Элизабет Костова - Историк

Я терпеливо слушал, понимая, как важно это предисловие, и отмечая про себя дотошность Тургута. Он оказался чертовски хорошим историком для литературоведа.

— Да, Селим не видел других экземпляров, но он считает, что представленные в сборнике документы не… как вы говорите? — не фальшивки, потому что одно из тех писем он видел в оригинале, в уже знакомом вам архиве. Он тоже восхищен этим архивом, и я часто встречаю его там. — Тургут улыбнулся. — Итак, в той книге наши утомленные и слипающиеся глаза увидели перед самым рассветом письмо, которое может помочь вам в ваших поисках. Составитель сборника относит его к пятнадцатому веку. Я сделал для вас перевод.

Тургут достал из папки блокнотный листок.

— Предыдущие письма, на которые ссылается автор, увы, не представлены. Бог знает, возможно, они утеряны навсегда, раз мой друг Селим еще не раскопал их.

Он прокашлялся и начал читать вслух:

— "Почтеннейшему усмирителю народных возмущений". Он прервался, чтобы пояснить:

— Это нечто вроде шефа современной полиции, как вы знаете.

Я не знал, но покорно кивнул, и он продолжил чтение:

— "Почтеннейший повелитель, я ныне продолжаю следствие по вашему приказанию. Некоторые из монахов вполне удовлетворились выделенной вами суммой, и при их содействии я сам осмотрел могилу. Их донесения оказались истиной. Они ничего более не могли объяснить, и все их слова были лишь выражением владевшего ими ужаса. Осмелюсь дать совет продолжать расследование в Стамбуле. В Снагове я оставил двоих стражей, которые донесут мне о любых подозрительных происшествиях. Остаюсь ваш во имя Аллаха… "

— А подпись? — с любопытством спросил я.

— Подписи нет. Селим предположил, что в оригинале она была оторвана, случайно или чтобы защитить личность автора письма.

— Или он сам не подписался, секретности ради, — предположил я. — Других писем, относящихся к нашему делу, в книге не было?

— Никаких. Ни предыдущих, ни последующих. Только этот отрывок. Мы тщательно искали и в других книгах и бумагах, но ничего не нашли. Селим говорит, что ни разу не встречал слова «Снагов» в документах по истории Стамбула. Он, правда, просматривал тот сборник всего один раз несколько лет назад — и вспомнил о нем только потому, что я рассказал ему, где, по общепринятому мнению, располагается могила Дракулы. Так что он мог и не запомнить, если встречал название где-то еще.

— Господи, — проговорил я.

Зыбкая надежда на память мистера Аксоя и пугающая связь между шумным Стамбулом и далекой неизвестной Румынией…

— Да. — Тургут улыбался так беззаботно, словно мы обсуждали меню предстоящего завтрака. — «Усмиритель народных возмущений» был сильно обеспокоен чем-то, происходящим в Стамбуле; настолько обеспокоен, что послал людей на могилу Дракулы в Снагов.

— Но что, черт побери, они там нашли? — Я с размаху опустил кулак на ручку кресла. — Что сказали им монахи? Что привело их в такой ужас?

— Точь-в-точь те же вопросы задавал и я, — заверил меня Тургут. — Если Влад Дракула мирно покоился в могиле, к чему тревожиться о нем в сотнях миль оттуда, в Стамбуле? И если Влад похоронен в Снагове, почему местность на карте не соответствует тем местам?

Я с уважением подумал, что Тургут ничего не упустит из виду.

— И все-таки, неужели вы считаете возможным, чтобы тело Дракулы оказалось в Стамбуле? Конечно, это объяснило бы опасения султана и появление в городе вампиров…

Тургут хлопнул в ладоши и уставил вверх длинный палец.

— Важный вопрос! Чтобы разрешить его, нам понадобится помощь, а поможет нам мой друг Селим.

С минуту мы молча сидели в полутемном коридоре пансиона, вдыхая запах свежего кофе, — недавние друзья, объединенные давней тайной. Потом Тургут оживился:

— Несомненно, надо продолжать розыски. Селим обещал как можно скорее проводить нас в архив. Ему знакомы там все источники пятнадцатого века, а я ведь интересовался только тем, что казалось мне связанным с Дракулой. Мы теперь будем искать вместе. Я уверен, что мистер Эрозан пустит нас в зал еще до открытия — стоит мне только обратиться к нему. Он живет совсем рядом с архивом, и мы сможем поработать там, пока Селиму не придется уйти на службу. Но где же мисс Росси? Она еще не выходила из своей комнаты?

