Октябрьская ярмарка - Ольга Николаевна Шивер

– Смотри ничего лишнего не ляпни, – нахмурилась баба Дуся. – Я твой характер знаю. Чтоб ни слова о том, что в Ленинграде случилось. Захочет – сама расскажет. А нет – так и нечего.

– Ага, ага, – закивала Катька. Идея с визитом Лены ей решительно не нравилась. У Катьки были свои планы на это лето, и в них совсем не входило поднимать боевой дух двоюродной сестрицы, которую она толком и не знала. Но и идти на конфликт с родственниками Катьке тоже не хотелось, а потому пришлось пообещать взять шефство над болезной, познакомить её с местными ребятами и всячески содействовать скорейшему выздоровлению Лены. – Улыбаемся и машем из Ленинграда в Петербург, – ехидно хмыкнула Катька.

– Вот же язва, – цокнула языком баба Дуся. – Это ж сестра твоя, кто, если не мы, ей в трудную минуту плечо подставит?.. Родная кровь – она на то и родная. Всё, хватит пустой болтовни, иди лучше бабе Клаве пирожков отнеси, совсем она что-то плохая стала. Боюсь, кабы не померла до Петрова дня. Заодно проверишь, как она, а то свет на крыльце у неё что-то не горит, – всматривалась через окно в соседский дом бабушка.

– Нет, ну вообще нормально, – всплеснула руками Катька. – Мне, значит, пирожки нельзя, а бабе Клаве можно!

– Доживёшь до ста двух лет, тебе тоже будет всё можно, – гаркнула баба Дуся внучке и вручила ей коробок с гостинцем. – Сходишь, передашь и возвращайся сразу: Лена с минуты на минуту будет.

– Ну да, точно, – спохватилась Катька. – Заодно кокошник у бабы Клавы возьму, она те времена наверняка ещё застала. Такой гость к нам едет! Негоже его простоволосой встречать.

Проводив внучку укоряющим взглядом, Евдокия Семёновна принялась наводить порядок на и без того вылизанной до блеска кухоньке.

* * *

С соседкой бабой Клавой оказалось всё в порядке: просто лампочка на крыльце перегорела. Старушка попросила Катьку сердечно поблагодарить Евдокию Семёновну за гостинец и без ложной скромности вручила девушке новую лампочку для замены.

Решив не спорить с почти глухой бабулькой – всё равно дольше орать и объяснять, чем просто взять и сделать, Катька молча повиновалась и заменила лампу в древнем светильнике, попутно вытряхнув из него вековые запасы трупиков насекомых.

Выходя от бабы Клавы, Катька заметила женский силуэт у своей калитки. Незнакомка, тихо ругаясь, ковыляла на высоких каблуках в сторону дома.

– Лена? Ты ли это? – рассмеялась Катька.

– Ну не чёрт же лысый! – весело ответила ей гостья. – Темень такая, ничего не видно. Как вы здесь вообще ходите?

– Так и ходим: вприпрыжку, – усмехнулась Катька и неожиданно для себя отметила, что рада приезду сестры.

– Сколько мы с тобой не виделись, сеструндель? – Лена распахнула свои объятия и стиснула Катьку, запах табака шустрой змейкой нырнул в ноздри. – Я скучала!

– Года три… – слегка опешила Катька. – Долго же ты сюда добиралась…

– Это точно! У меня на станции телефон перестал сеть ловить, ни такси, ни попуток – вообще глухомань и темень. Куда идти – шут его знает, вокруг ни указателей, ни людей. Как дура стояла час, наверное, жалом туда-сюда водила от ёлки к ёлке. Потом пошла вдоль дороги, увидела указатель, свернула и в лес угодила. Ну всё, думаю, заблудилась. И тут смотрю – дом с птицей. Ну, железная такая, страшная, на чайку похожа. А я же помню, что мы в детстве туда залезть хотели, да только баба Клава нас отругала, – значит, я уже близко. Но в какую сторону двигаться – всё равно без понятия. Хорошо хоть, парень мимо топал, дорогу показал.

– Да? И как звали этого рыцаря? – спросила Катька, мысленно перебирая варианты из знакомых ребят.

– Алек вроде бы. У меня плохая память на имена… Красавчик невероятный! Если в этом захолустье все парни такие, я готова остаться здесь жить! – рассмеялась Лена.

В жизнерадостном голосе девушки сквозили нотки фальши, она казалась слишком весёлой, чересчур.

– Алек… – задумалась Катька. – Не знаю такого. Хотя в последнее время тут много новых лиц появилось – вон, за рекой целый коттеджный посёлок отстраивают.

– Точно! Речка! – оживилась Лена. – И как я про неё забыла! Это ведь там дядя Лёва тебя плавать учил, когда нам лет по семь было? Ты ещё тогда визжала так громко, что половина пляжа решила, будто поросёнка топят, – хохотала она.

– Да уж, было дело, – смутилась Катька: местные ребята до сих пор при удобном случае припоминали ей тот урок плавания, о котором она предпочла бы забыть.

Баба Дуся радушно приняла Лену и поселила в одной комнате с Катькой. За чаем Лена вела себя весело и непринуждённо, но в её взгляде сквозила какая-то необъяснимая тоска и глубокая обречённость, словно девушка сейчас находилась своими мыслями где-то далеко отсюда. И пока Катька наминала свои любимые пироги за обе щеки, Лена не съела ни кусочка.

Следующим днём жара стояла невыносимая, и сёстры решили отправиться на речку. Собрав пляжную сумку и захватив с собой надувной матрац, девушки, весело болтая, шли мимо деревянных и кирпичных домов, вспоминая смешные моменты из детства, когда они обе проводили лето у бабы Дуси.

– Далеко это вы собрались, голу́бки? – окликнул их старушечий голос.

– На озеро, баб Клав! – громко крикнула Катька, чтобы соседка смогла её хорошо расслышать.

– Батюшки-святы! – потрясла клюкой баба Клава. – Полдень же!

Лена непонимающе уставилась на пожилую женщину.

– Кто ж на русальной неделе, да в полдень купаться ходит? – возмущалась старушка.

– Баба Клава, всё хорошо, – проорала ей Катька. – Мы крем солнцезащитный взяли, сидеть в теньке будем – не обгорим, – и, прибавив шаг, утянула сестру за собой. – Ты не обращай внимания, там уже маразм в последней стадии.

– Жалко бабульку, – с сожалением вздохнула Лена. – Помню её, она конфетами нас в детстве часто угощала.

– Возраст, – пожала плечами Катька. – Ещё и совсем одна осталась.

На речке было яблоку негде упасть: все местные, да и городские тоже приехали сюда на выходные, спасаясь от летнего зноя.

Цепким взглядом Катька быстро высмотрела компанию своих друзей и повела сестру знакомиться. Яркая светловолосая балерина сразу понравилась ребятам, но перейти к активным действиям по расположению к себе красавицы осмелился только Славка. Он учился в железнодорожном техникуме и слыл местным ловеласом.

Со стороны могло показаться, что Лене приятно внимание парня, но Катька вновь увидела грусть в её глазах.

В какой-то момент Славка решил отлучиться за освежающей газировкой для «прекрасной дамы» и скрылся из виду. Чуть позже краем глаза Катька успела заметить его в очереди в палатку с прохладительными напитками,