Энди Макнаб - Все под контролем

Не получив ответа на свой первоначальный вопрос, он почувствовал, что вынужден как-то заполнить паузу.

— Все-таки удалось заныкать несколько сотен, — сказал он со смешком. — Для перемещенного лица не так уж и плохо!

Он крутился возле ноутбука, присоединяя к нему разные детальки и проводки. Я ему не мешал.

— А как насчет тебя? — снова попробовал он. — Все то же?

— Да, все то же, что и прежде. Помаленьку, полегоньку.

Сидя за столом спиной ко мне, Большой Аль постепенно сосредоточивался на ноутбуке.

— Что значит — помаленьку? Пришпиониваешь? Твое словцо.

— Да, есть.

— И сейчас, значит, на задании?

— Да, на задании.

— Вот врунишка! — рассмеялся Большой Аль. Потом посмотрел на Келли и сказал: — Упс! Французский в школе проходишь? — Затем, повернувшись ко мне, продолжал: — Будь ты на задании, не стал бы искать таких, как я, нашел бы кого-нибудь другого. Так что не надо Большому Алю мозги пудрить!

Он посмотрел на Келли и сказал: «Frungais!»[59] Потом снова перевел взгляд на меня и спросил: «Все еще женат?»

На мониторе появилась картинка Windows'95 и прозвенели позывные компании «Майкрософт».

— Развелся года три назад, — ответил я. — Работы невпроворот. Ничего о ней не слышал уже года два. Думаю, живет где-нибудь в Шотландии или тех краях, не знаю.

Внезапно я понял, что Келли ловит буквально каждое слово.

— Совсем как я, — подмигнул ей Большой Аль, — молодой, свободный и холостой! Да, такие дела!

Большой Аль действительно являл собой одно из самых плачевных творений природы; возможно, я был ближе всего к нему и поэтому он считал меня другом.

На площадке раздался тяжелый рэперский бас. Я слышал невнятные голоса мальчишек, которым вторили женские. Похоже, они все ж таки подцепили группу поддержки.

Я передал Большому Алю дискету. Скоро я получу ответ на кое-какие вопросы. А пока под потолком повисло густое облако сигарного дыма. Это вкупе с удушающей жарой и отсутствием кондиционера сделало воздух в номере невыносимым. Вряд ли мы задержимся здесь после того, как Большой Аль покинет нас.

Слегка отодвинув занавеску, я проверил обстановку снаружи, потом открыл окно. Ребята вовсю свинговали, пустые пивные банки валялись по всей площадке, стайка девиц с обожанием внимала своим ухажерам. Может, Большой Аль разорится на наплечную татуировку и подрезанные до колен обтрепанные джинсы?

На экране появились названия файлов. Я заглянул через плечо Аля, который в полутьме легонько постукивал по клавиатуре, и указал на одну из пространных надписей:

— Вот тут у меня возникла проблема. Никак не могу понять. Есть соображения?

— Сейчас скажу, что у нас тут. — Большой Аль не отрывал глаз от экрана. — Это запись партии отправленного груза и какие-то выплаты — не пойму.

Он случайно дотронулся до экрана пальцем и оставил мутное пятнышко.

— Никогда не дотрагивайтесь до экрана! — упрекнул он сам себя, как если бы обращался к одному из своих учеников. Ему нравилось это дело; он уходил в него с головой. — Видишь, вот тут?

Голос его изменился: в нем уже не звучала безнадежность, это был голос сведущего человека.

Я посмотрел на колонки, озаглавленные сочетаниями прописных букв, вроде UM, JC, PJS.

— Это как-то связано с перевозкой товара, — заявил Большой Аль. — По ним можно сказать, куда и кому он направлялся.

Он начал просматривать файлы, чтобы убедиться в собственной правоте. И при этом выразительно кивал.

— Это определенно партии грузов и выплаты. Откуда ты это раздобыл? Ты ведь не самый образованный компьютерщик в мире, а этот материал наверняка должен был иметь пароль.

— У меня была программа взлома.

— Ух ты! И какая же? — Компьютерный умник вновь ожил в нем.

— «Мекси двадцать один», — соврал я.

— Это дерьмо! Упс, хлам! Сейчас есть программы в три раза лучше. — Он посмотрел на Келли. — Вот в чем проблема со всеми британцами: они еще до сих пор живут в каменном веке.

Он продолжал читать имена файлов.

— Вот еще одна группа документов, с которыми у меня возникли проблемы, — сказал я. — Можешь расшифровать?

— Не понимаю, — ответил Большой Аль. — С какими файлами у тебя возникли проблемы?