В мыслях у меня воцарилось такое смятение, что я не знал, с чего начать свой собственный рассказ. Заговорив о библиотекаре, Тургут невольно напомнил мне вчерашнюю встречу, о которой я, обрадованный новой находкой, едва не позабыл. Теперь мне предстояло снова испытывать доверчивость Тургута повестью о восставшем мертвеце. Может быть, человек, верующий в древних вампиров, способен легче поверить в рассказ о современных? В то же время его последний вопрос напомнил мне, что я непростительно надолго оставил девушку одну. Мне хотелось дать ей спокойно проснуться и встать, и я ожидал, что она почти сразу вслед за мной спустится вниз. Почему ее до сих пор нет? А Тургут продолжал говорить:

— Так вот, Селим — он, знаете ли, никогда не спит — пошел выпить кофе, пока я подготовлю вас к его появлению… ах, вот и он!

Над входной дверью звякнул колокольчик, и в прихожую, прикрыв за собой дверь, вошел стройный мужчина. Думается, я ожидал увидеть величественную фигуру старца в строгом костюме, — но моим глазам представился совсем молодой человек в просторных и довольно поношенных брюках и белой рубахе. Он устремился ко мне, забыв даже улыбнуться, и, только встряхивая его худую ладонь, я узнал эти зеленые глаза и длинный острый нос. Я уже видел его совсем недавно и почти сразу вспомнил где, — вспомнил эту тонкую руку, протягивающую мне томик Шекспира. Продавец книг с базара!

— Да ведь мы уже знакомы! — воскликнул я, и мое восклицание слилось с его голосом, произносившим, должно быть, те же слова на диковинной смеси турецкого с английским.

Тургут озадаченно разглядывал нас, и я поспешил объясниться. Выслушав мой рассказ, он только покачал головой:

— Совпадения!

— Вы готовы? — спросил мистер Аксой, отмахнувшись от Тургута, предложившего ему занять соседнее кресло.

— Не совсем, — отозвался я. — С вашего позволения, пойду взгляну, как дела у мисс Росси и готова ли она выйти.

Тургут кивнул чуть преувеличенно невинно, но мне некогда было соображать, не говорил ли я ему, что Элен — моя сестра. Я столкнулся с ней на лестнице — буквально столкнулся, потому что мчался наверх, перескакивая через три ступеньки.

— Ой! — вскрикнула она, хватаясь за перила, чтобы не упасть. — Что ж это ты делаешь, прости господи?

Она сердито растирала ушибленный локоть, а я невольно старался сохранить подольше ощущение в ладонях, коснувшихся ее жесткого плеча под строгим костюмом.

— Тебя ищу, — отозвался я. — Извини… больно? Я просто немножко забеспокоился, что ты так долго не выходишь.

— Со мной все в порядке, — уже более мирно заверила девушка. — Появилась новая мысль. Ты не звонил профессору Бора?

— Он уже здесь, — отрапортовал я, — и привел с собой друга.

Элен тоже узнала молодого букиниста, и они занялись, преодолевая смущение и языковые трудности, разговором, пока Тургут набирал номер и кричал в телефонную трубку.

— Прошла гроза, — пояснил он, оборачиваясь к нам. — В старой части города после грозы всегда помехи. Мой друг будет ждать нас возле архива. Голос у него больной, должно быть, простудился, но сказал, что обязательно придет. Хотите кофе, мадам? Я куплю вам по дороге сладких булочек.

Он, к моему неудовольствию, поцеловал Элен руку, и мы все вместе поспешно вышли в город.

Я рассчитывал поговорить с Тургутом по дороге, немного отстав, чтобы не слышал новый знакомый, тем более что, по словам Тургута, молодой человек не разделял его увлечения вампирами. Мне хотелось поскорей рассказать ему о появлении зловещего библиотекаря, но Тургут сразу увлеченно заговорил с Элен, и мне оставалось только уныло брести рядом, наблюдая, как его болтовня вызывает на лице девушки редкую для нее улыбку, и мучаясь невысказанной тайной. Мистер Аксой шел рядом, время от времени поглядывая на меня, но по большей части он казался погруженным в свои мысли, и я не счел возможным прерывать его замечаниями о красоте утреннего города.

Дверь библиотеки оказалась отворена. Тургут с улыбкой заметил, что не сомневался: его друг опередит нас. Мы тихо вошли внутрь. Тургут галантно пропустил даму вперед. В тесной прихожей, украшенной мозаикой, где лежала наготове для ранних посетителей раскрытая книга записей, было пусто. Тургут распахнул перед Элен следующую дверь, и она успела сделать несколько шагов в глубь пустынного полутемного читального зала, — и тут я услышал, как девушка резко вздохнула и остановилась так внезапно, что наш друг едва не уперся ей в спину. Я еще не видел, в чем дело, но волоски у меня на загривке встали дыбом, и что-то толкнуло меня, грубо отстранив профессора, броситься к Элен.