Черный халифат - Ирина Владимировна Дегтярева

начинками. Я с тобой в кафе зайду, перекушу. У меня знакомая повариха… – Он смутился и добавил: – Бывшая одноклассница.

В вестибюле у лестницы стояла картонная стюардесса в голубом костюме с плакатиком в руках: «Добро пожаловать в гостиницу «Полет»». Рядом с ней на высоком маленьком столике была фигурка ханта, сидящего у костра спиной к юрте и помешивающего что-то в котелке большой ложкой.

Глядя на эту фигурку, Петр вспомнил, что Хасан ошибочно называл Ханты-Мансийск конечным пунктом пути Поляка, путая округ и город.

Кафе «Фреш» не вызвало у Горюнова того восторга, что испытывал любитель блинчиков Лаптев. Само название наводило на мысль, что еда тут может совсем и не фреш. Привыкший на Востоке остерегаться отравлений, он довольно щепетильно относился к тому, что отправляет в рот.

Пока Лаптев уминал блинчики, Петр выбрал горячий борщ, показавшийся ему наименее опасным и достаточно горячим, чтобы согреться. Перед этим они с Лаптевым выпили водки.

– У вас тут всегда такая холодина?

– Бывает и прохладнее, – хохотнул Лаптев. – А ты, видать, привык к более теплому климату? – Он явно намекал на загар собеседника. – Завидую черной завистью. Где-то тепло, солнышко…

– Да, там, где я был, жарковато, – ничуть не рисуясь, покачал головой Петр и поймал на себе серьезный взгляд оторвавшегося от блинчиков Лаптева. Тот ждал продолжения, но, поняв, что «концерт окончен», вернулся к трапезе.

– А что по этой мечети? – он сменил тему. – У нас не было никаких тревожных сигналов оттуда. Что там, ваххабиты окопались?

– Я наверняка знаю о двоих. И трое из этой же банды в Турции отсиживаются. То ли приедут в нужный момент, то ли поддерживают морально оттуда. – Петр достал сигареты, но, заметив табличку у двери, что здесь не курят, спрятал пачку. – Ваша задача их задержать, желательно с поличным. Полагаю, взрывное устройство у них уже есть. Меня прислали к ним для идеологической и моральной поддержки. Чтобы не запаниковали перед акцией.

– Меня больше волнует, как обеспечить вашу безопасность.

– Что это вдруг ты на официальный тон перешел? Что удалось узнать об этих двоих?

– Кое-что, – скромно ответил Лаптев. – Ризван и Абдулла – дагестанцы. Живут в Нижневартовске. Снимают квартиру. Ни в чем подозрительном не замешаны. Местных аккуратно порасспрашивали. Отзываются о них неплохо.

– Но явку мне назначили в Пыть-Яхе. Не хотели светить преждевременно квартиру в Нижневартовске? Не доверяют? Думают, что приду не один? Наверняка взрывчатку и оружие держат в Нижневартовске.

– Может, задержим их, и дело с концом?

– А если ничего не обнаружите? Подозрения к делу не пришьешь.

– Последим за ними. Зачем тебе соваться, рисковать? Что им в голову придет, никто не ведает. Народец-то они одержимый!

– Лучше знать наверняка их замыслы. Места хранения взрывчатки и оружия надо попытаться разведать. Возможно, удастся выявить еще и местных членов бандгруппы, если таковые имеются.

– Мы будем контролировать встречу. Прослушку устанавливать не станем, а вот через мобильный телефон…

Петр подумал, что ситуация повторяется, как в Кирове, но он ошибался…

Гостиничный номер, оформленный в голубых с золотом тонах и синий ковролин в желтых точках раздражали своей синевой. Горюнов долго ворочался на жесткой кровати.

Из головы не шел телефонный разговор с Зарифой. На что она намекала? Петра никогда еще не обманывала интуиция, и от Аббаса не исходила опасность. Да, курд действовал в первую очередь в своих интересах и в интересах своего руководства, однако на этом этапе интересы их сосредоточились на взаимодействии с Россией и с ее спецслужбами – консультации, использование разведданных в борьбе с террористами и за будущую территорию Курдистана (надежда на получение этой территории). И поведение Аббаса выглядело логичным и последовательным.

В конце концов, неужели это месть отвергнутой Аббасом женщины? Не похоже на хитрую Зару. С кем-то она в сговоре. С ИГИЛ? С MIT?

Мысль о том, что она работает на митовцев или, чего доброго, служит там, подняла Горюнова с постели. Он встал у окна и закурил. В чем логика турок, если Зара их сотрудница? Прислали ее с Мансуром в Москву… Разузнать о Горюнове побольше, задержаться в России и попытаться контролировать его, вызвать на откровенный разговор? Ведь она курдянка, а стало быть, должна ненавидеть турок и спецслужбы Турции особенно. Хитро. На этом она могла попытаться и сыграть, разведать истинные намерения Петра, ведет ли он двойную игру, водит ли турок за нос.

«Так-так, – подбодрил себя Горюнов. Ему показался логичным такой ход мыслей. – Поэтому она стремится разрушить мои договоренности с Аббасом, наверняка подслушивала под дверью, когда мы с ним обсуждали наши планы. А еще вероятнее, установила «жучки», если профессиональная разведчица. Очевидно одно – она не та, за кого себя выдает».

Он припомнил, как она его уговаривала взять ее с собой к Аббасу, хотела держать руку на пульсе, как она переглядывалась многозначительно с Галибом. Она же, скорее всего, известила турецких контрразведчиков о существовании Мансура.

«Но зачем они тогда дублировали работу Галиба Зарифой? Ведь оба приближенные Аббаса».

Многое оставалось неясным. Когда ее завербовали? На чем-то подловили и шантажировали или она добровольно согласилась? Насколько она опасна, находясь сейчас дома у Горюнова? И жив ли бедолага Ильяс?

Едва дождавшись утра, Петр позвонил Александрову и высказал свои соображения относительно Зарифы. В ответ было задумчивое молчание, затем Евгений Иванович выдал решение:

– За ней мы приглядим. Не волнуйся. Не думаю, что она каким-то образом собирается навредить твоей жене или сыну. Иначе она уже бы это сделала. В любом случае, надо дождаться твоего возвращения и понять, на что она намекала. Ситуация прояснится, и тогда решим, что предпринять. Чтобы арестовать ее, у нас сейчас точно нет оснований. Границу она пересекла с паспортом, не вызывающим подозрений. Ничего запрещенного наверняка не провозила. А вот ваш разговор может стать отчасти основанием. Но и тогда, если она коллега Галиба, нам надо беречь ее как хрустальную вазу. Что там у тебя? Голос какой-то подавленный.

– Задумчивый, – поправил генерала Петр. – Меня беспокоит ситуация с Зарой. В Мирном все обошлось. Сегодня выезжаю на место в Пыть-Ях.

– Я думаю, не стоит тебе задерживаться в связи с новыми обстоятельствами, которые ты мне изложил. Там местные ребята пусть работают. Приедешь, обозначишь свое присутствие и уноси ноги. Главное, формально выполнить задание, чтобы потом отчитаться и завоевать авторитет. Ты меня понял? – Он спросил таким тоном, что стало понятно – генерал не верит в готовность Горюнова исполнять его указания.

– Ветры дуют не так, как хотят корабли, – пространно ответил Петр.

– Слушай, твои поговорки доведут меня до белого каления. Восточный мудрец! Мне