Осколки разума - Сергей Владимирович Аникин

важными показателями монитор. По экрану ползла изгибистая линия-змея, повествующая, что пульс больной стабилен. Яркие лучи дневного света через окно ослепляли комнату сиянием и, падая на глаза пациентки, ослепляли её. Она приоткрыла глаза, придя в сознание. Перед её расплывчатым взором предстал подвесной потолок. Она посмотрела по сторонам, в палате никого не было, лишь только до её ушей доносились шаркающие шаги в коридоре. Она широко открыла рот и жадно вдохнула царивший в маленькой палате спёртый воздух. Затем, когда выдохнула, тупая боль кольнула булавкой её в затылке, где-то глубоко внутри черепной коробки. Тук-тук, тук-тук — её гулко колотящееся сердце стучало в груди о рёбра, толчки также отдавались в горле и ушных перепонках — точно стучали колёса скорого экспресса. Она закрыла глаза, затем снова их открыла, они болели, будто в капилляры, которые находились в сетчатке зрачка, что-то вкололи, и казалось, что от невыносимой дьявольской боли глазные яблоки вот-вот вылезут наружу. Она поморгала глазами и начала отчётливо видеть потолок. Вдруг он начал видоизменяться, его пересекали стального цвета линии, затем он начал покрываться серой тканью. Она повернула голову вправо и увидела, что и палата начала меняться. Женщина повернула голову влево и от удивления вытаращила глаза.

Её лицо стало бледным как полотно. Сердце застучало, как на праздники звонят медные колокола. Толчки и удары собственного сердца она слышала в ушных перепонках и горловом отсеке, где находился кадык. Она просто оцепенела от безумного, парализующего страха, вселившегося в неё. Затем её ухо укололо какое-то шипение откуда-то сверху — будто раскалённый до оранжевых угольков наконечник спицы впился в ухо. Она снова перевела взгляд на потолок и увидела, что перед ней огромная, в человеческий рост, и обмотанная в свинцовый кокон звериная тварь. Чудовище расправило крылья, и её взору явился настоящий демон. Его серо-свинцового окраса тело внушало ужас. Он стоял вверх ногами, крылья были распахнуты в разные стороны, а нижние лапы с когтистыми, как у орла, крючкообразными пальцами впивались в потолок. Морда этой твари была полностью голой, как отполированный бильярдный шар. Выпученные огненно-красные глаза сверкали враждебной ненавистью. Небольшая распахнутая пасть с акульими зубами усиливала картину ужаса. Зубы чем-то напоминали небольшие осколки разбитого стекла треугольной формы. Это чудовище просто смотрело и тяжело дышало с рычащим сопением — звук его дыхания был похож на стук клюва хищной птицы, выклёвывающей мозг из головы мертвеца.

— Нет! Отстань от меня! Оставь меня в покое! — Александра вскочила с койки, выдернула иглу из вены, бросив её.

Кровь из вены забила фонтаном и частично заляпала постель и монитор. Чудовище вытаращило глаза. Их цвет поменялся, точно тело хамелеона. Они из огненно-красных превратились в цвета замутнённого льда.

— Час пришёл, сейчас ты умрёшь, — зашипело чудовище.

Его хрип звучал как грубый бас из могильного склепа. Слюна над её нижней челюстью растянулась в нить и стала похожа на натянутую струну арфы. От слюны исходил пар — казалось, она состояла из кислоты. После чудовище взмахнуло крыльями и полетело прямо на пациентку, вернув её в палату. Женщина ухватилась за дверную ручку, но поскользнулась левой стопой, ноги её подкосились, и она упала на спину, перевернувшись мгновенно на живот и привстав на одно колено, она снова встретилась взглядом с чудовищем.

Оно сомкнуло крылья и присело, вцепившись когтями в изголовье койки.

— Я убью тебя! — закричала, срываясь на истерический крик, она.

Подбежала, схватила монитор и, взмахнув им над своей головой, точно дровосек собирается разрубить пенёк, обрушила на голову чудовищу. Оно взмахнуло крыльями, и монитор, ударившись о стену, упал на пол, разбившись вдребезги. Осколки стекла посыпались, как мелкая галька, по полу. Её нервы сдали, с бешено колотящимся сердцем, работающим на износ, как поршень у водяного насоса на максимальных оборотах, она помчалась прочь из палаты. На её лбу, щеках образовался горячий солёный пот, который каплями скатывался на пропотевшую шею, и несколько капель попали в глаза. Их начало щипать, точно попало мыло. В районе головы стучало, будто кто-то там орудовал молотком. Головные боли шли из затылочной части и заканчивались в районе висков. Она бежала по коридору и слышала сиплое дыхание этого монстра, летящего за ней. Она повернула голову и увидела, что монстр парит над ней, точно горный орёл над добычей. Она забежала в крыло психиатрической клиники, где дышала открытым ртом, потому что от спёртого воздуха и запаха медикаментов ей не хватало воздуха для дыхания носом. И вдруг она столкнулась лицом к лицу с Анастасией, задела её плечом. Та протянула свою руку и взяла за руку Александру.

— Что, дорогуша, далеко собралась? — растянув улыбку кота, который слопал канарейку, осведомилась она.

Сзади подскочили ещё два санитара и ухватили её под мышки.

— Вы не понимаете, он хочет меня сожрать живьём, этот чёртов демон, — кричала она, надрывая свои голосовые связки.

Её занесли в палату, и следом зашла медсестра Анастасия. Александру усадили на кровать, придерживая. Медсестра подошла к ней и взглянула на неё.

— Успокойся, никакого демона нет, у тебя помешан рассудок. Это очередная зрительная галлюцинация, — сообщила она.

Александра размахнулась и лбом ударила одного из санитаров прямо в нос, из носа пошла кровь, он ослабил хватку. Она вырвала руку и ударила второго кулаком по лицу. Затем она вырвалась, как ей на первый взгляд показалось, из их стальных тисков. Её взору снова явился демон, он завис в воздухе, размахивая крыльями и скаля зубы, обнажая своё могильное надгробие зубов в дьявольской улыбке.

Она пошла на таран, в этот момент демон перед её глазами исчез, как по взмаху волшебной палочки. И, сделав два шага назад, спиной распахнув настежь дверь, в больничный коридор вышла Анастасия и ударилась спиной о стену. Она скривила гримасу на лице от пронзившей её спину, точно фехтовальной шпагой, боли. От боли, которая дала о себе знать, она завернула руку за спину и привстала на одно колено, прислонив ладонь к копчику, из её больничного халата на пол вылетела зажигалка. Александра схватила её и, чиркнув колёсиком, выдала золотистую искру, зажёгся голубовато-жёлтый огонёк пламени.

— Пошла к чёрту, ты с демоном заодно, тебя нужно сжечь! — с выступившей слюной и в нервном возбуждении рявкнула она, как бульдог.

— Александра, остановитесь! — кричал Владимир Коноплёв.

Он бежал по длинному коридору, рядом с ним почти догонял его вприпрыжку Иван Кононенко. Она не обратила на них внимания и всё ещё была возбуждена, отдышка уже прошла. Демон сел на её плечо и вцепился острыми зубами в её щёку, прокусывая насквозь её плоть.

— А-ай! —