Симптомы затмения - Чжу Минчуань

– Ах ты…

Я хотел сказать У Сюну, чтобы прекратил болтать ерунду, но не успел, так как зазвонил его телефон: пришло сообщение. Как это уже было раньше, У Сюн взглянул на экран, и его лицо изменилось. Я не успел спросить, что случилось, поскольку он быстро развернулся и направился прочь. Да что здесь творится? Неужели и его тоже донимает X.? Кстати говоря, мне и Ян Кэ давно не приходили от него сообщения… Скоро 30 октября; неужели X. действительно придет в морг больницы, чтобы забрать письмо, которое мы оставили?

Эта мысль лишила меня сна. Мне захотелось обсудить это с Ян Кэ, однако в ординаторской не было ни души. Нигде не найдя своего друга, я вышел в коридор и увидел, как Юэ Тинши провожает А Цзе и его бабушку с дедушкой. Я подошел к ней, чтобы спросить, не видела ли она Ян Кэ. Но Юэ Тинши, услышав мой вопрос, сразу набросилась на меня:

– И почему ты вечно ходишь за этим кобелем? Что хорошего нашел в Ян Кэ?

– Какой кобель? Он тебя чем-то обидел? – Я пришел в замешательство.

Юэ Тинши, фыркнув, ответила:

– Раз уж ты все знаешь о Чжан Цици, нет смысла что-то скрывать. Перед исчезновением она сказала мне, что Ян Кэ изменил ей с какой-то красоткой. Я всегда ненавидела людей, которые пытаются усидеть на двух стульях, поэтому сейчас избегаю Ян Кэ, даже говорить с ним не хочу. Отвратительно…

– Погоди! – прервал я Юэ Тинши, видя, что она вошла в раж. – С кем именно он изменил Чжан Цици?

Юэ Тинши успокоилась и, задумавшись на мгновение, ответила:

– Этого я не знаю. Чжан Цици не говорила, кто это был. Я спрашивала, не из больницы ли эта девушка, но она ничего не сказала. Так или иначе, это несомненная правда.

– Неужели так и было? – Я все еще не мог поверить ей.

Раньше я думал, что Ян Кэ избегает Юэ Тинши, потому что та дружила с Чжан Цици и, когда он видел ее, она напоминала ему о прошлом. Но оказалось, что это Юэ Тинши избегает Ян Кэ…

– Ты только не бери с него пример. Не поступай так с Лу Сусу, иначе я тебе этого с рук не спущу, – сказала Юэ Тинши и, развернувшись, быстрым шагом направилась в сторону столовой, оставив меня в растерянности.

Во время полудня я чувствовал себя совсем разбитым; не знаю, был ли причиной тому шум строительных работ или слова Юэ Тинши. Я хотел поговорить с Ян Кэ, но нигде не мог его найти. Только к концу рабочего дня он сам подошел ко мне, чтобы мы вместе поехали домой. Уже смеркалось, и я спросил, где он пропадал. Ян Кэ ответил, что главврач вызвал его на разговор; после того как он вышел от заведующего, с которым пил чай у начальника, провел все время у главврача в кабинете.

– Заведующий позвал тебя, чтобы выпить чай? – спросил я, когда мы сели в машину. – Ты пил?

– Пил, – ответил Ян Кэ и, устроившись на пассажирском сиденье, начал листать какие-то документы.

– Ты не боишься, что он мог подсыпать тебе что-то? – повторил я слова У Сюна. – Вдруг он начал бы приставать…

– Ты больной, – заявил Ян Кэ.

Видя, что он не настроен шутить, я сменил тон – и тему:

– Сегодня Юэ Тинши тоже сказала, что ты изменял Чжан Цици. Как видишь, об этом не только в дневнике написано.

– Ты… – Ян Кэ посмотрел на меня; его взгляд был настолько огненным, что я буквально почувствовал разливающееся по всему телу тепло; у меня на лбу даже пот выступил.

Я вспомнил, что дал обещание всегда верить ему, поэтому, понимая, что подвергаю его слова сомнению, сразу поспешил сменить тему, заговорив о состоянии Сунь Юаня. Ян Кэ не стал меня упрекать – возможно, он тоже не хотел говорить об измене – и сказал, что лечение Сунь Юаня займет много времени и потребует совместных усилий двух больниц – Циншань и Гуансийской районной. Единственное, что мы могли долго обсуждать с Ян Кэ, так это медицину. Чтобы избежать неловкости, я старался поддерживать разговор на эту тему всю дорогу от больницы до дома.

Наконец мы добрались. Я хотел припарковаться и сразу подниматься наверх в квартиру, но вдруг кто-то постучал в окно машины. Первое, о чем я подумал: Сунь Юань сбежал и прибежал сюда снова исполнять свой номер. Однако, опустив стекло, увидел свою маму.

– Мама, что ты здесь делаешь? Почему не позвонила? – Я был удивлен ее появлением.

У нее с собой был красный чемодан.

– Мы с твоим отцом поссорились, я поживу у тебя несколько дней, – сердито сказала она.

– Поссорились? – Я удивился еще больше, ведь мама никогда раньше не ссорилась с отцом настолько серьезно, чтобы уходить из дома.

Ян Кэ вышел из машины и, видя мое замешательство, сам предложил:

– Тетушка, давайте поднимемся наверх. У меня довольно скромно, но, надеюсь, вам будет комфортно.

– Хорошо, пойдем. Поговорим, как поднимемся. – Мама без лишних стеснений отдала чемодан мне и направилась к лифту.

Я думал, что Ян Кэ начнет бурчать из-за доставленных ей неудобств и обвинять меня, что я приношу ему слишком много проблем, но в этот раз он ничего не сказал.

Я знал привычки мамы и боялся, что она начнет болтать лишнее, поэтому поспешил за ней. Поднимаясь на лифте, прошептал ей кое-что на ухо, но мама, возможно, не расслышала. Войдя в квартиру, она сразу же фыркнула:

– Здесь очень сильная негативная энергия.

– Ладно, ладно, ты наверняка слышала об убийстве трех сестер; оно произошло в этом доме, все мы это знаем, – поспешил я закончить предложение за нее.

Но мама не унималась – наоборот, еще больше вошла в раж:

– В этом доме действительно сильная негативная энергия. Но я говорю не о том этаже, где жили сестры, а именно об этой квартире на одиннадцатом этаже. Здесь очень много негатива. Возможно, тут кто-то умер.

Ее слова прозвучали очень грубо, и я боялся, что Ян Кэ рассердится и выгонит ее. Однако он равнодушно спросил:

– Как вы это поняли?

Мама, словно актриса, выступающая на сцене, начала перебирать пальцами, будто что-то подсчитывая, и указала на комнату, где раньше жила Чжан Цици:

– Негативная энергия исходит отсюда.

– Мама! – Я не хотел, чтобы мама, едва зайдя в дом, кого-то обидела, и поспешил остановить ее. – Неудивительно, что папа с тобой поругался… Поменьше болтай всякую ерунду.

– Сяо Тянь, я ведь переживаю за тебя. Я ни в коем случае не стала бы без всякой причины