Убитые девушки - Хизер Критчлоу

Может, вы и белье за меня повесите? – хихикает Ирен.

Кэл легко представляет ее за барной стойкой – чувство юмора и умение оживлять любой разговор располагают к ней людей. Но в то же время Ирен производит впечатление человека, в шутках которого лишь доля шутки.

– Повешу, если нужно.

– Что ж, за дело! Развесим это на веревке, а потом заварю чай к вашим булочкам.

Газон радует глаз сочной зеленью. Как, впрочем, и все сады здесь. Гибкие стебли сырой травы приятно пружинят под ногами.

Ирен вытаскивает из корзины простыни и вешает их так, чтобы они развевались на ветру. Кэл подает ей прищепки и поглядывает на небо – оно опять в свинцовых тучах, угрожающих в любой момент разразиться дождем. Ирен перехватывает его встревоженный взгляд:

– Оно высохнет в мгновение ока.

И вот Кэл уже сидит на кухне в тыльной части дома. Его ноги обвила пестрая кошка. Кэл внимательно рассматривает комнату, чтобы потом описать ее в мельчайших подробностях. Кухня безупречно чистая, ни единого пятнышка. Ламинат блестит, раковина сияет белизной.

– Извините за нее… – Ирен пытается отпихнуть от Кэла кошку. – Это Нина. Ей постоянно хочется ласки.

– Все нормально. – Кэл почесывает мягкую шерстку на голове кошки, гладит ей бочок, а та упивается вниманием гостя. – Я люблю кошек.

Ирен ставит перед ним чашку с чаем и занимает стул напротив в ожидании, когда Кэл заговорит.

– Я хотел у вас спросить: не встречалась ли Лейла в гостинице с кем-нибудь еще кроме Стивена? С кем-то из постояльцев, к примеру?

Ирен ерзает на стуле.

– Об этой девчушке все время ходили сплетни. Трудно было понять, что правда, а что люди болтали со зла.

– Значит, у нее мог кто-то быть?

Ирен выглядывает в окно, за которым на веревке пляшут простыни. Кэл ждет: ее опять мучает внутренний конфликт, и он это чувствует. Как же время и жизненный опыт влияют на восприятие прошлого! Порой происходит такое переосмысление, такая переоценка, что черное превращается в белое, а то, что ты считал верным, оказывается неправильным. И наоборот. Кэл по себе это знает. Наконец Ирен поворачивается к нему, и он видит в ее глазах слезы.

– Когда Лейла только пропала, мне казалось, что… нехорошо о ней сплетничать. Я боялась, что это отразится на поисках, что люди не станут искать ее с должным рвением. Понимаете?

Кэл кивает.

– А сейчас, – продолжает Ирен, – стоит мне подумать о том, что она лежала там все это время… Я постоянно терзаюсь вопросом: а если бы я решилась рассказать, может…

– Лейла умерла до того, как ее стали искать, Ирен. Скорее всего, еще до того, как лошадь вернулась в конюшню. И даже если бы вы все рассказали, вы бы ее не спасли.

Кэл вспоминает, как была свернута шея Лейлы. И стремя неподалеку…

– Я бы солгала, сказав, что меня это не тяготит. Я не ожидала, что ее найдут так близко от гостиницы спустя столь долгое время, – вздыхает Ирен. – Возможно, она там занималась чем-то с гостем. Я не уверена, но…

– Но и не отвергаете такой возможности. Почему?

– Как-то ночью я передвигала в коридоре ящики с вином. Лейла спустилась по служебной лестнице, а было уже поздно… слишком поздно для того, чтобы быть в гостинице. Вот почему я обратила внимание. Она плакала… и выглядела так… словно что-то случилось.

– Она вас видела?

