дожидаясь ответа, продолжил. – Ты и я никогда не смиримся с этой потерей. Давай разделим эту потерю вдвоем?

– Что?! – Стелла от слова совсем не понимала, о чем говорит Эрик.

Вдруг он придвинулся ближе, его теплые и мокрые от слез ладони обхватили лицо девушки. Он смотрел на нее с такой печалью в глазах, что Стелла захотела отвернуться, но руки Эрика не давали ей это сделать. Парень приблизился еще ближе, он посмотрел на губы девушки и резко поцеловал. От слез этот поцелуй был мокрым, таким непонятным и каким-то горьким. Спустя несколько секунд парень отпрянул и отвернулся.

– Прости, не следовало это делать, наверное, я пьян, ну или совсем спятил, – бормоча себе под нос эту фразу, Эрик ушел прочь, оставив недоумевающую Стеллу сидеть.

Внезапно девушка сорвалась с места и побежала вдогонку за парнем.

– Я поняла, что ты сказал, – крикнула она в спину Эрика и тот остановился, – ты прав, я никогда не смогу полюбить кого-то еще, кроме Уилла. Не смогу забыть его, как и ты Эдди. И это определенно сведет нас с ума. Когда я увидела тебя в первый раз, ты был таким заносчивым придурком, что я даже представить себе не могла, что ты способен любить кого-то так сильно. Впрочем, ты был такого же мнения и обо мне. Но вот, мы оба обломались в своих суждениях, Вейкхам. Все будет только хуже, гораздо хуже, если мы это не изменим. Возможно, мы действительно сможем найти утешение друг в друге, ну а если нет, то хоть будем рядом друг с другом.

– Ты правда этого хочешь? – спросил Вейкхам и повернулся к девушке.

– Правда, – слезы текли по щеке Стеллы. Она даже их не останавливала. Ей было все равно. Кардиган слетел с плеч Стеллы и упал на траву.

Эрик подошел к девушке и поднял кофту. Он бережно накинул ее на плечи Стеллы и поцеловал ее в лоб.

*

Тем временем в Техасе на берегу Ред-Ривер* стояла в обнимку пара. Они молча смотрели на отражение луны в речной глади. Позади них стоял небольшой домик, откуда доносилась приятная музыка. Та самая песня, что играла в наушниках Эмили перед происшествием. Голос певицы так сладко и звучно распевал каждую ноту. Это создавало такую романтичную и грустную атмосферу. На ветках деревьев висели гирлянды. Время будто замерло для этих двоих. Они наконец-то были вместе. Спустя такое долгое время, они наконец-то были вдвоем.

– Это конец, Ник? – вдруг спросила девушка, нарушив тишину.

– Мне кажется это только начало, – улыбнулся парень. – Леди, позвольте пригласить вас на танец?

Эмили кокетливо улыбнулась и протянула руку. Стоило Николасу взять ее, как они закружились в быстром вальсе. Это было так легко, так воздушно, что они невольно закрыли глаза, даже не следя, куда их несет. И зря, Ник оступился и плюхнулся в воду. Парень громко рассмеялся и потянул девушку за руку, и та упала на него.

– Ты что делаешь? – возмутилась Эмили. Ее новенькое ярко-красное платье было полностью мокрое.

– Да ладно тебе, – продолжал хохотать Ник, – наслаждайся моментом.

– Ты что, добиваешься, чтобы я разозлилась? – нахмурилась Эми, а затем тоже рассмеялась.

– Не преувеличивай, не такой уж я и плохой, – произнес парень и зажмурился от того, что девушка дала ему щелбан.

– Ты испортил момент, – буркнула Эмили.

– Да ладно, по-моему, я сделал его еще лучше, – ехидно усмехнулся парень, окидывая взглядом девушку с ног до головы.

Эмили цыкнула и хотела отвернуться, но Ник пододвинул ее к себе и поцеловал.

Тот выпускной, который должен был стать самым счастливым моментом в жизни каждого из них, стал отправной точкой в мир, отличный от того, каким он должен был быть. Их могло быть восемь, но осталось пятеро. Кто-то по счастливой случайности выжил, а кто-то не смог. Эддисон, Уильям и Джейме сделали все для того, чтобы ребята выбрались из этой западни. Каждый из них пожертвовал жизнью для этого. Сколько лет еще должно пройти, эта боль утихла, а раны зажили.

Эмили и Николас так и остались жить в Техасе, они пытались наверстать упущенное. К слову, Нума у них все-таки появился, так звали геккона, которого Ник подарил девушке на их годовщину. Часто девушка в шутку называла и самого Николаса так, а тот частенько дулся, потому что сразу же вспоминал, как Сайлос обманул его, как он потерял всех своих друзей в этом доме, как не мог вспомнить свое имя и назвался Нумой.

Эрик и Стелла все же смогли найти утешение друг в друге. Это было непросто, но ребята справились и смогли залечить свои раны. Ну, по крайней мере, они не так болели, как раньше. Пока учились в университете, ребята каждое воскресенье приходили на кладбище и клали цветы на могилу старых друзей. Спустя три года, парень и девушка поженились. И теперь, в их доме, на стене висит та самая свадебная фотография. Стелла каждый вечер перед сном перечитывает письмо Уильяма и вспоминает тот самый выпускной, те самые дни, когда она чувствовала его присутствие рядом. Эрик же до сих пор хранит ту самую ленточку из больницы, которую ему подарила Мэри. К слову, он даже навестил ее через несколько дней после поступления. Оказалось, что малышку выписали из больницы. Когда она уезжала с родителями, она постоянно звала какого-то Эрика, да и перед самой операцией просила, чтобы он был рядом. Парень тогда про себя улыбнулся и почувствовал такую чуждую до этого дня радость. Он смог подарить веру ребенку в то, что за жизнь нужно бороться, чего