— Ну, они вроде как закодированы — просто набор случайных букв и цифр. Есть шанс, что ты разберешься?

Большой Аль заставил меня почувствовать себя десятилетним ребенком, который просит помочь ему завязать шнурки.

Он выделил названия файлов и спросил:

— Ты имеешь в виду вот эти? Так это же графические файлы, и все. Тебе нужна всего лишь графическая программа, чтобы их прочитать.

Он легко нажал на несколько клавиш, нашел то, что ему было нужно, и выбрал один из файлов.

— Это отсканированные фотографии, — сказал он.

Он взял мороженое, достал пластмассовую ложечку и стал уплетать детское лакомство. Потом бросил такую же ложечку Келли и предложил:

— Давай подключайся, пока дядюшка Аль все не слопал.

На экране появилась первая картинка. Это была черно-белая фотография двух людей, стоявших на крыльце большого старого здания. Я прекрасно знал обоих. Симус Маколи и Лайам Фернаан были бизнесменами, которыми прикрывалась ВИРА при совершении множества финансовых операций. Они были хороши в деле, как-то раз даже осуществили план, который поддерживало британское правительство, по субсидированию восстановления североирландских городов. В целом план был предназначен обеспечить занятость местного населения. Правительство кормили байками о том, что если на общину взвалить ответственность за собственную перестройку, то она тем более постарается увильнуть и сорвать благие намерения. Но правительство не знало, что подрядчики могут нанимать только тех людей, которых жаждала видеть ВИРА; эти люди по-прежнему вопили о безработице и требовали социальных благ, а ВИРА получала от них взаимные услуги, позволяя работать незаконно, так что правительству это обходилось вдвое дороже, и, конечно же, бизнесмены получали свою долю. А если платило правительство, то почему не пускать все насмарку?

Несомненно, ВИРА прошла долгий путь с той поры, когда она разводила демагогию, вытрясая капусту из сочувствующих в западном Белфасте, Килберне и Бостоне. Такой долгий, что Министерство по делам Северной Ирландии в качестве контрмеры в 1988 году создало подразделение по борьбе с финансовым терроризмом, укомплектованное специалистами по бухгалтерскому учету, юриспруденции, налогообложению и вычислительной технике. Мы с Эваном проделали совместно с ними немалую работу.

Вслед за тем Большой Аль открыл серию снимков, на которых Маколи и Фернаан обменивались рукопожатиями с двумя другими мужчинами, затем спускались с крыльца и садились в машину. Один из этих двоих был покойный мистер Морган Макгир, шикарно смотревшийся в костюмчике, который я узнал. Я бросил быстрый взгляд на Келли, но, судя по ее лицу, было ясно, что он никого ей не напоминает. Кто четвертый, я не имел ни малейшего понятия. В данный момент это было не так важно.

Фотографии делались скрытой камерой: я различал темную рамку там, где была не совсем правильно выставлена диафрагма, но по машинам, припаркованным на заднем плане, мог с полной уверенностью сказать, что они в Европе.

— Давай посмотрим дальше, — сказал я.

Де Сабатино понял, что я узнал кого-то или что-то; он выразительно глядел на меня, и его так и подмывало узнать, в чем же дело, не терпелось поучаствовать самому. Пять лет его продержали в черном теле, а теперь предоставлялся шанс вернуться.

Мне хотелось сказать ему, чтобы и не заикался.

— Поехали дальше.

Пошла другая серия снимков, которые открывал Большой Аль, но они мне ничего не говорили.

Большой Аль посмотрел на них. И снова расплылся в улыбке до ушей:

— Теперь я понимаю, к чему относятся все эти тексты.

— К чему?

— La coca, senor![60] Эй, я знаю этого парня. Он работает на картели.

Передо мной был выходящий из машины действительно симпатичный латиноамериканец, немногим старше сорока лет. По фону я понял, что дело происходит в Штатах.

— Это Рауль Мартинес, — сообщил Большой Аль. — Член колумбийской торговой делегации.

С каждой минутой это становилось все интереснее. ВИРА всегда заявляла, что не имеет никакого отношения к наркоторговле, но выгоды, которые она из нее извлекала, были слишком велики, чтобы их игнорировать. То, что я видел теперь, было почти неоспоримой уликой ее прямой связи с наркокартелями. Но этого было все еще недостаточно, чтобы помочь разрешить мою проблему.

Большой Аль просматривал фотографии.

— Гарантирую, скоро ты увидишь Рауля с кем-нибудь еще.

Промелькнула еще пара кадров.

— Ну вот, я же говорил — большой плохой Сэл.