Джон Катценбах - Особый склад ума

— Нет, нет, нет, миссис Клейтон! — прервал ее Карлос. — Витамины — это еще ладно, двойная доза болеутоляющего, это, пожалуй, тоже сойдет, но не в каждый прием. Пожалуй, вы от этого просто заснете. Но клопамин и рензак очень сильные препараты. С мощным действием! То, что вы сказали, очень много. Только одну таблетку! Каждого! Не больше, миссис Клейтон. Это очень важно!

Внутри у Дианы что-то оборвалось.

— Значит, если принять четыре таблетки того и другого…

— И не думайте! Четыре того и другого сделает вас очень больной…

— Насколько больной? — прервала она фармацевта.

Тот помедлил, прикидывая что-то в уме:

— Возможно, это вас убьет, миссис Клейтон. Четыре зараз — это очень опасно…

Карлос сделал паузу, но Диана ничего не ответила.

— …особенно вместе с вашими болеутоляющими, миссис Клейтон. Вас просто свалит с ног, и вы даже не будете знать, какие у вас проблемы с этими клопамином и рензаком, какая передозировка. Хорошо, что вы мне позвонили, миссис Клейтон. Если вдруг вы позвоните мне, а я не отвечу на звонок, то лучше ничего не принимайте. Болеутоляющее еще можно, а те другие нельзя. Эти лекарства от рака, они муй фуэрте, очень сильные.

Рука у Дианы слегка затряслась.

— Спасибо вам большое, Карлос, — пробормотала она. — Вы очень мне помогли. — И нажатием клавиши она отсоединилась от линии.

Очень осторожно Диана вернула лишние лекарства в соответствующие пузырьки, пытаясь отогнать воспоминание о когда-то таком знакомом лице человека, который вломился в ее дом, увидел записку, оставленную их дочерью, тут же понял, какую возможность она ему предоставляет, и не замедлил ею воспользоваться. Должно быть, это показалось ему великолепной шуткой. Скорее всего, он ушел ухмыляясь, а возможно, и громко смеясь — после того-то, как намеренно положил ей на блюдце смертельную дозу лекарств, которые должны были поддерживать в ней жизнь.

Глава 13

Игра в прятки

Джеффри Клейтон так и застыл на месте. Сперва он совершенно не мог придумать, что ему делать и как поступить. Он продолжал тупо смотреть на экран компьютера, когда в кабинет ворвался красный от злости агент Мартин.

— Ку-ку, — пробормотал себе под нос Клейтон, когда детектив захлопнул за собой дверь и с ходу принялся его распекать:

— Клейтон, сукин вы сын, сколько раз можно растолковывать вам прописные истины! Никаких пеших прогулок без моего сопровождения! Ну где вы шлялись, черт бы вас побрал? Я с ног сбился, вас разыскивая.

Профессор не стал отвечать ему и сделал вид, что не обращает внимания ни на расспросы, ни на крепкие выражения своего напарника. Он повернулся в кресле и пристально поглядел на детектива. Он хорошо понимал причину его гнева: какой толк в приманке, когда она не находится постоянно у тебя на глазах, — ведь если тот, на кого ты охотишься, выберется из своего потайного логова и обнаружит себя, ты в любой момент должен быть готов воспользоваться этим. Клейтона и самого начал охватывать гнев — из-за того что его используют подобным образом, — но ему удалось с ним совладать. Он инстинктивно почувствовал, что для него лучше ни с кем не делиться своими догадками. Пускай детектив по-прежнему думает, что Джеффри пребывает в неведении относительно того, зачем его привезли в Пятьдесят первый штат. В конце концов, план Мартина не так уж бессмыслен: доказательство в данный момент высвечивалось на стоящем перед ним мониторе компьютера. На какую-то долю секунды ему в голову пришла мысль скрыть это полученное им послание, но, так и не приняв окончательного решения, он вдруг обнаружил, что его рука сама вялым жестом показывает детективу на слова, написанные на экране.

— Вот он и объявился, — проговорил он тихо.

— Кто? Где объявился? — не понял полицейский.

Джеффри указал пальцем. Затем встал, прошел к доске на стене и, в то время как детектив уселся на его место за столом, чтобы прочитать сообщение, стер все, что шло под заголовком «Преступник неизвестен».

— Это нам уже не понадобится, — сказал он, больше самому себе, чем агенту Мартину.

В конце концов до него дошло, что он стирает то, что уже было один раз стерто. Только он просто отказывался поверить в очевидное. Когда он обернулся назад, то увидел, как шрамы от ожогов на шее и руках детектива быстро багровеют.

— Будь я проклят! — пробормотал Мартин.

