Пропавшие девушки - Лиза Реган

просто был стресс. Он сказал, что ему это нужно.

— Господи, — сказала Джози.

Ной положил руку ей на плечо:

— Босс.

— Ясно-ясно, — сказал Холкомб. — Боюсь, что к нашему делу это отношения не имеет. Значит, до того офицер Брэнсон побывал у вас в машине, а мисс Коулман сказала, что чувствует его запах… или, точнее говоря, мисс Коулман предположила, что чувствует запах, принадлежавший одному из тех, кто ее насиловал. И поскольку последним с вами в вашей машине был офицер Брэнсон, вы решили, что речь шла о нем.

— Да, — сказала Мисти.

— И что вы сделали?

Она посмотрела на собачонку. Собачонка беспокойно вглядывалась в лицо хозяйки, ощущая ее нервозность.

— Рэй сказал, что подозревает, будто Ник Госнелл… устроил у себя бордель, увозит женщин, и что куча народа из полиции об этом знает.

— Что? — ахнула Джози. — Когда это он тебе сказал?

— За день до того. Просто вдруг сказал. Он был сам не свой. Он думал, что, может быть, это Госнелл похитил Изабель, но не знал, что делать, говорил, что все вокруг в деле. Сказал, что за это и убивали. Он мог поднять шум, но боялся за меня. Нет, про Дасти он не говорил, просто сказал, что много кто знает. Поэтому, когда Изабель сказала, что учуяла Дасти, я все поняла. Я поняла, что он тоже в деле. И что Изабель нельзя везти в полицию. Поэтому я повезла ее к себе. К себе домой.

— Почему ты не позвонила Рэю? — спросила Джози.

— Я позвонила. И спросила про Дасти. Рэй сказал, что Дасти ни при чем. И тогда я подумала: зачем он врет? Почему выгораживает Дасти?

— Потому что они лучшие друзья с пеленок, — сказала Джози.

— Дамы, — вмешался Холкомб и обратился к Мисти: — Вы сообщили Рэю Квинну о том, что Коулман у вас?

— Нет. Я не знала, что делать. Поэтому я позвонила шефу полиции.

— Но откуда вам было знать, что шеф не в деле? — спросил Холкомб.

Мисти неловко поерзала на стуле. Собачонка заскулила.

— Понимаете, когда друзья Рэя узнали, что мы с ним, ну, в отношениях, они вдруг все начали ходить к нам в клуб. Фу, гадость, как будто меня проверяли или что-то такое. Вели себя так, что иногда прямо страшно становилось. А шеф никогда не приходил. Ни разу. А так я его пару раз видела. Когда искали Коулман, я привозила Рэю в участок кофе и поесть.

— А Дасти, значит, обходился без кофе? — спросила Джози.

— Босс, не надо.

— Шеф Квинн, — сказал Холкомб.

Мисти обожгла ее взглядом и продолжала как ни в чем не бывало:

— Я позвонила и попросила позвать его к телефону. Никто даже спрашивать не стал, кто звонит, решили, наверное, что жена. Я рассказала ему о случившемся. Он сразу приехал. Сказал, что знает, в городе происходит что-то странное, но он не понимает, что именно. Еще сказал, что не уверен, как далеко все зайдет, поэтому нам с Изабель пока лучше спрятаться. Он отвез нас в свой охотничий домик. И приказал, если через два дня не вернется, позвонить Джози. Только Джози. И не с сотового, а с городского.

— А он не объяснил, почему ей?

— Он сказал, что во всем этом гребаном городе только ей он еще может доверять.

ГЛАВА 77

В день похорон Рэя Джози проснулась в пять утра. Перебрав с полдюжины траурных нарядов, она остановилась на простом узком черном платье без рукавов. На шею она надела бриллиантовую подвеску, подаренную Рэем перед отъездом в колледж. Он много месяцев копил, чтобы сделать ей этот подарок. Это было обещание: они вернутся и снова будут вместе. Потом она битый час подкалывала волосы, но в конце концов решила оставить как есть. Рэю нравились распущенные волосы. Она встала перед высоким зеркалом в ванной и подумала, как глупо наряжаться на похороны человека, который предал ее, обманул, а потом оказался замешан в похищении Изабель Коулман.

Но сегодня хоронили ее Рэя.

Она надела туфли на высоком каблуке. Он любил каблуки. Хотела все же подколоть волосы, словно в уступку своим противоречивым чувствам. Но не стала. Сегодня она хоронит не того, кто сделал ей зло. Она хоронит славного мальчишку, который спасал ее от кошмаров ее детства и любил, несмотря на все, что с ней сталось. Сегодня она хоронит мужчину, за которого вышла замуж, — честного, верного, надежного Рэя. Пусть в ее сознании тот мальчишка и муж, которого она любила, никогда не совместятся с образом того Рэя, каким он стал в последний год. Но она должна с ним попрощаться. Она не может не попрощаться.

В дверь постучали. Она неторопливо спустилась вниз, думая, что это Тринити, но на пороге стоял Ной с перевязью поверх шикарного черного костюма. Каштановые волосы были тщательно уложены. Но на лице была написана боль. Сердце у нее забилось где-то в горле.

— Что? — выговорила она, сразу подумав о Лизетте, о Люке.

«Господи, только не это, не надо, господи. Я не вынесу, если потеряю еще кого-то!»

— Джози, — сказал он, — можно войти?

— Говори так.

— Элтон Госнелл умер ночью во сне.

Она тяжело привалилась к косяку. Ной сделал шаг вперед, взял ее под руку и завел в дом, ногой захлопнув за собой дверь. Он помог ей войти в гостиную, но остолбенел, увидев, что та пуста.

Она глупо улыбнулась.

— У меня нет мебели.

Он огляделся, положил руку ей на талию и направил в сторону кухни. Она позволила ему выдвинуть ей стул и налить стакан воды. По крайней мере, стаканы у нее были. Ной сел напротив.

— Как ты? — спросил он.

Она сделала глоток.

— Вот же сукин сын, — сказала она.

— Мне жаль, что так вышло, — сказал Ной. — Не то жаль, что он умер, а то, что мы его так и не посадили. Директриса позвонила с утра. Сказала, что инфекция пошла на убыль. В Дейтонской мемориальной удалось найти койку, сегодня его должны были перевезти. Она сказала, что он достаточно окреп. Не то чтобы совсем выздоровел, но выкарабкался, может, даже прожил бы еще пару лет.

— Бабушка говорила мне, что он не доживет до тюрьмы. А я надеялась… — Тут она умолкла и секунду молчала. Их глаза встретились. — Ной, отвезешь меня в Роквью?

Он встал и подставил здоровую руку.

— Конечно, — сказал он. — Я и на службу вас с Лизеттой отвезу.

* * *

Лизетта ждала их в холле. На ней был скромный серый костюм с юбкой, на седых