Кэтрин Ховелл - Безумие

Крис дрожал. Из носа прямо на рубашку беспрерывно капала кровь.

– Я же тебе обещал, что я никогда не расскажу о Хоткемпе. Почему ты мне не веришь?

– Я тебе верю, – ответил Ригби. – Это сделал не я.

– Ты или твои дружки из банды. Какая разница!

Банды? Элла подобралась поближе.

– Я ничего не слышал об этом раньше, – сказал Ригби.

– Я это сделаю, чего бы это ни стоило! – кричал Крис, бледнея и теряя самообладание. – Ты хочешь моей смерти, чтобы я точно никогда никому ничего не рассказал? Хорошо, я мертв.

– Не так быстро.

Крис всхлипнул, видимо, заметив Эллу на дорожке.

– Кто там? – нервно взвизгнул Ригби и прикрыл глаза от света фонаря на крыльце.

Элла вышла на дорожку.

– Опусти пистолет, Крис.

– Это не преступление – убить себя.

– Я знаю, но если здесь, на подъездной дорожке появятся наши ребята, – а я полагаю, это случится с минута на минуту, – = вы не сильно их напугаете, размахивая своим пистолетом.

Крис положил пистолет возле себя. Элла медленно подошла к нему, вытянув левую руку, а правую руку держа на кобуре.

– Дай его мне.

Дрожащей рукой Крис вложил Элле пистолет в ладонь. Это был его служебный «глок». Элла проверила был ли пистолет заряжен, пока Ригби разговаривал со своей женой.

– Она никому не звонила, – сообщил он.

Крис снова присел на крыльцо и обхватил голову руками. Сунув «глок» под мышку и сложив руки на груди. Элла осмотрела обоих мужчин сверху донизу.

– Может, расскажете, о чем вы говорили?

Ригби прихлопнул комара. Крис фыркнул, издав клокочущий звук.

– Я слышала, вы ссорились из-за Хоткемпа и банды И о том, что вы, Крис, больше никому ничего не расскажете. Так объясните, что к чему.

Крис заговорил тихо-тихо:

– Я пришел сюда, потому что был расстроен, Дин успокаивал меня.

Ригби кивнул, подтверждая его слова.

Элла сделала шаг вперед.

– Я слышала, о чем вы говорили.

– Вы, должно быть, неправильно поняли, – возразил Крис.

– Я слышала, вы говорили о Хоткемпе.

– Я рассказывал Дину, как я расстроен. Сказал, что мне хочется застрелиться.

– Я пытался его успокоить, – вставил Ригби.

– Вы – парочка болванов, – возмутилась Элла. – Я пытаюсь найти вашего сына, Крис. Но как, скажите, я могу это сделать, если вы постоянно мне врете?

И Крис, и Дин молчали.

– Кто послал цветы Хоткемпу с запиской?

Молчание.

Элла подошла к ним еще ближе.

– Рано или поздно я все равно узнаю, что происходит. Лучше расскажите мне сейчас.

После длинной паузы Крис посмотрел на Ригби.

– Ты не мог бы вызвать мне такси? Я еду домой.

– Конечно.

Ригби повернулся, чтобы войти в дом, но Элла сказала:

– Я отвезу вас домой.

Крис, немного помолчав, согласился:

– Хорошо. Спасибо.

Он поднялся и медленно пошел от дома, на ходу доставая носовой платок из кармана. Элла посмотрела на Ригби тяжелым долгим взглядом и последовала за Крисом.

В машине она обнаружила, что молочный коктейль перевернулся и залил все переднее сиденье. Крис сел сзади и прислонил голову к окну, закрыв глаза и прижимая носовой платок к носу. Элла положила его «шок» в отделение для перчаток, настроила зеркало заднего вида так, чтобы видеть Криса, и завела машину.

Они проехали пару километров, и Крис заговорил первым:

– Я знаю, что вы собираетесь сказать: «Теперь, когда мы далеко от него, почему бы вам не рассказать, что происходит?»

– Что-то в этом роде.

Молча они проехали еще несколько километров. Крис сложил носовой платок.

– Мама говорит, что я должен вернуться в больницу. У меня не прекращается кровотечение.

– Возможно, она права. Почему вы так не делаете?

– Из-за Лачлана.

– Что вы можете делать за пределами больницы? Я имею в виду, почему бы вам не помочь Софи.

– Софи… – Крис приоткрыл окно, и в машину ворвался шум дорожного движения. – Ее нет, она занимается своими делами.

– Ездит по округе?

Крис утвердительно кивнул головой.

– Вы не захотели к ней присоединиться?

– Она считает меня виновным в случившемся. Она права, но поиск на улицах не поможет вернуть его.

Элла посмотрела на Криса в зеркало заднего вида.