– Да, но не остановилась. Выскочила на улицу через заднюю дверь, а я вернулась к бутылкам. Лейла была не из тех, кто ищет утешения, когда расстроен. А я раньше никогда не видела ее плачущей. Да и после того случая тоже. А потом я вспомнила… Только было поздно. Примерно в то же время мы обслуживали частный ланч какой-то нефтяной компании. Один мужчина так смотрел на Лейлу! Он буквально пожирал ее глазами. Она ходила пунцовой от смущения.

– Лейла была красавицей. Ничего удивительного.

– Да, но его Лейла игнорировала иначе. Не так, как прочих мужчин. Вообще-то она любила пофлиртовать. И на чаевых это сказывалось. А тогда мне даже подумалось, что они знакомы.

– А что вы можете сказать о том человеке?

– Немногое. Лет сорока… Волосы с проседью, на вид привлекательный, холеный.

– А название нефтяной компании не припомните?

Ирен медленно качает головой:

– Господи, да как же они назывались? Они постоянно гостили у нас тогда, до того как рынок обвалился, – охота, ланчи, обеды… – Ирен трет виски. – Может, я все-таки вспомню.

– В гостинице должны храниться старые журналы регистрации. Спасибо вам, Ирен. Вы так помогли!

На лице женщины отражается замешательство.

– Я хотела сказать… Я видела вас. В газете.

Кэл яростно кивает, желая избавить ее – и себя – от неловких слов.

– Я вам очень сочувствую, – признается Ирен.

– Для меня это многое значит. Спасибо, – благодарит Кэл.

Как же странно! Он всю жизнь скрывал правду о своем прошлом, убежденный в том, что она его разрушит, сломает. А на деле не так. Каждый раз, когда кто-то упоминает об этом, внутри Кэла что-то разжимается. Боль понемногу отпускает.

Марго заслуживает того, чтобы ее помнили.

Глава пятьдесят пятая

На этот раз Кэл одет неподобающе. Женщина за стойкой регистрации хмурится при взгляде на его джинсы и футболку.

– Я могу побеседовать с Арчи?

Ее губы поджимаются.

– Я узнаю, может ли мистер Джеймс вас принять.

За стойкой сидит еще одна женщина, помоложе, – занимается бумажной работой. Пока первая бормочет что-то в телефон, эта заговорщически улыбается Кэлу. Не проходит и пары секунд, как появляется Арчи. Судя по взгляду и улыбке, лишь слегка обнажившей его зубы, Джеймсу неловко. Но Кэлу все равно. Они пожимают руки – так положено при встрече. Но на этот раз Арчи не предлагает Кэлу кофе и не отводит в бильярдную. «Хорошо хоть, что не велели воспользоваться черным входом», – ухмыляется про себя Кэл. У него уже был такой опыт. Изъявляя желание помочь, люди не всегда подразумевают реальную помощь.

– Так чем мы можем вам помочь?

– Возможно, у вас сохранились какие-то записи того времени – регистрационные журналы, заявки на мероприятия. Я мог бы их просмотреть, начиная с того месяца, когда пропала Лейла?

– Записи? Для чего?

– Я проверяю одну версию… Возможно, Лейла встречалась здесь с кем-то из гостей.

Арчи потирает подбородок и изображает огорчение:

– Увы, у нас сейчас совершенно иная система регистрации и обслуживания гостей. Ничего из старых записей не сохранилось.

– Ничего?

– Ничего. Сожалею, что не могу вам помочь. – Арчи пожимает плечами, но, похоже, ему не очень-то жаль.

– А старая книга отзывов подойдет?

Развернувшись, они оба впиваются взглядом в девушку с пачкой документов.

– Прошу прощения, – вспыхивает она. – Я случайно услышала ваш разговор. Все старые книги отзывов гостей хранятся наверху, в библиотеке. Может, стоит попробовать? Никогда не знаешь…

Арчи на мгновение прищуривает глаза:

– Какая чудесная идея, Элли.

– Спасибо вам. – Кэл старается и тоном, и глазами выразить ей искреннюю признательность. А еще Кэлу кажется, что девушке хотелось подколоть старого