— Вы можете это отследить? — внезапно спросил Джеффри. — Послание пришло по телефонной линии. Нужно попробовать просмотреть трафик и определить исходящий телефонный номер.

— Точно! — с готовностью откликнулся Мартин. — Да, черт побери, наверное, это можно. То есть, я хочу сказать, это должно быть возможно. — Он склонился над клавиатурой и застучал по клавишам. — Это непросто, но если мы знаем адресата, то теоретически должны найти также и отправителя. Как вы думаете, ему об этом известно?

Джеффри полагал, что, скорее всего, да, но не был уверен.

— Не знаю, — сказал он. — Возможно, какой-нибудь четырнадцатилетний компьютерный гений из здешней средней школы может не только знать об этом теоретически, но и за десять секунд определить нужный ему номер на практике. Но насколько технически подкован тот, кто затеял с нами эту игру, я не могу вам сказать. Давайте просто попробуем, а там будь что будет.

Мартин продолжил колдовать над клавиатурой, затем на мгновение остановился:

— Чтоб я сдох! Вот он. Я его вычислил. Попался, ублюдок! — Внезапно он расхохотался, но совсем не весело, а, скорее, зловеще. — Это оказалось проще, чем я думал. — Детектив снял пальцы с клавиатуры и сделал ими в воздухе несколько пассов. — Фокус-покус, — объявил он. — Обыкновенное волшебство.

Джеффри наклонился и поверх его плеча увидел на экране компьютера один-единственный телефонный номер под заголовком «Источник сообщения». Агент подвел курсор к этому телефонному номеру и ввел еще один запрос. В ответ компьютер потребовал ввести код доступа, что Мартин тут же исполнил.

— Это позволит нам пройти систему защиты информации, — пробормотал он.

Едва он это произнес, компьютер выдал ответ, и Клейтон увидел, что под телефонным номером появились имя и адрес.

— Попался, мерзавец! — победно воскликнул Мартин. — Я знал, что так будет! Вот он, ваш чертов папаша! — проговорил он со злостью.

Клейтон прочел то, что было написано на мониторе:

Владелец телефона: Гилберт Д. Рей; совладелец/супруга: Джоан Д. Аркер; дети владельца: Чарльз, 15 лет, Генри, 12 лет.

Адрес: Лейксайд, Коттонвуд-террас, дом 13.

Профессор уставился на адрес. Он показался ему до странного знакомым.

Далее шла дополнительная информация. Согласно ей указанный человек являлся консультантом по ведению бизнеса, а его жена была домохозяйкой. Приводилась дата их прибытия в Пятьдесят первый штат. Получалось, что они приехали сюда шесть месяцев назад из Нового Орлеана и по приезде проживали какое-то время в одной из гостиниц Нового Вашингтона. Джеффри указал на это детективу. Мартин, уже протянувший руку, чтобы снять телефонную трубку, ответил, набирая номер:

— Это ж обычное дело. Люди продают свои дома и приезжают сюда, живут какое-то время в отеле, ожидая урегулирования всех иммиграционных формальностей, а потом подбирают себе новый дом… Ну же, кто-нибудь снимет трубку или нет? Уснули они там все, что ли?!

Видимо, трубку наконец все-таки сняли, потому что детектив произнес:

— Это Мартин. Никаких расспросов. Мне нужна команда особого назначения. Пускай срочно мчатся в Лейксайд. Встретимся там, я уже выезжаю. Приоритетность задания высшая.

Стоящий рядом с компьютером принтер ожил, и из него вылезли один за другим четыре листка бумаги. Детектив забрал их, пару секунд разглядывал и протянул Клейтону. На первом была паспортная фотография человека с толстой шеей и стрижкой ежиком, как у отставного военного. На носу очки в черной оправе; на вид слегка за шестьдесят. Затем последовала еще одна фотография, на сей раз женщины — примерно того же возраста, что и мужчина, с длинным и узким лицом и слегка скошенным на сторону, как у боксера, носом. Фотографии обоих детей также прилагались. Старший глядел исподлобья, словно с трудом сдерживал злость. Под каждой из фотографий указывались рост, вес, особые приметы. Все это сопровождалось выписками из медицинской карты, номерами социального страхования и фотокопией водительских прав. Приводились также номера банковских счетов и кредитная история. Даже данные об успеваемости детей. Джеффри стало ясно, что здесь более чем достаточно сведений для того, чтобы любой полицейский сразу понял, с кем имеет дело, а если потребуется, без труда отыскал человека.

— Поздоровайтесь с папочкой! — резко сказал Мартин. — Поздоровайтесь и тут же попрощайтесь.