Пятый великолепный. Нейлоновое сердце - Zoia

Абаев засветился случайно, незачем помогать Нейлону заметать следы.

– Ты о чем? – встревожился Джонни.

– Если Абаев – подельник Нейлона, – начал объяснять Листратов, – то он опасный свидетель. Нейлон захочет избавиться от него и обрезать эту ниточку.

– Короче, план такой, – подвел итог Серик. – Приезжаем, проводим лекцию о профайле, потом едем ко мне. Отдохнем, пообщаемся спокойно, решим, что делать дальше.

Алматинские оперативники встретили гостей тоже радушно, как своих. Джонни едва успевал пожимать протянутые руки и отвечать на многочисленные шутки. Листратов сразу нашел нескольких старых знакомых. Даже Чэнь немного расслабился и повеселел. К нему все относились с большим уважением, что было вполне объяснимо.

Совещание с оперативниками прошло тоже отлично: по-деловому и без пикировок. Чэнь рассказал о новых данных в профайле Нейлона и некоторые пункты решил раскрыть подробнее, чем в Москве:

– Нейлон проявляет желание быть в центре внимания, и ему присуще нарушение критичности, это феномен Де-Греефе. Общественные нормы для него – психологический барьер, препятствие, которое мешает жить. И он выражает свой протест собственным ужасным способом.

Чэнь дождался, пока Джонни закончит переводить, внимательно посмотрел на Кабдулина и продолжил:

– Отсутствие критического отношения к себе означает и отсутствие чувства вины. А жертвы для него куклы, объекты, лишенные души'. Отношение преступника к жертве – очень важная часть поведенческого анализа, для которой обычно используют классификацию, предложенную Дэвидом Кантером в 2000 году. Если мы правильно определили модель поведения подозреваемого, то можем просчитать его прошлые и будущие действия.

Серик хмыкнул. Чэнь остановился и вопросительно посмотрел на него.

– Вдруг понял, что нужно учиться на психолога, – пояснил Кабдулин с места. – Чтобы поймать такого типа, без профессионального психоанализа не обойтись.

Чэнь коротко кивнул и обвел взглядом оперативников.

– Да, психологи накопили уже достаточно данных для вполне определенных заключений по внешним признакам преступлений. Начать рекомендую с работ профессора Чистякова. В частности, он подробно объясняет, почему можно сделать так много выводов из того, что маньяк не вступает в интимную связь с жертвой.

– Каких, например? – спросил Суният. – Это же наш случай, да? Нейлон не насиловал девушек.

– Наиболее жестокие сексуальные преступления совершают психопаты от тридцати четырех до тридцати шести лет. Это статистика на основе реальных уголовных дел и интервью серийных убийц. Поэтому импотенцию подозреваемого мы можем сразу исключить в силу возраста. Наиболее вероятно, что жертвы ассоциировались у маньяка с молодой мачехой. Он считал ее красавицей, но не испытывал сексуального влечения, а ненавидел. Сейчас он будто мстит отцу за смерть матери и за появление на ее месте красивой куклы.

– Я бы еще упомянул про иностранную разведку, – подал голос Листратов.

– Да, это тоже важно, – согласился Чэнь. – Очень вероятно, что Анастасия Грачёва стала первой жертвой из-за своих политических взглядов. Она всегда критически отзывалась о Западе и открыто любила Россию. Нейлон же не способен на патриотизм. Его взгляд на мир: нельзя любить страну, где тебя окружают одни интеллектуальные ничтожества. Кроме того, сотрудничество с западными спецслужбами объясняет его техническую оснащенность.

– А теперь все отправляемся к моим родителям, – объявил Серик после совещания. – Обещаю отличный бешбармак, пальчики оближете!

– Кабдулин, мы, конечно, близкие друзья, но не рано ли нам знакомиться с твоими родителями? – спросил Джонни с невинным видом.

Листратов подавил смешок, а Чэнь удивленно вскинул брови. Серик показал Джонни кулак.

