Иван Царевич и серый морг - Янина Олеговна Корбут

самая что ни на есть задушевная. Я вполне мог рассказать Волкову про труп в склепе. Но я понимал, что он должен будет поступить как любой взрослый: заставит меня написать заявление в милицию. А там, как я знаю, есть осведомители. Пока они раскачаются, мерзавцы успеют скрыться. Мы и так знатно засветились с Сусликом. Хорошо, что нас ни разу не засекли возле заброшенной деревни. Надеюсь, пока они не знали, насколько я осведомлён об их делах. А я знал. И это было хоть крохотным, но преимуществом.

Там, кажется, труп

Я понял, что после гипноза в голове у меня мутно. Следовало где-то перевести дух, прежде чем идти на улицу. Не успел я зайти в курилку, как следом появилась Полина. Наверное, она заметила меня в коридоре и пошла следом. По её лицу я не мог понять, злится она или уже нет.

– Ты где пропадаешь? Скоро экзамены, а ты на парах не появляешься. Совсем с этой девкой с ума сошёл?

– Полина, у меня просто много дел на работе.

– Отец хотел тебя видеть. Просил передать, чтобы ты зашёл.

– Чего не позвонил?

– Набирал, наверное, – пожала плечами Полина, – но у тебя телефон почти всегда отключён.

Тут она замолчала и вдруг жалостливо произнесла:

– Ваня, я… Что со мной не так? Я же красивая. И вообще…

Полина приблизилась, положила руки мне на плечи и коснулась моей щеки губами. В нос ударил запах её терпких духов. Она переложила мою руку на свою грудь и теснее прижалась. Я чувствовал тепло её тела через тонкую гипюровую кофточку, которая облегала её, как вторая кожа. Вторая моя рука легла на талию, я пытался отстраниться, но она впилась в меня, словно пиявка. Красивая такая пиявка, не спорю, но в данный момент мне было совсем не до того.

– Эй! – вдруг позвал кто-то сзади. Полина вздрогнула и быстро отстранилась, судорожно поправляя волосы.

За моей спиной стоял какой-то пацан, чем-то неуловимо похожий на Крокодила. Я сразу понял, что он по мою душу. По крайней мере, с таким лицом ему точно нечего было делать в универе. Я быстро подошёл, ощущая, что разом вспотел от нехорошего предчувствия.

– Что?

– Тетерь просил передать, что ему нужна твоя помощь. Он что-то узнал по вашему делу.

– Говори конкретней. Что за загадки? С Тетерем всё нормально?

Пацан кивнул и добавил:

– Вечером тебя проводят, жди у автовокзала.

Он развернулся и скрылся из вида, а я только тогда подумал, что надо было поинтересоваться, где верный Крокодил. Хотя Тетерь шифруется, неудивительно, что каждый раз присылает разных связных.

Едва покинув универ, я заметил у обочины подозрительную серую машину. Сама она была чистая, очевидно практически новая, а номера по классике заляпаны грязью. И окна тонированные.

Мне повезло, что в этот момент водителю позвонили и он как раз выходил из машины с трубкой у уха. Доля секунды, пока он разворачивался. Мне хватило её, чтобы нырнуть назад в здание.

Нужно было искать другой выход. Мужской туалет на первом этаже выходил окнами во внутренний дворик; оттуда, легко перемахнув через низкий деревянный заборчик, я попал во двор соседнего дома. Идти к остановке я не мог – надо было где-то затеряться до вечера. Я очень рассчитывал, что Тетерь что-то узнал и скоро всем моим скитаниям придёт конец. Гулиев разберётся с этой псевдосектой, а уж как – это его вопросы. Меня устроил бы любой вариант, лишь бы от меня отстали.

Я брёл дворами, пока не увидел знакомую арку. В этом доме жила Любочка. Идти к ней наглости у меня не хватило, но я уселся на лавочку в тени и напялил наушники. Докурил последнюю сигарету и с досадой смял пачку.

Позвонил Суслику и рассказал ему последние новости.

– Приходи ко мне. Правда, отчим вернулся со смены…

– Лучше перестрахуемся. Не буду светиться по городу. Я тебе позвоню, как на вокзал приеду.

По моим ощущениям прошёл примерно час, когда к подъезду с сумками подошла хозяйка квартиры, под окнами которой я заседал. Кажется, Любочка несильно удивилась при виде меня.

Я стянул наушники.

– Что слушаешь? – кивнула она на мой плеер.

– Разное. Сейчас «Мумий Тролля».

– А, это смешные бегемотики из сказки?

– Ну, почти.

– Заходи, покормлю. Как раз с рынка иду.

Хорошо, что она не стала ни о чём расспрашивать. Усадив меня перед телевизором, ушла на кухню и десять минут спустя вернулась с целым блюдом блинчиков.

– Тут с курицей, а эти с творогом. Есть ещё с яблочным повидлом, но те к чаю.

Я уминал вкуснющие блины и думал, как же сильно изменилась моя жизнь за последние недели. Не на такой исход дела я рассчитывал, затевая расследование.

– Чего ты хочешь? – вдруг спросила Любочка. – Не от меня, а вообще?

– Хочу разобраться.

– Разобраться…

– Извините, что свалился как снег на голову. Я просто вдруг понял, что совсем не хочу умирать молодым.

– Мудрая мысль.

– Что-то не выходит из меня героя. Наверное, придётся обращаться к братьям и деду.

Любочка молча встала, порылась в шкафу и внезапно достала оттуда пистолет. Признаться, я обалдел, но молча ждал объяснений.

– Представляешь, в девяносто пятом ко мне ходили стричься одни бандиты, иногда вусмерть пьяные являлись. Пару раз пистолеты забывали. Я возвращала. Как-то один такой, молоденький совсем, пока стригся, в кресле уснул. Так и остался ночевать в подсобке. Утром ушёл, а потом я за вёдрами пистолет нашла. Через пару дней узнала, что его застрелили на какой-то разборке, так что и вернуть некому было. Я припрятала.

– Ну вы даёте…

– Возьми. Я, если честно, понятия не имею, как им пользоваться. Ты, надеюсь, тоже? Но если нападут, ты можешь его просто показать, так ведь? Хоть что-то.

Я протянул руку, всё ещё не веря в реальность происходящего. На торце чёрной рукоятки располагалась защёлка, которую я осторожно нажал. В ладонь мне выпал магазин с пятью пригодными на вид патронами.

– Капец…

– Умеешь с ними-то?

– В старших классах Васька свой пистолет показывал, а дед по выходным водил меня в тир. Но одно дело так, а другое…

– Так возьмёшь?

– Спасибо, возьму, – кивнул я. – Надеюсь, не пригодится.

– Тогда будем считать это моей стариковской причудой. Потом вернёшь. Ну всё, поел? Может, передремлешь?

Я отнекивался, но спать действительно очень хотелось. И я сам не заметил, как задремал под тихо работающий телевизор. Любочка разбудила меня около шести. Напоила чаем и предложила ночлег. Но наглеть сверх меры я не мог, потому поблагодарил её за всё и стал натягивать кеды.

Уже на