Пятый великолепный. Нейлоновое сердце - Zoia

– О, самое уродливое здание Лондона в 2003 году? – блеснул эрудицией Джонни. – Необрутализм и послевоенный архитектурный модернизм.

– И одно из современных чудес света, по словам Елизаветы Второй, – весело возразила Полина. – Но да, репутация у него противоречивая. Как и у акустики: одни в восторге, называют ее «привлекательно теплой», другие – «слишком сухой» для большого симфонического оркестра. А там выступают и Лондонский симфонический оркестр, и Симфонический оркестр BBC. Это целый комплекс творческих площадок с широким спектром проектов разных жанров и арт-направлений: концерты классической и современной музыки, театральные представления, кинопоказы и художественные выставки.

– А что вы с Анастасией посещали? – вернул Чэнь разговор в деловое русло.

– Их программа очень разнообразна, включает классическую и современную музыку разных стилей. Часто выступают всемирно известные певцы и музыканты, в том числе и из России. Анастасия считала, что у нее есть шансы выйти на сцену. Как и у меня, по ее словам.

Синие глаза девушки влажно блеснули.

– А кого из России там слушали? – поспешил сменить тему Джонни.

– Например, Сергея Петрова. – Полина снова была в прекрасном настроении, а Чэнь помрачнел. – Он тогда исполнял Yesterday. Помню свои опасения: ученик классической школы в Лондоне поет песни The Beatles… Но тем более сильным стало впечатление. Сергей великолепно владеет голосом, а эту композицию исполнил, я бы сказала, бережно, с уважением. Но притом свежо, по-своему. Публика была в восторге. А после концерта Анастасия нас познакомила.

– Они дружили? – уточнил Чэнь.

– Да. И договорились о встрече еще неделю назад. Она повела меня через чудесный двухуровневый зимний сад. Растения там свисают с нескольких ярусов балконов, закрывают стены и будто растут из пола. Огромные листья-опахала, завитки древесного цвета, мелкие цветочки – такой бесконечный букет. Настоящий тропический лес!

Джонни подумал, что Нейлон тоже видел эти цветы. А потом погрузил Анастасию в такой же прекрасный и чудовищный антураж. Но вслух ничего не сказал, чтобы не расстраивать девушку.

– А в конце дорожки стоял Сергей, – продолжила Полина. Теперь ее глаза будто рассыпали вокруг синие искры. – Мы познакомились, и я смогла высказать свое восхищение ему как исполнителю. Он сделал несколько ответных комплиментов моему голосу, Анастасия посмеялась над всем оперным сообществом. А потом мы подружились.

Полина хотела еще что-то сказать, но не успела – зрителей пригласили в зал. Джонни попробовал посмотреть на окружающую обстановку глазами элиты, которую стал понимать гораздо лучше за последний месяц. Теперь он чувствовал, что Большой театр самим своим видом готовит зрителей к действию масштабному, королевскому, достойному их статуса. Блеск позолоты в янтарном освещении, бархатные шторы, обивка благородного бордового оттенка – все подчеркивало торжественность момента. И прекрасные голоса на сцене.

А Сергей был настоящей звездой Большого театра. После завершения спектакля овации в зале не смолкали несколько минут – Петровым восхищалась не одна Полина. Агент 005 тоже выглядел потрясенным.

– Когда в следующий раз кто-то скажет, что ты робот, вспомни этот момент, – проронил Джонни. Чэнь посмотрел на него рассеянным взглядом, затем в черных глазах появилось понимание. Он встряхнулся и благодарно кивнул.

Полина предложила пройти для разговора в гримерную Петрова.

Это была комнатка с большим зеркалом, яркими лампами и многочисленными вазами с цветами – зрители искренне благодарили талантливого певца за подаренную радость.

– Ты чудесно выступил, – восхищенно сказала Полина, протягивая Сергею руки.

Он поймал ее тонкие пальцы и приложил к губам. Чэнь помрачнел и принялся изучать ближайший букет.

– Полиночка! Я так рад! Так рад, что ты здесь! Это лучшая награда для меня!

– Мы хотели узнать, не вспомнил ли ты что-нибудь еще об Анастасии, – перешла к делу Полина, когда закончились приветствия и обмен любезностями. – Ты упомянул бриллианты. Может, знаешь ее консультанта или где она их предпочитала покупать?

Сергей покачал головой.

– Мы разговаривали больше о музыке, вокале: это было нашей общей страстью… У Анастасии было много украшений. В том числе и с бриллиантами. Кажется, она упоминала Гонконг. Но это не точно. Она тогда пришла с необычной брошью – бриллиантом в форме сердца. Красивая, впечатляющая вещица. Но потом мы быстро перешли на политику. Она всю неделю тогда говорила о политике – необычное поведение для красивой девушки, я ей так и сказал.

– Да, как-то не похоже на нее, – задумалась Полина.

– Она встретила кого-то в Лондоне, я уже говорил. И разговор с тем человеком задел Анастасию. Его взгляды… Не помню деталей, но она была вся на эмоциях, когда рассказывала о споре. Может, поэтому и не стала распространяться про новый бриллиант. Как я понял, он был связан с этим знакомством.

– Она купила его у нового знакомого? – насторожился Чэнь. – Или это был подарок?

– Кто же о таком спрашивает девушку? – театрально всплеснул руками Сергей. – Да и надевала брошь она, по-моему, всего один раз.

В дверь начали снова заглядывать поклонники. Полина вопросительно посмотрела на Чэня, тот кивнул. Они коротко попрощались с Петровым и покинули гримерку.

– Услышали что-нибудь полезное? – Полина выглядела слегка смущенной. Видимо, она ждала большего от разговора с Сергеем.

– Пока немного, – задумчиво ответил Чэнь, но заметил тень на лице девушки и поспешно добавил: – Но и по хлебным крошкам можно дойти до конца пути. Кроме того, мы провели великолепный вечер в опере, я открыл для себя талант Сергея и прочувствовал атмосферу Большого театра.

– Мы можем поговорить еще с сотрудниками, – предложила Полина. – Они не так хорошо знали Анастасию, но и времени на разговор у них больше.

Чэнь учтиво согласился. По пути он повернулся к Джонни и сказал вполголоса:

– Будешь переводить. Но одновременно учись проводить опрос. Потом объясню для чего.

Они допоздна переходили из одного служебного помещения в другое. Полина начинала разговор, поздравляла с удачным представлением и желала новых успехов. Затем Чэнь задавал несколько простых вопросов и будто невзначай переходил к Анастасии. Все сотрудники театра вспоминали девушку с теплотой, говорили о ее искренней любви к искусству, таланте, уникальном голосе. Но ничего подозрительного или странного никто вспомнить не смог.

– Опера – волшебное действо, – подвел итог Чэнь. – Но этот след, похоже, никуда не ведет. А бриллианты… Снова и снова их упоминают рядом с именем Анастасии. Нужно узнать, где она их покупала и кто ей дарил украшения. И проверить финансы Анастасии, там точно будет подсказка.

Полина с готовностью предложила:

– Ее отец очень богат. Наверняка многие подарки были от него. Я договорюсь о встрече. Он должен знать больше остальных.

Иван Грачёв ожидал их на тридцать шестом этаже в одной из высоток Москва-Сити, делового центра столицы. Джонни был здесь впервые и вместе с Чэнем восхищался сверкающими зданиями. Он знал, что почти все они насчитывали больше тридцати этажей, а самое высокое – больше сотни. Полюбоваться ими, стоя у подножия, было непросто: приходилось смотреть почти вертикально вверх и бороться с начинающимся головокружением.

Но