Человек, который хотел понять все - Бенилов Евгений

без движения, раздувая тонкие ноздри. Потом резко распрямилась и повернулась к Горилле.

– Виктор.

Охранник отделился от стены.

– Начинай, – она указала рукой на Таню.

Горилла грузно повернулся, взял поднос с использованными хирургическими инструментами и с грохотом свалил его в умывальник. Потом вытащил из шкафа поднос с новым комплектом и аккуратно перенес на стол. Подключив к розетке паяльник, он повернулся к Тане, бережно поправил неуклюжими пальцами ее волосы, поколебался немного и выбрал один из инструментов.

Таня придушенно вскрикнула и отшатнулась: Горилла подносил к ее лицу тонкий, на вид очень острый хирургический скальпель.

Франц повернулся к Женщине – та смотрела, не отрываясь, на Таню. Лицо Следователя искажала то ли улыбка, то ли гримаса; она тяжело дышала, впитывая происходившее. И вдруг, с неслышным никому, кроме самого Франца, фотоаппаратным клацаньем прямоугольник его взгляда сфокусировался на широком ремне, охватывавшем талию Женщины. Потом – с новым щелчком – кадр сузился до висевшей на ремне кобуры, и наконец – щелк! – крупным планом на рукоятке пистолета.

Нет, не получится – слишком просто. Как в приключенческом фильме.

Господи, решайся же наконец!

Несколько тысячных долей секунды Франц готовился к тому, что сделает, – а потом, выбросив вперед руку, выхватил пистолет из кобуры. Женщина схватилась рукой за пояс и повернулась, но было поздно: Франц сдвинул предохранитель, вздернул затвор, поднял пистолет на уровень глаз и спустил курок.

Грохнул выстрел – в черном мундире на спине Гориллы образовалась дырка. Сунувшись вперед, охранник чуть было не повалился на Таню... затем повернулся и шагнул к Францу.

Тот вскочил с табуретки и выстрелил еще раз.

Пуля ударила Гориллу точно посередине груди и отбросила назад – несколько мгновений охранник топтался на месте, потом выронил скальпель и с тяжелым ударом рухнул на цементный пол. Глаза его остались открыты и выражения не изменили – то есть выглядели, как две стертые серебряные монеты.

Все действительно оказалось просто.

Франц повернулся к Женщине: по мере того, как та пятилась назад, краска исчезала с ее лица.

– На пол, лицом вниз, – приказал он, и Женщина без колебаний подчинилась.

На мгновение Франц задержался, ошарашено разглядывая распростертую ничком фигуру в черном комбинезоне; ситуация изменилась фантастически быстро, и продуманного плана действий у него не было. (Громоподобные удары сердца сотрясали его грудную клетку и гулко резонировали в висках. В ногах появилась пьянящая легкость, сила тяжести, казалось, уменьшилась в шесть раз – будто он перенесся с Земли на Луну. Слабость, озноб и боль, чувствованные Францем десять секунд назад, исчезли без следа.)

Он бросился к Тане, отстегнул лямки и освободил ее из кресла.

– Нужно забрать у них ключи.

Он подтолкнул ее по направлению к лежавшей на полу Женщине, а сам, склонившись над мертвым Гориллой, стал торопливо расстегивать медный карабин, крепивший ключи к поясу охранника... как вдруг Горилла, перехватив его за руку, притянул к себе. Очевидно, он был лишь ранен!

Выронив от неожиданности пистолет, Франц упал сначала на колени, а потом на бок – рука Гориллы вцепилась ему в шею и стала отгибать голову назад. «Таня... пистолет!» – захрипел Франц сквозь хруст своих шейных позвонков. Он уперся ногами охраннику в живот и медленно, напрягая все силы, отпихнул его – перемазанные в крови, они медленно возились на цементном полу. Привстав на локте, Горилла навалился сверху – Франц вцепился обеими руками в его кисть на своей шее... А потом что-то мелькнуло над левым плечом охранника – тот странно хрюкнул, разжал руки и уронил голову, ударив лбом Франца в лицо.

Утирая разбитую губу, тот выкарабкался из-под трупа и поднялся на ноги.

Из шеи охранника, всаженный по рукоятку, торчал скальпель... Таня стояла над мертвецом, прижимая трясущиеся руки к груди и всхлипывая. Франц обнял ее; она прильнула к его груди и на несколько секунд замерла. Потом резко отстранилась.

– Где... эта? – неожиданно жестко спросила она, оглядываясь.

Женщина исчезла – входная дверь была приоткрыта.

– ...! – выругался Франц. – Скорее!

Подобрав пистолет, он бросился из комнаты, Таня за ним. Они пробежали пятьдесят метров по коридору, завернули за угол и увидели Женщину: та была на полпути ко входу в подъемник.

– Стой! – крикнул Франц на бегу. – Буду стрелять!

Женщина не остановилась.

Добежав до входа, она выхватила магнитную карточку и всадила в прорезь – Франц и Таня находились в этот момент метрах в пятидесяти от нее и бежали изо всех сил.

Пол и потолок коридора то сближались друг с другом, то разделялись опять, стены качались... Каждая клеточка истерзанного тела Франца разрывалась на части, однако безудержно колотившееся сердце гнало его вперед.

Кабина пришла, когда он находился метрах в трех от подъемника. Женщина прыгнула внутрь, но было поздно: Франц задержал руками закрывавшиеся двери и, пропустив Таню, протиснулся сам. Створки захлопнулись, кабина дернулась вверх.

Забившись в угол и тяжело дыша, Женщина молча смотрела на них. Таня слепо шагнула к ней, но Франц перехватил ее за руку.

– На какой этаж идет кабина? – выдохнул он.

– На 64-й, – в глазах Женщины полоскался страх.

– Где находится вход в Лифт?

– В какой лифт?

– Не прикидывайтесь идиоткой! – сказал Франц, задыхаясь. – В Лифт на Третий Ярус.

– На 32-м этаже в административном отделении... – Женщина захлебнулась словами. – Вам туда не пройти.

– Попытаемся – с вашей помощью, – он злобно усмехнулся. – Идите сюда.

Толкнув ее лицом к дверям, Франц встал позади и схватил левой рукой за плечо (вьющиеся волосы Женщины пощекотали ему подбородок).

– Если будете плохо себя вести... – он ткнул дулом пистолета ей в бок (она всхлипнула), затем повернулся к Тане, – Когда выйдем из подъемника, держись за моей спиной.

Таня молча кивнула. Несколько секунд они ехали в тишине, наконец кабина затормозила. За мгновение до остановки Франц обернулся – Таня улыбнулась и коснулась рукой его щеки.

Двери медленно растворились; на площадке перед выходом из подъемника стоял охранник в белом мундире. Увидев их, он вытаращил глаза и поднес к губам рацию.

– Трево... – заорал он, и тут же осекся, заметив направленный на него пистолет.

– Руки за голову, – приказал Франц. – Брось рацию на пол и иди впереди нас. Побежишь – пристрелю на месте.

Подгоняя охранника тычками в спину, он быстрым шагом пошел по коридору к подъемнику, идущему на верхние этажи.

– Вызовите кабину.

Трясущейся