Убитые девушки - Хизер Критчлоу

плохо, сознает Кэл, но с нарочито беззаботным видом забирает у дочери телефон:

– Без проблем.

Его взгляд падает на стол. Крисси работала над маленьким офортом на куске кожи. Кэл рад возможности сменить тему:

– Очень красиво.

– Это лишь набросок… их всего семь… это часть более масштабной работы.

Крисси несколько секунд не сводит глаз с кусочка кожи, вертит его в руках как потерянная.

– А на какую тему?

– Семь смертных грехов.

– И какой это грех? Нет, подожди… Я сам попробую отгадать… гнев?

Кожа испещрена резкими, заостренными линиями. Они расходятся в разные стороны из одной точки, словно иглы разлетаются из эпицентра взрыва. Ярость так и брызжет в разные стороны. Жутковато, но красиво. Крисси кивает, а Кэл замечает, как по ее лицу пробегает тень.

– Ты голодна? Может, выйдем проветримся и предадимся греху чревоугодия в пабе?

Правильно ли он поступает, пытаясь наигранной веселостью отвлечь дочь от мрачных мыслей? Может, ему стоит еще раз с ней поговорить? Элли бы подсказала, как лучше… Но Крисси уже встает и надевает ботинки.

Ужиная рыбой и картофелем фри без отвлекающего ее телефона, Крисси, кажется, немного расслабляется, и ее щеки покрывает легкий румянец.

– Как тебе Стивен?

– Странный он. Какой-то дерганый. Нетрудно представить, как он выходит из себя. Но, похоже, он думает, что у Лейлы было свидание с кем-то еще, когда она пропала. Место, где нашли ее тело, идеально подходит для тайной встречи. Только я не уверен, что Стивен выбрал бы его для свидания.

– С кем еще она могла встречаться?

– А это вопрос на миллион долларов. Лейла была натурой деятельной, неугомонной. Здесь ей было скучно. А другой жизни она не знала, ведь не училась ни в колледже, ни в университете. Все свободное время проводила, катаясь на лошадях. Как она могла с кем-то познакомиться, да еще сохранить это в тайне? Непонятно… если только это не был кто-то местный, только женатый.

– А в гостинице?

– У меня есть список персонала того времени. Я проверяю.

– А постояльцы?

Кэл смотрит изумленно: кусочки пазла складываются.

– Ну конечно…

– Ей не надо было никуда выходить, чтобы познакомиться с новыми людьми, – отмечает Крисси.

– Да, они сами сюда приезжали. В гостинице ведь всегда есть гости.

Глава пятьдесят третья

Кэлу не хочется возвращаться на склад пиломатериалов, но что-то в словах конюха Джима не дает ему покоя. И он заставляет себя снова выехать на шоссе А96 и погнать в направлении Абердина, несмотря на угнетающую серость неба, затянутого тяжелыми тучами. Кэл дивится проницательности Крисси, размышляет над ее догадкой и немного страшится новой задачи: ворошить последние недели и дни жизни Лейлы. В любом расследовании всегда наступает момент, когда оно кажется бесконечным, безнадежным. Вот сейчас как раз такой момент. Но нужно побороть отчаяние, ведь Тэм и Джин зависят от него.

На этот раз Джим – в том же грязном комбинезоне – пилит бревна за пределами склада. Визг пилы взрывает тишину, а вокруг, как искры от костра, разлетаются опилки. Кэл ждет, уверенный, что Джим его заметил и просто-напросто игнорирует. Хмурое выражение лица этого человека вновь наводит Кэла на мысль: а не он ли ненавидел Лейлу настолько, что задушил ее и бросил тело в расщелину? И эта мысль все прочнее укореняется в сознании Кэла, невзирая на, казалось бы, железное алиби Джима: он был с Дагом в конюшне.

Как только пила замолкает, Кэл, уже преисполнившись раздражения, устремляется вперед.

– Джим, уделите мне минуту.

Кэл машет микрофоном, показывая: он записывает. И лицо Джима мрачнеет еще больше.

– Выключите эту штуку.

