Осколки разума - Сергей Владимирович Аникин

кабинет, вела лестница, Ваня поднялся по ней и зашёл в кабинет. Кабинет был маленьким: стол, несколько стульев, мягкий уголок. На стене плазменный телевизор, и в левой части — барная стойка. За столом сидел Владимир Сергеевич Субботин.

— Здорова, — вскочив с места и протягивая руку Ивану, поприветствовал он.

Тот молча пожал его руку и присел за стол напротив него. На улице в это время блондинка увидела пожарную лестницу на соседнем здании с частично обвалившейся крышей, требующем ремонта. Она присела на корточки, расстегнула молнии на своих зимних сапогах, сняв их, взяла в руки и полезла по пожарной лестнице на крышу. Забравшись на крышу, она принялась наблюдать за Иваном и Владимиром.

— Могу предложить водку, коньяк?

— Нет, спасибо, я за рулём.

— Стал правильным? — удивился Владимир. — Раньше тебя это не останавливало, пьяным ездил и в ус не дул.

— Сейчас всё иначе, — тяжело вздохнув, произнёс Иван.

Владимир подошёл к барной стойке, вскрыл бутылку коньяка «Ной», плеснул себе в стакан и залпом выпил.

— Мы изобрели новую пилюлю, — начал Владимир. — Хочу её испробовать.

Подойдя и присев напротив Ивана, он взглянул в его глаза. Иван отвёл взгляд.

— Курить можно? — спросил он.

— Кури на здоровье, — пододвинув к нему стеклянную пепельницу, предложил Владимир.

Иван достал из кармана сигареты, вставил одну в рот, щёлкнул зажигалкой и затянулся, выпуская дым в сторону окна.

— Когда всё это кончится? — тяжело процедил он.

— Что кончится? — осведомился Владимир.

— Весь этот мнимый дурдом, пичкаем душевнобольных медикаментами и в итоге получаем побочные эффекты, хочется всё бросить и честно начать жить.

— У тебя рыльце в пушку, а ты о честности заговорил! — засмеялся Владимир. — Ты получаешь свои бабки, причём хорошие бабки. Кто-то умер из пациентов? Да всем плевать на этих психов, подумай о себе.

— Да что о себе думать, я всегда считал, что честность — это главная политика в жизни, а лжецы и ворьё преуспевают, — затянувшись и выпуская ноздрями дым, заявил Иван. — Лжецы, которые наживаются на чужих горбах и постоянно лгут, в их душе не осталось места ни для чего. Они врут даже самим себе, а ворьё, которое наворовало и сейчас, в нашем веке, фирмы открыло, живёт, в ус не дует.

— Да на свою честность ты даже кота не прокормишь, — заявил Владимир. — А если воровать вагонами и вовремя делиться, то можно держаться на плаву ещё не один год. А насчёт вранья я тебе скажу: лгут все и практически всегда, если ты ищешь людей, которые будут говорить правду, это равносильно тому, что искать иголку в стоге сена.

— Ну а как живут люди, работая на работах и просто зарабатывая деньги? — затушив в пепельнице окурок от сигареты, осведомился Иван.

— Большая часть нашего населения выживает, живут от получки до получки, нигде платить не хотят, хотят просто нахапать побольше! — повысил голос Владимир. — Ты тоже так хочешь выживать?

Иван опустил взгляд в пол, затем снова поднял его.

— Я боюсь, нас скоро возьмут за жабры и притащат в судебную мясорубку, — выдавил он из себя.

— Ты рассуждаешь как наивный юноша, не переживай, у меня всё схвачено, ничего не будет.

Иван встал, отправился к барной стойке и плеснул в стакан себе коньяку, после залпом выпил его.

— Ну давай мне несколько таблеток, будем дальше их тестировать на пациентах, — выдохнул Иван.

— Ну наконец-то, разговор налаживается, — улыбнулся Владимир.

Он достал из кармана брюк три пилюли и протянул их Ивану.

— Вот, смотри, вот эта круглая, она частично состоит из наркотического средства, немного успокаивает.

Он положил её на стол.

— Вот эта имеет овальную форму, она моментально вырубает в сон, она немного с частицами хлороформа.

Он положил её рядом.

— И вот последняя, смотри, она в виде кубика. Это очень сильная таблетка, в малых дозах — отравление, в больших — летальный исход. — Положив её рядом, он продолжил: — Мне нужно, чтобы вы использовали этот кубик и прислали отчёт мне на почту, с частичным видео.

— Хорошо, будет сделано.

Вдруг в кармане Владимира завибрировал сотовый.

— Да, слушаю.

— Шеф, мы загрузили ему три коробки в автомобиль.

— Отлично.

Затем он дал отбой, в трубке послышались короткие гудки. Они встали и принялись пожимать друг другу руки. Вдруг Владимир увидел блондинку, и они встретились с ней взглядом.

— Это кто? — возмутился Владимир.

Иван развернулся и увидел, как она надевает сапоги и застёгивает замки.

— Я понятия не имею.

— Ваня, в цирке медведя на одноколёсном велосипеде учат ездить, а тут ты не мог проследить, чтобы не привести с собой хвост! — выкрикнул Владимир.

Затем он развернулся и приоткрыл дверь.

— Нас раскрыли.

Мгновенно конвейер остановился, двое мужчин вышли на улицу и встретились с блондинкой практически лоб в лоб.

— Ой, ребята, я новая секретарша, наверно, заблудилась. Где здесь уборная? — наивно промямлила она.

— Ты дуру не гони, — заявил один из них.

Первый сделал шаг и схватил её за руку, но после пожалел об этом. Она взмахнула ногой, точно профессиональная балерина, и носок угодил ему прямо в подбородок. Он упал на лопатки, его рот раскрылся, и вместе со сгустком крови вылетели три окровавленных передних зуба.

— Мои зубы! Она выбила их, — схватившись руками за подбородок, заорал он.

— Ах ты чёртова сука, — разозлился второй.

Он приблизился и схватил её сбоку за клок волос, но мгновенно получил в нос два удара подряд, он отпустил её волосы. Дальше последовал удар ногой с разворота — точно в кино с восточными единоборствами. Удар ногой пришёлся в скулу.

— Не трогай меня, — сказал третий.

Затем он развернулся и побежал в цех. Она побежала в сторону своего автомобиля.

Не прошло и минуты, как она уже сидела за рулём, запустила двигатель и вдавила газ в пол. Автомобиль взвизгнул и рванул с места, раскидывая снежные комки веером по сторонам.

— Нельзя, чтобы меня раскрыли, — ударив правой ладонью в рулевое колесо, воскликнула она.

Она тяжело дышала, на лбу у неё появился пот, она смахнула его рукой, по спине пробежал холодок. Вдруг её ослепил яркий свет фар легкового автомобиля, это был «Киа-Рио» цвета вороного крыла. Фары, точно огромные прожектора, светили прямо в её лобовое стекло. Она вдавила педаль тормоза. Автомобиль остановился с резким лязганьем тормозных колодок. Затем она выжала сцепление, включила первую передачу и рванула с места, затем — вторую, и разогнавшись — третью передачу. Стрелка спидометра зашкаливала за сто километров в час. Вооружённые до зубов и с автоматами на изготовке охранники на автомобиле не отставали от неё, дыша ей в затылок. Охранник, сидевший за рулём, нажал