Ловушка для Крика - Саша Хеллмейстер

Тот поднял глаза, и они угольками вспыхнули на покрасневшем лице. Пухлые губы скривились; самоуверенный тон Вика его бесил. Кажется, я почти видела, как между этими двумя бьют молнии. А затем юноша поднялся и протянул руку в перчатке прямо через нас с Эдной:

– Микаэль Россо. Но можешь звать меня просто Мик.

– Россо? Итальянец, что ли? – ухмыльнулся Вик и тряхнул его ладонь. – Ладно. Не дуйся, я не со зла. Вик Крейн.

– Поцелуйтесь ещё, ребята, – посоветовала им Эдна.

В этот момент по трибунам прокатился долгий вздох: парень в загоне неудачно упал со взбешённого жеребца и теперь громко стонал, держась за ногу, пока коня отгоняли в сторону, чтобы тот не затоптал седока. Микаэль и Вик тем временем разговорились:

– И давно ты в деле?

– Лет, наверное, четырнадцать, – пожал плечами Вик, – а ты?

– Седьмой год, – с гордостью сказал Микаэль, – а уже такие результаты. Не находишь, что в выездке я очень одарён?

– Не сидел бы в седле, как мешок с костями, был бы ещё более одарён, – любезно откликнулся Вик.

До следующего тура оставались выезды ещё четырёх всадников, и сидеть между ними стало просто невыносимо. Они переговаривались, сыпали терминами, обсуждали посадку в седле, затем начали спорить, как лучше держать поводья… Я вежливо сказала, что хочу сходить за лимонадом. Жара стояла страшная, так что попить действительно не помешало бы. Эдна попросила купить содовой и ей. Сбежав по деревянным ступенькам, я наугад пошла вправо, двигаясь вдоль трибун и надеясь, что протолкнусь через толпу куда нужно.

– Вам не помочь, юная леди? – один из дядюшек Вика легко нагнал меня.

– Адам? – осторожно уточнила я, боясь ошибиться.

– Уже узнаёшь?! Надо же. Я всё думал, ну как можно путать меня с Тедди, мы же с ним слишком разные. Но нет, нас все и всё время реально называют не теми именами…

Адам был выше Вика, да и по комплекции – мощнее, матёрее. Длинные чёрные волосы, собранные в расслабленный хвост, переливались в свете солнца. Тёмные глаза смотрели ласково, почти по-отцовски добродушно, а улыбка была такой искренней, что я невольно улыбнулась в ответ.

– Ты знаешь, я тоже решил сходить за содовой, – подмигнул Адам. – Да и Вик просил немного присмотреть за тобой. Я же подумал совместить приятное с полезным. Всё равно от попкорна в горле пересохло.

– Без проблем! А куда идти?

Адам мягко накрыл моё плечо широкой смуглой ладонью и ободряюще сжал.

– Просто доверься мне, малышка. В конце концов, ты теперь в семье, верно же? Вика я знаю три месяца и, пресвятой Господь, если он характером не пошёл в своего упрямого отца, то я – капибара. Как он надумал, что вы с ним вместе, так, поверь, дружок, вы рука об руку и долиной смертной тени пройдёте… И нам направо… Мистер, пропустите, вы что же, не видите, тут перед вами девушка?! Да не я, вот она!

Я подавила усмешку. Толпа напирала, но проигнорировать здоровенного индейца никто не мог. Адам ловко прикрыл меня своей спиной и, приобняв за плечо, двигался вперёд, не позволяя никому меня задеть. Рука у него была тяжёлой и тёплой, и я почему-то вспомнила, как мы с отцом ходили смотреть хоккей: он точно так же прижимал меня к своей груди и вёл впереди себя безопасности ради.

– Направо, помнишь? – мягко сказал Адам и помог мне вовремя свернуть.

Мы встали в длинную очередь за напитками; он сунул руки в карманы брюк и что-то тихонько мычал себе под нос. Я тревожно заплетала бахрому на своём коротком топе в косички, дожидаясь, когда народ впереди рассосётся. Идея размяться уже не казалась мне такой блестящей. А вдруг пропущу выступление Вика? Я забеспокоилась и переступила с ноги на ногу.

– Всё в порядке, – ободрил Адам. – Мы быстро всё купим и вернёмся, Вик не успеет даже с трибуны спуститься.

Как он догадался?! Адам продолжил:

– И кстати, я в курсе, что вы заселитесь в отель тут неподалёку… в Биг-Бэнд есть пара неплохих. Тео навёл справки и посоветовал Вику один, так вот – если всё же не захотите остаться на завтрашний день на Потлаче, приглашаем к себе на ранчо. Мы живём милях в тридцати отсюда, и нам всё равно надо будет перевезти на ранчо Талисман, так что… – он кашлянул и замешкался, почесав затылок. – Короче, ребята, хотите к нам в гости?

Я замялась:

– Наверное, стоит это обсудить с Виком?

– С Виком чего обсуждать! – закатил глаза Адам и махнул рукой. – В индейской семье главная – женщина. В большинстве вопросов, – и он широко улыбнулся. – Не уверен, что ты в курсе, но, кажется, мой племянник имеет на тебя большие планы и ради них сюда притащил. И раз так, многие вещи ты можешь решать без его участия. К тому же Вик никогда не откажется лишний раз прокатиться на Талисман: он по ней дико скучал.

– Ну… – я распустила косичку из бахромы, сложила на груди руки, и Адам моментально скопировал мою позу. – Раз такое дело, и раз Вик был надолго разлучён с любимицей…

– Именно.

– …и если в моих силах решить этот вопрос…

– В чьих же ещё?

– Тогда я с удовольствием побывала бы у вас в гостях!

Адам радостно вскрикнул и подпрыгнул на месте, воздев кулак в небо. Когда я рассмеялась, потерев ладони, пояснил:

– Да-а! Гости! Наконец-то в нашей глуши появится свежая кровь! Я безумно счастлив, Лесли, честное слово. Давно мечтал принять гостей. Не беспокойся: у нас всё цивильно! Покажу тебе конюшни, захочешь, прокатишься верхом…

– Я не умею.

Очередь быстро двигалась вперёд, и перед нами осталась лишь влюблённая парочка. Девушка никак не могла решить, какую колу ей взять – обычную или без сахара. Её парень просто купил две.

– Так я научу! Или Вик пускай учит! – великодушно сказал Адам и подошёл к прилавку с газировкой. – Здравствуйте! Четыре содовой. Ой, что это, Лесли?! Убери деньги! Нет-нет, мой праздник – мои гости!

Он купил на всех лимонад, и мы пошли обратно, держа в каждой руке по стакану. К тому времени в загон уже зашёл, опустив на лицо маску, Микаэль в чёрной обтягивающей футболке, выгодно подчеркнувшей жилистое, хоть и слегка сухощавое тело. Девчонки с трибун поддержали его радостными криками: он был красавчик и явно им нравился. Мик перепрыгнул ограждение и сел на крепкую буланую лошадку с чёрной гривой и такими же чёрными чулками и бабками. С третьим гудком воротца отворили, и лошадь тотчас подкинула Мика в