– У меня всего пара вопросов.

– Мне без разницы.

– То же самое вы сказали и в прошлый раз. Когда обозвали Лейлу шлюхой.

Джим замирает как вкопанный. Даже он расслышал в тоне Кэла обвинение.

– Я такого не говорил.

– Говорили.

Джим отворачивается:

– Что ж, это правда.

– Вы сказали: «Поспрашивайте в гостинице». Что вы имели в виду? Что Лейла встречалась с поваром?

Джим фыркает. И Кэл понимает: он на верном пути.

– Она не ограничивалась персоналом.

– Откуда вы знаете?

– Вам лучше уйти.

– Так расскажите мне, и я уйду.

Джим сплевывает на опилки, и Кэл снова поражается глубине той ненависти, какую он питает к человеку, пропавшему больше тридцати лет назад.

– Я ее видел.

– Где? Когда?

– Она села в роскошную тачку в конце подъездной аллеи гостиницы. Новенький «Дискавери» без единой царапины, – усмехается Джим.

– Когда это было?

Джим пожимает плечами:

– Примерно в то же время, когда она пропала.

– И вы не думали рассказать об этом полиции?

Глаза Джима вспыхивают.

– Да как-то вылетело из головы. – Он отступает назад. – Уходите.

– Подождите. Вы не разглядели человека в той машине? – Кэл видит, как на лице Джима отражается беспокойство. Он знает что-то еще! – Вы недолюбливали Лейлу, я понимаю. Она, конечно, не была святой. Но Тэм и Джин, ее родители, – очень хорошие люди. Они не заслужили такого. Им важно знать, что случилось с их дочерью.

– Я не хочу, чтобы меня в это впутывали.

– Самый быстрый способ избавиться от меня – это рассказать все, что вы знаете.

– Ладно. Только выключите эту штуку.

Кэл делает вид, будто выключает аппаратуру.

– Он был намного старше. В отцы ей годился. Волосы с проседью, шикарная рубашка. Это все, что я видел. Я за ними не шпионил.

– Вы бы узнали того человека, если бы я его нашел?

– Хрен его знает…

Джим доходит до теплушки и хлопает дверью. Проводив его взглядом, Кэл переводит глаза на пилу. Она молчит, но зубья у нее острые, и ствол дерева, в который они вонзились, лежит на земле, разрубленный на части.

Глава пятьдесят четвертая

Крисси осваивается. По возвращении Кэл находит ее болтающей с Мэриленой на кухне. Встав в дверях, Кэл несколько секунд наблюдает за тем, как они чаевничают с бисквитами за старым фермерским столом, потерявшим цвет за долгие годы использования. Лицо дочери уже не напряжено, а расслаблено, плечи не так зажаты. В свое время Кэл практически потерял мать, а его собственный брак терпит крушение. Хоть бы с Крисси было все в порядке! Он приложит для этого все усилия.

– Привет, пап. – Заметив его, дочь ухмыляется и машет учебником. – Я не сачкую. Мэрилена проверяет меня.

– Крисси не мешает вам заниматься своими делами? – спрашивает Кэл хозяйку, обеспокоенный тем, что они злоупотребляют ее гостеприимством.

– Мне нравится общаться с ней. – Мэрилена легонько шлепает его полотенцем по плечу.

– Мне нужно снова отъехать, проинтервьюировать еще кое-кого. Крисси, можешь поехать со мной, если хочешь.

– Я должна сделать пару эскизов… а потом я думала погулять по полям и попробовать набросать несколько пейзажей… Если ты не против.

– Конечно, не против. Увидимся позже.

Дочь так и не просит вернуть ее мобильник.

Он паркуется около аккуратного серого домика в поместье на окраине Инверури. За домом виднеются поля, ощетинившиеся стерней, и излучина реки, прорезающая низину. Ирен несет корзину с выстиранным бельем и пакет с прищепками.

– Здравствуйте, Ирен. Найдете для меня минутку? – Кэл взмахивает бумажным свертком. – Я привез слоеные булочки.

– Исправляетесь!