Мама кукол - Майя Эдлин

восторженно сообщала она, стоило кому-то завести разговор о Волшебнике. Он, как никто другой, был знаком с местной историей и фольклором и мог дать фору любому архивариусу и краеведу. Именно отсюда росли ноги у слуха, что Волшебник бессмертен и знает историю города так хорошо, потому что лично присутствовал при всех здешних событиях и пятьдесят лет назад, и сто, и даже двести. Разумеется, горожане над этим слухом посмеивались, хотя ни один из них так и не решился озвучить два главных вопроса: сколько Волшебнику лет? И помнит ли хоть кто-нибудь его молодым? Все были уверены, что Волшебник выглядел одинаково и год назад, и десять, и даже тридцать.

– Вон она идет, – Соня кивнула куда-то в сторону, и Нина, вынырнув из мыслей, проследила в указанном направлении. – Эклеры тащит.

Счастливая Лиля приблизилась к подругам, готовая принимать их бурные овации.

– Поздравляем, Лилька, с выходом новой книжки, – перебивали друг друга Соня, Кристина и Нина.

Лиля кивала, попеременно прижимала к себе подруг одной рукой и всеми силами старалась удержать в другой блюдо с малиновыми эклерами – любимым десертом Волшебника.

– Вот тебе миллиард шариков, – Соня вручила ей свою связку. – Смотри, не улети.

Кристина захихикала и протянула еще одну.

– Весь район без шаров оставили? – усмехнулась Лиля, осматривая масштабы подарка.

– Ага, и соседний тоже, – Нина привязала свою треть шаров к столбу у магазина и взглядом подсказала Соне сделать то же самое. – Идем?

Они вошли в «Храм книг», где пахло пылью, старой бумагой и разогретой на солнце древесиной. Из-за прилавка вышел пожилой мужчина с густой седой шевелюрой и не менее густой и седой бородой. На нем был один из любимых пестрых кардиганов, которые он носил даже летом.

– Лилечка, поздравляю тебя! – нараспев проговорил он и заключил девушку в свои медвежьи объятия. – Шестая книга, шестая! Мне не терпится прочитать.

– Как-то пусто здесь, – удивленно огляделась Соня. – Я думала, Лилькины книжки популярны среди малявок.

– Не только среди малявок, – Волшебник, выпустив Лилю из объятий, выпятил грудь, совсем как гордый отец. – Половина Лилечкиных читателей – совершеннолетние. Те, кому хватило ума не растерять веру в чудеса, даже повзрослев.

– Или те, кто любит страшилки, – добавила Нина.

– Это одни и те же люди, – засмеялся Волшебник. – Сказки взрослеют вместе с человеком и становятся мрачнее и страшнее, совсем как сама жизнь.

– Тогда я не хочу взрослеть, – заявила на это Кристина.

– И правильно, не взрослей. Возраст навязывается нам обществом, и только тебе решать: превращаться в скучного взрослого или остаться мечтательным ребенком.

Лиля протянула Волшебнику блюдо с эклерами. Тот благодарно закивал и указал на пустой столик напротив входа, обычно заставленный новинками.

– Освободил для твоей книжки, – пояснил он, ставя на столик блюдо. – Но сначала отметим чаем с пирожными.

– Помощь нужна? – засуетилась Лиля.

– Нет-нет, я сам. А вы пока располагайтесь, – и он направился к двери за прилавком, где пряталась крохотная кладовая, но на полпути обернулся к Соне. – А пусто здесь будет недолго: я всем сообщил, что книжки привезут не раньше четырех. Так что через полтора часа здесь начнется аншлаг.

Он скрылся за дверью, а девушки расселись по своим местам у стола.

– О чем? – Кристина заговорщицки пихнула севшую рядом с ней Лилю и указала взглядом на прилавок, где стояли упакованные в серую бумагу стопки книг. – Да ладно, Лиль, сейчас-то уже можешь сказать.

Лиля загадочно улыбнулась. Она никогда не рассказывала о своих книгах заранее. Ни дедушке, ни Илье, ни девчонкам, ни даже Волшебнику. Весь творческий процесс проходил в строжайшей секретности, и сюжет становился известен всем – будь то лучшие подружки или малолетние поклонники, – лишь когда они брали прибывшую из типографии книгу в руки.

– Ой, а я сейчас угадаю, – оживилась Соня. – Она о… призрачном поезде на заброшенной станции?

– Нет, – мотнула головой Лиля.

– Об этой твари, которая каждое новолуние в лесу воет? – Нина с готовностью вступила в игру.

– Не-а.

– Про сгоревшую в старом театре актрису? – с горящими глазами предложила свою версию Кристина.

– Нет.

– Про хозяйку пещер? – вновь перехватила инициативу Соня.

Улыбка вмиг сошла с Лилиного лица, но усилием воли она вернула ее так быстро, что никто не заметил секундной перемены в настроении.

– Нет, не о ней. – Она перевела взгляд на Нину.

– Ну не знаю… Хотя нет! Знаю! Она про тех детишек, которые ушли в поход и не вернулись!

– Снова мимо, – к Лиле вновь вернулось хорошее расположение духа, и она, хитро сощурив зеленые глаза, с видом победительницы откинула с плеча отливающие золотом волосы.

– Сдаетесь?

– Как бы не так, – Соня подалась вперед, готовая хоть до вечера перечислять знакомые ей местные пугалки.

– Сдаемся, – торопливо вмешалась Кристина, отлично зная, что Соня ни за что не примет поражения и игра в угадайку может затянуться на сутки, а то и на двое.

– Она о девочке, чья тень однажды ожила.

– Ужас какой, – восторженно отозвалась Кристина. – Она ее убьет?

– Кто кого? – растерялась Лиля.

– Кто-нибудь кого-нибудь.

– Какая ты, однако, сегодня кровожадная, – улыбнулась Нина и повернула голову в сторону кладовки, откуда показался Волшебник с подносом, на котором позвякивал изящный фарфоровый сервиз.

– У нас прям королевский прием, – прокомментировала его появление Соня.

– А то. – Он передал свою ношу Лиле и, наблюдая, как она расставляет чашки и блюдца на столе, разорвал одну из бумажных упаковок, откуда вынул перевязанную жгутом стопку книг. – «Моя чужая тень», – прочитал он название и замер, разглядывая обложку.

– Нечестно! – запротестовала Нина. – Нам тоже интересно.

– Простите-простите, – мужчина торопливо перерезал ножницами жгут и взял из стопки пять книг. – Уже иду.

Он уселся на пустой стул и раздал девушкам по экземпляру. Все за столом задержали дыхание.

– «Моя чужая тень», – проговорила Кристина и провела кончиками пальцев по обложке, где лучезарно улыбалась юная балерина, за плечами которой притаилась белоглазая тень.

– Сначала пьем чай, – безапелляционно заявил Волшебник, и девушки как по команде отложили книги. – Зря, что ли, Лилечка столько эклеров напекла?

– Ой не зря, – плотоядно потерла руки Соня и первая потянулась к башне из пирожных.

– С вами весело, дорогие мои, но пора бы и делом заняться. Через час придут юные покупатели и разрушат магазин до основания, если не увидят на прилавке долгожданной новинки, – Волшебник поднялся из-за стола, Лиля следом за ним соскочила со стула. – Нет-нет, мне помощь не нужна, – он настойчиво усадил ее обратно. – Я не такой уж дряхлый, отнести посуду в каморку точно смогу. А уж книги тем более расставлю на стеллажах самостоятельно – это таинство, которое я не доверю даже тебе, Лилечка.

Он расторопно составил чашки