– А что поможет? – Крис закрыл глаза, чтобы не отвечать. – Хорошо, тогда скажу я. Вы думаете, что вы знаете, у кого находится Лачлан и почему, но не можете рассказать мне об этом, потому… потому что вы думаете что это помешает вам найти его. – Крис ничего не ответил. – Может быть, Ригби прикрывает вас, потому что вы с ним друзья. Нет, это не так. Вы же сами сказали: «Не надо вести себя так, как будто ты все еще мой друг». Итак если он не желает защищать вас, может, его скрытность вызвана боязнью потерять что-то. Может, ему или его семье угрожают? Или это риск испортить себе карьеру? – Не последовало никакого ответа. – Думаю, все это как-то связано с Хоткемпом, – продолжала Элла. – Что-то случилось во время этого нападения, не так ли?

– Вы можете делать любые предположения, – буркнул Крис. – Мне нечего вам сказать.

– Вы догадывались, что следует ждать неприятностей? Поэтому взяли домой пистолет? Вы хотели подготовиться?

– Вам не приходило в голову, что если бы все было так, как вы говорите, я держал бы пистолет наготове и воспользовался бы им, когда тот парень постучал в мою дверь? – сказал Крис. – Я взял пистолет домой случайно. Так иногда бывает.

Машина проехала через весь пригород Райд и въехала в Глэдсвил. Повернув на Истон-стрит, Элла спросила:

– А почему вы так уверены, что Хоткемп тоже будет молчать? К букету цветов была приколота записка со смертельной угрозой.

– Бывают вещи страшнее смерти.

Крис открыл дверь, чтобы выйти из машины, но Элла наклонилась и схватила его за руку.

– Что это значит?

– Именно то, что я сказал.

Крис высвободил руку и ушел.

Элла наблюдала за ним, пока он не скрылся в доме. Дом был погружен во мрак, и Крис не зажигал света. Зазвонил мобильный телефон, и она посмотрела на экран. Дэннис. Она переключила телефон на голосовую почту. Ей нужно было съездить в Виниярд и положить пистолет Криса в сейф полицейского участка. К тому же ей хотелось немного подумать за рулем автомобиля, а не разговаривать по телефону.

19:30

Софи припарковалась на Максвел-роуд в пригороде Глиб и бродила в темноте по Дубели-парк. Было довольно холодно, и она застегнула куртку. Последний час она провела в бесцельных разъездах по городу, борясь с собой, чтобы не ехать в то место, которое притягивало ее как магнит. Софи ничуть не удивилась, когда поняла, что заблудилась.

На набережной Розель она долго смотрела, как черные волны набегали на каменный парапет, затем пошла вдоль берега в сторону освещенного тысячами огней города. В парке Папы Римского Павла VI Софи остановилась под кроной фигового дерева – отсюда хорошо просматривался ярко освещенный дом Сойера. Она увидела ходивших по дому людей и сжала кулаки, не вынимая рук из карманов; Все ее тело было напряжено от гнева.

Когда приступ гнева немного ослабел, она глубоко вздохнула и, достав из кармана мобильный телефон, набрала номер. Ангус ответил на звонок почти сразу.

– Мне кажется, у него в доме вечеринка, – сказала Софи.

– У Сойера?

– Конечно, у Сойера.

– Где ты?

– В парке.

Софи бил озноб. Немного помолчав, Ангус спросил:

– Знаешь кафе на Джордж-стрит? В стиле арт-деко со старинными картинами в витрине? Возле…

– Я знаю, где это.

– Поезжай туда и жди меня.

– Хорошо.

– Я буду в течение часа. Никуда не уходи. Просто жди…

– Хорошо, – повторила Софи.

Она положила телефон обратно в карман и подумала, что неплохо бы поговорить с Ангусом. Ведь если сейчас не выплеснуть этот гнев, она за себя не отвечает.

20:12

Элла припарковалась неподалеку от многоквартирного дома Хоткёмпа и прослушала сообщение от Дэнниса на голосовой почте своего мобильного.

– Сестра Сойера уговорила его позвонить мне по поводу фотографии, сделанной по записям охранного видеонаблюдения. Он говорит, что ничего не помнит, что не может узнать женщину, и продолжает заявлять, что не имеет ни малейшего представления, кто мог такое с ним сделать. Гм, ты отсутствовала на собрании сегодня во второй половине дня. Перезвони мне в любое время. Я хочу знать, жива ли ты.

Ничего удивительного в том, что Сойер ничего не помнил. Заявляет, что ничего не помнит.

Однако то, что Элла узнала о Хоткемпе, Ригби и Крисе, заставило ее пересмотреть свое мнение о докторе. Может, его действительно накачали наркотиками и похитили. Но зачем? И было ли совпадением то, что через день после смерти его жены и дочери был похищен Лачлан? Ведь при таких обстоятельствах смерть семьи выглядела как мотив преступления.

Элла вошла в подъезд, в котором жил Хоткемп, и стала подниматься по ступенькам. Дальнейшая разработка версии с Сойером могла оказаться напрасной тратой времени. Если здесь все пройдет как запланировано, Сойера можно будет оставить в покое.