Пропавшие девушки - Лиза Реган

с ним столпотворение, и желудок Джози громко заурчал в ответ на запах пищи. Хоть бы только пяти долларов хватило на что-то приличное.

Кафетерий заполнялся мужчинами и женщинами в хирургических пижамах и усталыми посетителями, которые толпились тут и там, поэтому Джози заняла столик в глубине зала — удачное место, никто не подсядет, — и занялась своей жареной картошкой. К тому же рядом никто не шныряет. И есть розетка, чтобы зарядить телефон. В нескольких футах от нее находился телевизор, крутили новости штата. Звук был включен, но на таком расстоянии Джози ничего не слышала, поэтому просто читала бегущую строку внизу экрана:

ВЫРОСЛО КОЛИЧЕСТВО СМЕРТЕЙ ОТ ПЕРЕДОЗИРОВКИ ГЕРОИНА: НОВЫЙ РЕКОРД В ОКРУГЕ ЭЛКОТТ

АВАРИЯ С УЧАСТИЕМ ТРЕХ АВТОМОБИЛЕЙ В БОУЭРСВИЛЛЕ: НА МЕСТО ВЫЕХАЛ КОРОНЕР

В ОКРУГЕ КОЛУМБИЯ НАЧИНАЕТСЯ СТРОИТЕЛЬСТВО НОВОЙ ДОРОГИ

Вытерев пальцы от жира и соли, Джози взялась за телефон. Тридцать восемь процентов. Она в очередной раз позвонила Лизетте, но ее опять переключило на голосовую почту. В глубине души заворочалась тревога, и Джози оставила бабушке еще одно сообщение. Она при первой же возможности приедет в Роквью, но сегодня не получится. Затем она промотала историю звонков до номера Джинджер и нажала значок вызова. Джинджер взяла трубку на третьем звонке.

— Вы получили мое письмо? — спросила она, не тратя времени на условности.

— Получила, — сказала Джози. — Спасибо.

— Там есть все, что вам нужно?

Все, что ей нужно. А что ей нужно? Что она собирается делать с файлом Блэкуэлл? Конечно, теперь она знает, что похищение было настоящее, а не подстроенное самой Блэкуэлл, но это ничего не меняет. Знание о том, что Блэкуэлл говорила правду, ни на дюйм не приблизило Джози к тому, чтобы отыскать Изабель Коулман. Камень в виде стоящего человека — вот что надо отыскать, но даже и тогда неизвестно, облегчит ли это поиски Изабель. Но тут Джинджер никак не могла ей помочь, поэтому Джози просто сказала:

— Да, спасибо вам.

Джинджер произнесла:

— Я только еще одну вещь скажу. Помните, я вам сказала, что кое-что вспомнила?

На экране появился заголовок: «Горячие новости», а под ним — фото Люка. Фото было из его полицейского удостоверения, поэтому он смотрел сурово и строго, и челюсть казалась совсем квадратной в обрамлении ремешка широкополой шляпы. Славный малый, только напряженный. Сердце у Джози опять подпрыгнуло, и она торопливо промокнула жирной салфеткой не успевшие пролиться слезы. Фотография на экране сменилась нарезкой из коротких сюжетов — полиция обшаривала местность вокруг казарм, где жил Люк.

«Продолжаются поиски стрелка, который ранил полицейского», — гласил текст.

Не найдут они своего стрелка. Знать бы еще, каким образом люди, стоящие за похищением Джинджер Блэкуэлл, будут отваживать прессу. Несколькими годами ранее у казарм на северо-востоке Пенсильвании точно так же застрелили на парковке двоих парней из полиции штата. Об этом долго трубили по всей стране.

— Джози?

— Да, — спохватилась она, возвращаясь мыслями к Джинджер. — Я слушаю. Извините. Вы сказали, что хотите что-то мне рассказать?

— Мне кажется, что там была еще одна женщина, — сказала Джинджер. — В тот день, когда забрали меня.

— Что? Как? — воскликнула Джози громче и энергичней, чем хотела. Сидящие за соседними столиками повернулись и уставились на нее. Она криво улыбнулась в ответ и понизила голос: — Вы уверены?

— Кажется, да. После того как вы приехали, ночью мне приснился сон. Мой психотерапевт говорил, что воспоминания могут возвращаться в виде снов. Один такой сон повторялся уже много раз: я говорю с пожилой женщиной, а потом вокруг темнота. Но на этот раз во сне была еще одна женщина.

— Во сне? — уточнила Джози. — Вы не вспомнили, а вам приснилось?

— Да, во сне, но я это вспомнила. Тот разговор с пожилой женщиной был моим последним отчетливым воспоминанием перед похищением. Я думаю, что сон — продолжение того воспоминания. Может быть, я вспомнила потому, что поговорила с вами.

— Так. Та женщина во сне — она точно не была владелицей парикмахерской?

— Нет, это не она, я точно знаю. Это была совсем другая женщина.

— Значит, вы полагаете, что там было две женщины, — уточнила Джози. — Пожилая, после химиотерапии, которая вас остановила, и вторая, которая вам приснилась.

— Да, — ответила Джинджер, — две.

— Вы можете быть уверены в том, что эта женщина — не игра вашего сознания?

Молчание. Затем Джинджер тяжело вздохнула.

— Ну как я могу быть уверена? Это же сон. Но по-моему, воспоминание настоящее.

— Вам она когда-нибудь раньше снилась? Может быть, вы ее уже когда-то вспоминали?

— Нет. Простите. Вы мне не верите, да?

На снах и призрачных воспоминаниях расследование не построишь, подумала Джози, но говорить об этом собеседнице не стала. Вместо этого она попросила:

— Расскажите об этой второй женщине.

— Все очень смутно. Как в тумане. Во сне ей что-то около пятидесяти. Короткая стрижка. Волосы каштановые, но уже седеют. Я… я не могу разглядеть, во что она одета. Лицо… понимаете, мне трудно вспомнить точно. Но по-моему, она сказала, что ее зовут Рамона.

— Вы уверены?

Краткое молчание.

— Не до конца. Понимаете, после того как вы назвали это имя, Рамона, оно все время крутилось у меня в голове. Но понимаете, мне кажется, что это все-таки было ее настоящее имя, воспоминание было настоящее, и вот почему: во сне я сказала ей, что в жизни не знала ни одной женщины по имени Рамона. А потом я начала рассказывать ей про серию детских книг, которые читала, когда была маленькой. Мне эти книги очень нравились, а главную героиню в них звали как раз Рамона. Я помню, как говорила ей, что пыталась подсунуть эти книжки дочерям, но они не заинтересовались. Наверное, сегодня это все уже устарело. А она улыбалась и кивала, и я подумала, что ей, кажется, все равно, о чем я говорю. В этот момент все было так четко, совсем как по-настоящему.

По затылку Джози пробежал холодок. Прижимая телефон плечом к уху, она встала из-за стола, собрала все оставшееся после еды на поднос и отнесла поднос на место. По дороге к лифту она постаралась говорить тише. Дождавшись пустого лифта, она скользнула внутрь и нажала кнопку этажа реанимации.

— Но вы ведь сами сказали, что думали об этом имени с самого нашего разговора. И если потом вы услышали его во сне… может быть, это было самовнушение?

— Может быть, но я практически уверена в том, что это настоящее воспоминание. Там точно была женщина, и она назвалась Рамоной.

— Тогда,