– Продолжим разговор, который начали в машине. Да и отдохнете немного перед обратной дорогой.

Родители Серика жили в пригороде. Уже вечерело, когда машина подъехала к нужному дому. Джонни еще на улице учуял многообещающие ароматы и понял, что проголодался.

– Ого! – выразил общее впечатление Листратов, зайдя внутрь. – Да здесь столько всего, что я и попробовать не смогу!

– А разве мы куда-то торопимся? – Кабдулин был явно доволен произведенным эффектом. – Посидим, поговорим, там и силы найдутся.

Стол ломился от яств. Родители Серика окружили гостей таким вниманием, что скоро все забыли про усталость, тревоги и тем более голод. Родители были рады повидать сына и познакомиться с его друзьями.

Оживился и Чэнь Кунь. Профайлер охотно пробовал все незнакомые блюда, после чего донимал хозяев:

– Очень вкусно! Как правильно это называется? Ку-ыр-дак? Какие ингредиенты нужны для него?

– Да, куырдак, – улыбалась мать Серика и с удовольствием рассказывала: – Картофель, баранина, баранье сердце и почки, лук-порей. Для аромата используют зелень петрушки и черный молотый перец. А самое важное – курдючный жир.

– Что это?

– Это особенный бараний жир. Очень нежный и вкусный.

– Знал же, что мне поручено изучить рестораны города! – жмурясь от удовольствия, упрекал Джонни Кабдулина в паузах между переводом. – А лучший утаил!

– А как готовить, не тайна? – не отставал Чэнь от матери Серика. – В Китае важнейшие рецепты считаются большой ценностью, их держат в секрете.

– Семейные рецепты и у нас передают только своим, из поколения в поколение. Но общая часть всем известна: готовится куырдак в казане, обязательно на курдючном жире. Мясо и ливер сначала обжаривают. Само слово «куыру» означает «жарка» на казахском языке. Можно сказать, это вид жаркого. А дальше все зависит от повара. Одни на этом и останавливаются, даже овощи не используют. У других очень много разных добавок.

– Это важное для национальной культуры блюдо, – объяснял отец Серика. – Именно с ним празднуют начало зимнего забоя скота. Готовятся еще с лета: выбирают особых, крупных баранов. Тушу разделывают по суставам, чтобы не повредить ни одной косточки. Затем готовят куырдак и угощают семью, друзей, стариков, забойщика, соседей.

– Чтобы гость был доволен, повар должен вложить в блюдо кусочек своего сердца. – Мама Серика прижала руки к груди. – Так мы делимся любовью.

– Очень вкусно! – похвалил Чэнь и на секунду помрачнел. Но затем снова улыбнулся и перешел к традициям, связанным с куырдаком.

Джонни понял, что запас вопросов у профайлера сегодня безграничный.

Родители Серика хорошо знали сына, поэтому вскоре оставили гостей, чтобы дать им свободно пообщаться.

– Спасибо за урок, подполковник Кабдулин, – неожиданно заявил Чэнь. – Я чаще живу в отелях, чем дома, и много читаю о местах, где бываю. Но по-настоящему узнать страну и ее народ можно только так, как мы сегодня.

– Кабдулин, ты смог удивить Агента ноль-ноль-пять! – испортил серьезность момента Джонни. – Предлагаю отметить это отличным вином.

– Подожди, – остановил его Листратов. – Объясните мне лучше, как Даулет Абаев мог убить кого-то, если все время был на глазах? У меня в голове это не укладывается, хотя факты говорят за себя. И да, я помню, что он не подходит под профайл. Считайте, что вопрос теоретический.

– Если теоретический, – сделал акцент на последнем слове Чэнь, – то Джонни предложил лучший вариант: напечатанные на 3D-принтере силиконовые маски. С помощью пары разных Нейлон всегда мог кого-то выдать за себя в одном месте, а сам остаться неузнанным в другом. А если специально выбрать очень обычное, непримечательное лицо, то его никто не заметит и не запомнит. Думаю,