Тень инквизиции - Максим Безликий

class="p1">– Пришло время тебе заплатить за все, – сказала она.

– Лена, не надо! – воскликнул я. – Не делай этого!

– Я должна, – ответила Лена. – Он заслуживает смерти.

Она занесла нож над Скульптором. Я закрыл глаза.

Вдруг, я услышал выстрел.

Я открыл глаза. Лена стояла, как вкопанная, с ножом в руке. Перед ней лежал Скульптор. В его груди торчал нож.

Лена убила своего отца.

Она стояла, глядя на его тело, словно не веря в то, что произошло. Я подошел к ней и обнял ее.

– Все кончено, – сказал я. – Все закончилось.

Лена заплакала.

Мы вызвали полицию. Скульптора увезли. Лену допросили. Ее отпустили.

Мы вернулись в город. Лена вернулась к своей работе. Я вернулся к своим книгам.

Казалось, что кошмар закончился. Но я знал, что это не так. Скульптор умер. Но его наследие осталось. Его безумие поселилось в моей душе.

Я чувствовал, что становлюсь таким же, как он. Я чувствовал, как во мне пробуждается жажда насилия, жажда власти.

Я знал, что должен бороться с этим. Я должен остановить себя. Иначе я стану новым Скульптором.

Но я не знал, как это сделать.

Однажды ночью я проснулся от кошмара. Мне приснилось, что я убиваю людей. Мне приснилось, что я создаю искусство из человеческой плоти.

Я встал с кровати и подошел к зеркалу. Я посмотрел на свое отражение.

В зеркале я увидел Скульптора.

Он улыбался.

– Ты один из нас, – сказал он. – Ты всегда был им.

Я закричал и разбил зеркало.

Я знал, что должен бежать. Я должен скрыться. Я должен найти способ избавиться от этого безумия.

Я собрал вещи и уехал из города. Я бродил по стране, ища покоя. Но нигде не мог его найти.

Скульптор преследовал меня. Он жил в моей голове. Он шептал мне на ухо. Он показывал мне кошмары.

Я знал, что рано или поздно он победит. Я знал, что рано или поздно я стану Скульптором.

И тогда… мир содрогнется.

Однажды я остановился в небольшом городке. Я поселился в дешевой гостинице и попытался заснуть. Но сон не шел.

Я встал с кровати и вышел на улицу. Я бродил по городу, не зная, куда иду.

Вдруг, я увидел ее.

Она стояла на углу улицы и смотрела на меня. Она была красивой. Она была молодой. Она была… совершенной.

Я почувствовал непреодолимое желание подойти к ней. Я хотел поговорить с ней. Я хотел… изменить ее.

Я сделал шаг вперед.

В этот момент я услышал голос.

– Не делай этого, – сказал голос.

Я обернулся. Передо мной стояла Лена.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я.

– Я слежу за тобой, – ответила Лена. – Я знаю, что ты борешься. Я знаю, что тебе трудно.

– Ты не понимаешь, – сказал я. – Это сильнее меня. Я не могу это контролировать.

– Ты можешь, – ответила Лена. – Ты должен. Ради себя. Ради всех.

Она подошла ко мне и обняла меня.

– Я верю в тебя, – сказала она. – Я знаю, что ты можешь победить.

Я посмотрел на нее. В ее глазах я увидел надежду.

Я обнял ее в ответ.

– Спасибо, – сказал я. – Спасибо за то, что ты есть.

Я посмотрел на девушку на углу улицы. Она все еще стояла там, и смотрела на нас.

Я взял Лену за руку и повел ее прочь.

– Куда мы идем? – спросила Лена.

– Мы идем домой, – ответил я. – Мы идем к новой жизни.

Мы ушли, оставив девушку на углу улицы позади.

Я не знал, что ждет нас впереди. Но я знал одно: пока Лена рядом со мной, я смогу бороться. Я смогу остановить Скульптора.

Иначе… мир будет обречен.

Тень безумия

Прошли месяцы после событий в старом доме. Мы с Леной жили тихой жизнью в небольшом приморском городке. Я устроился работать в местный архив, а Лена продолжала свою практику медсестры, помогая нуждающимся. Снаружи все выглядело идиллически, словно кошмар Скульптора остался далеко в прошлом. Но внутри меня продолжалась борьба.

Тени прошлого преследовали меня во снах. Я видел лица жертв, слышал шепот безумных идей Скульптора. Я боялся засыпать, боялся потерять контроль, боялся, что тьма, живущая во мне, вырвется наружу.

Лена, казалось, чувствовала мое состояние. Она была рядом, поддерживала меня, старалась отвлечь от мрачных мыслей. Но я знал, что она тоже живет с этой болью. Она потеряла отца, узнала ужасную правду о его жизни и убила его, чтобы остановить его безумие. Эта ноша была слишком тяжела для нее.

Однажды вечером, когда мы гуляли по пляжу, Лена остановилась и посмотрела на меня.

– Ты не спишь по ночам, – сказала она тихо. – Я слышу, как ты ворочаешься. Тебе снова снятся кошмары?

Я отвел взгляд.

– Все в порядке, – сказал я, стараясь говорить как можно спокойнее. – Просто немного устал.

– Не ври мне, Артем, – сказала Лена. – Я вижу, как ты страдаешь. Тебе нужна помощь.

– Какая помощь? – спросил я. – Психотерапия? Таблетки? Я уже проходил это. Не помогает.

– Может быть, нам нужно что-то большее, – сказала Лена. – Может быть, нам нужно понять, почему Скульптор выбрал именно нас. Почему его безумие коснулось нас так сильно.

Я задумался. Она права. Просто забыть прошлое не получится. Нужно найти корень зла, понять, что привело к появлению Скульптора и почему его тень до сих пор преследует нас.

– И как ты предлагаешь это сделать? – спросил я.

– Нам нужно вернуться в прошлое, – ответила Лена. – Нам нужно узнать больше о моем отце. О его детстве, о его юности. Может быть, там мы найдем ответы.

Я колебался. Возвращаться в прошлое было страшно. Но Лена была права. Нужно было рискнуть.

– Хорошо, – сказал я. – Я согласен. Но куда мы поедем?

– В город, где он вырос, – ответила Лена. – В тот самый город, где все началось.

Через несколько дней мы отправились в путь. Город, где вырос отец Лены, был небольшим, захолустным местом, словно забытым богом и людьми. Серые дома, узкие улицы, угрюмые лица – все это создавало гнетущую атмосферу.

Мы поселились в маленькой гостинице на окраине города и начали свои поиски. Лена обратилась к местным жителям, расспрашивая о своем отце. Я же изучал архивы, пытаясь найти хоть какую-то информацию о его семье, о его детстве.

Постепенно начала вырисовываться картина. Отец Лены рос в неблагополучной семье. Его отец был жестоким и деспотичным человеком, постоянно избивавшим жену и сына. Мать была слабой и безвольной женщиной, не способной защитить своего ребенка.

Соседи рассказывали, что отец Лены был тихим и замкнутым мальчиком. Он почти не общался с