Ужас Рокдейла - Иван Борисович Кустовинов

могилой Уотса: если мы имеем дело с его почитателем, то, вполне вероятно, он может там появиться. И да, напомни Раковски, что его отчет должен быть сегодня вечером у меня на столе. Криминалистов это тоже, кстати, касается, пусть не затягивают.

— Окей, Дик, обязательно все передам, если, конечно, меня тут не затопчут эти ненормальные.

Лэнс попрощался с Ричардом и стал протискиваться к машине сквозь стремительно растущую толпу, попутно отмахиваясь от сыпавшихся отовсюду вопросов о случившемся. Достигнув наконец цели, он выехал в направлении церкви Святого Матфея.

В Рокдейле была только одна католическая церковь, и находилась она за городом, примерно в часе езды от места происшествия.

По дороге Дик пытался вспомнить, как выглядит это место. В последний раз он посещал церковь, будучи еще мальчишкой: мать водила его туда по воскресеньям.

Насколько он помнил, церковь представляла собой небольшое старинное неоготическое здание с покосившимся шпилем; рядом был небольшой заросший садик, в котором он после мессы с местными детьми играл в прятки. Церковью тогда управлял отец Кларк. Старик был невероятно добрым и всегда угощал их чудесными леденцами на палочке, если во время мессы они вели себя тихо и не болтали ногами, сидя на скамейках. Хотя, пожалуй, этого и не требовалось: священник обладал пусть и негромким, но в то же время таким глубоко проникновенным голосом, что помешать его речи не осмелился бы даже самый несносный мальчишка-хулиган в Рокдейле.

— Да, это было прекрасное время, — окунувшись в приятные воспоминания, вслух вымолвил Дик.

Но этому чудесному погружению в детство быстро пришел конец. На смену ему явились совсем другие воспоминания, куда менее желанные, и Лэнсом быстро овладели тягостные думы.

А ведь все могло быть иначе, если бы мать не сбил тогда этот пьяный отморозок! Наверное, именно после этого он и решил для себя, что станет полицейским: видимо, думал, что сможет помешать ненормальным ублюдкам забирать людские жизни и рушить чужие семьи. Но его ждало глубокое разочарование: Билл Уотс успел убить тридцать шесть человек, а скольким еще людям он принес этим горя и страданий, наверное, и сосчитать нельзя. Да уж, не больно-то ты, Дик, преуспел в своей миссии!.. Теперь еще этот случай с Алисой Уолш, и пусть пока ничто не указывает на убийство, но он не должен допустить появления нового маньяка в городе, новых жертв и новых разрушенных семей. Нет, лучше бы все-таки мать тогда не стала потакать его капризам и не побежала в магазин за мороженым! Тогда бы она не погибла под колесами автомобиля, а он наверняка, как и все, пошел бы учиться в колледж, а потом уехал жить в какой-нибудь мегаполис и обо всем тут случившемся узнал бы только из газет или телевизора, никогда не увидел бы всех этих изуродованных жертв, но самое главное, этого ужасного, искореженного неистовой злобой лица и выпученных диких глаз, в которых, казалось, плясало пламя самого ада.

Так, переходя от одного воспоминания к другому и размышляя о превратностях судьбы, детектив Лэнс не заметил, как подъехал к церкви Святого Матфея.

Невероятно, но здесь ничего не поменялось с тех самых пор, как он был здесь в последний раз, еще в детстве. Все то же старое здание с покосившимся шпилем и все тот же заросший садик. На месте и эти сказочные витражные окна. Ах как страстно он любил рассматривать красочные изображения Христа, Девы Марии и двенадцати апостолов! Ему не терпелось попасть внутрь, чтобы вновь увидеть их во всем сиянии…

Взгляд его перенесся на крышу, и он увидел зиявшую в ней небольшую прореху. Неужели это та самая? Да нет, не может быть, чтобы ее до сих пор не заделали. И все-таки это и впрямь та самая: слишком уж хорошо Дик помнил, как однажды Джонни Диксон в нее провалился, взобравшись на самый верх, чтобы удивить малышку Молли Ходж. Хорошо еще, что парень остался жив, зацепившись штаниной за доску и повиснув вверх ногами. Ох и влетело же ему тогда потом от мамаши! Однако задумку свою он все же осуществил: удивил не только ту девчонку, но и полгорода — особенно тем, что его штаны оказались такими крепкими и продержались ровно до тех самых пор, пока его спустя почти час оттуда не сняли.

Детские воспоминания, казалось, снова ожили, и он опять очутился в прошлом. Ему так и чудилось, что сейчас к нему подбежит кто-нибудь из его приятелей и позовет сыграть хотя бы разок в догонялки или прятки, пока еще не началась служба. А потом из церкви выйдет мама и скажет, что хватит носиться здесь сломя голову, пришло время поблагодарить Бога за то, что он, Дик, не свернул еще себе шею и даже ни разу ничего себе не сломал. И он наперегонки с друзьями побежит внутрь — главным образом затем, чтобы скорее получить от отца Кларка эти чудесные леденцы.

Детектива Лэнса потянуло сейчас же броситься к доброму священнику за сладостями, но тут он вспомнил, что настоятелем был уже не отец Кларк — тот давно уже умер, — а некий отец Тадеуш.

«Интересно, что это за человек?» — подумал Дик Лэнс, после чего вышел из машины и не спеша направился в церковь.

Воспоминания окончательно покинули его, и он вернулся в суровую действительность, где нужно было расследовать смерть Алисы Уолш.

Как только детектив переступил порог церкви, навстречу ему из глубины зала бросился невысокий, слегка полноватый человек лет пятидесяти с залысиной на макушке, который, с трудом выговаривая на ходу слова, кричал:

— Молодой челове-е-ек! Молодой челове-е-ек! Сюда нельзя в таком виде!

Наконец, изрядно запыхавшись, он приблизился к детективу.

— Ох, молодой человек, ну что же вы, в самом деле, в таком виде… Это же церковь, а не пляж где-нибудь на Гавайях! Прошу вас, выйдите отсюда. Если хотите пофотографировать, можете сделать это снаружи, а внутрь я вас, будьте уверены, не пущу до тех пор, пока вы не переоденетесь во что-нибудь более подобающее для посещения церкви!

— Прошу прощения за вторжение в таком виде, святой отец, но я из полиции, и мне нужно срочно с вами переговорить.

— О! Из полиции? Что-то случилось?

— Боюсь, что да. Вы ведь были знакомы с Алисой Уолш?

— Да. С ней что-то произошло?

— Сегодня в полдень она была найдена мертвой у себя в ванной.

— О нет! Боже мой, это все-таки случилось!

— Вам что-то известно? Вы знали, что это случится?

— Ну, я догадывался кое о чем, но давайте все же сначала выйдем на