Охота за наследством Роузвудов - Рид Маккензи

– Тут что-то не так, – замечает Калеб, прислонившись к крылу фургона. – В газете пишут, что в Роузтаун приехала куча людей, но мне кажется, большинство не относятся к поискам всерьез. Скорее, они просто туристы, которым любопытно посмотреть на весь этот ажиотаж, который устроила Дэйзи. И я сомневаюсь, что кто-то из них готов гоняться из-за этого за группой подростков вроде нас. Думаю, те типы, которые преследуют нас уже некоторое время, это те же люди, которые охотились за тобой минувшей ночью, Лили. Я уверен, что видел этот черный кроссовер вчера, когда мы выходили из музея.

В моей голове вдруг вспыхивает воспоминание.

– Погодите, я тоже его видела.

– А мне кажется, что я видел, как он проехал мимо, когда мы остановились на парковке оранжереи, – добавляет Лео. – Я помню, что тогда еще подумал – странно, что на нем нет номеров.

– Да, – кивает Куинн. – Я тоже помню.

Калеб делает резкий вдох.

– Думаю, они не любители. Это ребята, с которыми шутки плохи. Настоящие охотники за сокровищами. Похоже, они из тех, кто не останавливается ни перед ограблением могил, ни перед перестрелками, ни перед похищением произведений искусства, ни перед чем-либо вообще.

– Если люди, которые охотились за мной прошлой ночью, настоящие преступники, то все выглядит логично, – говорю я. – Скорее всего, они подумали, что подсказка, которую мы нашли в музее, ведет в оранжерею. Именно там мы остановились, прежде чем Лео повез меня в сторону дома дяди. Тогда они и разгромили ее в поисках сокровищ. А когда ничего не нашли, явились за мной.

– А откуда они могли узнать, где тебя искать? – спрашивает Куинн.

Я пожимаю плечами.

– Благодаря Дэйзи всем известно, что мне запрещено появляться в особняке. Дядя – единственный человек, который мог меня приютить. К тому же он сказал, что по пути в Бостон заедет в оранжерею. Может быть, они засекли его там и смекнули, что в доме никого не будет. Они даже могли увидеть, как Дэйзи уехала, и решили подождать, пока я засну. – По затылку бегут мурашки, когда я осознаю, что все это время кто-то следил за мной.

– А может, кто-то им об этом сказал, – предполагает Калеб. – Ведь твоя кузина не получила куска карты.

Хорошее замечание. Сначала я хотела броситься на ее защиту, но тут вспоминаю, как утром Кев сказал, что она занята – занята чем?

– Нет, не получила.

– Дэйз не стала бы этого делать, – возражает Лео и смотрит на Куинн: – Подтверди, что это так.

Она пожимает плечами.

– Не знаю. Она всегда была хитрой. Она мастерица все извращать и переворачивать в свою пользу.

Лео понимает, что она имеет в виду, и опускает глаза.

– Если она каким-то образом пронюхала, что мы получили подсказки, ведущие к спрятанному сокровищу, а она нет, вполне можно предположить, что она наняла профессионалов, чтобы они нашли его для нее, – говорю я.

– Не важно, она за этим стоит или нет. Эти громилы представляют серьезную проблему. Ведь теперь, вместо того чтобы охотиться за сокровищами, они начали охотиться на нас, – заключает Калеб.

Повисает напряженное молчание. Охота за сокровищем – это и само по себе нелегко. Но стать добычей, за которой охотятся другие? Наверняка бабушка не могла предвидеть, что дело примет такой оборот.

Куинн нарушает молчание первой:

– Ну и что нам теперь делать? Вернуться по домам, чтобы завтра они снова за нами проследили?

– Если я вернусь домой, то, возможно, не смогу выбраться на бал. Особенно если родители узнают, что сегодня я побывал в кулинарии да еще и сбежал из-под домашнего ареста, – говорит Лео. Затем многозначительно смотрит на Калеба: – Разве что…

– Ну нет, ни за что, – перебивает Калеб, предвосхитив его просьбу. – Я не пущу вас в мой дом. Я не могу подвергнуть такой опасности сестер и отца. Нет и нет.

– Я тоже не хочу возвращаться домой, – соглашаюсь я. – Дядя точно не отпустит меня на бал, когда увидит, что произошло с моей комнатой. Когда мы ехали в кулинарию, он написал эсэмэску, что уже возвращается из Бостона, так что времени совсем мало. Мы не можем вернуться домой, пока не найдем деньги и не закончим это дело.

– Если мы не вернемся домой, то откуда возьмем одежду для завтрашнего бала? – спрашивает Куинн.

Я вспоминаю великолепное платье из мягкого бархата, купленное в моем любимом секонд-хенде. До него примерно несколько часов езды, так что, скорее всего, когда мы доберемся туда, он уже будет закрыт. Но завтра мы сможем купить необходимое. К тому же, думаю, чем дальше мы уберемся от Роузтауна, тем лучше.

– Я знаю одно место, – говорю я.

– Тогда решено. – Лео хлопает по крылу изувеченного фургона и неторопливо подходит к водительской двери. Распахнув ее, он оборачивается и смотрит на нас с широкой улыбкой: – Теперь мы беглецы.

Глава 17

– Я думал, что это будет веселее, – говорит Лео, когда несколько часов спустя мы останавливаемся на пустынной автозаправке.

Топливный бак фургона почти пуст, и, судя по звукам, которые он издает, можно с уверенностью сказать, что он либо взорвется, либо заглохнет и умрет бесславной смертью. А поскольку завтра нам необходимо вернуться в Роузтаун, это точно не вариант.

– Неужели погоня по лесному проселку – это, по-твоему, недостаточно круто? – спрашивает Куинн.

– Схватка на световых мечах была бы эффектнее.

– Нам надо здесь заночевать, – говорю я, окидывая взглядом парковочные места для дальнобойщиков.

К автозаправке пристроен небольшой магазинчик сети 7-Eleven, и в его торце есть туалеты. Я смотрю на экран телефона и вижу шесть пропущенных звонков от дяди Арбора и три обеспокоенных сообщения, не говоря уже о сообщениях от Майлза, включая такие, как «Какого хрена ты тусуешься с Калебом из Криксона?» и «Еще более важный вопрос – какого хрена ты тусуешься с ЛЕО????» В животе разверзается пустота – от голода и тревоги. Мне надо ответить, но я даже не знаю, с чего начать.

– Мне нужен свежий воздух, – бормочет Калеб, отодвигая боковую дверь.

Он почти не разговаривал с тех пор, как несколько часов назад позвонил отцу, чтобы сообщить, что не будет ночевать дома, что его отец явно не воспринял на ура. Думаю, как и я, Калеб нечасто проводит ночи вдалеке от собственной кровати.

Он останавливается перед моим открытым окном.

– Э-э-э… а Майлз что-нибудь писал тебе, с тех пор как мы увидели его в кулинарии?

Я смотрю на сообщение Майлза и быстро блокирую телефон.

– Нет.

Калеб кивает и идет по траве прочь, обхватив себя руками.

– Может, мне стоит… – начинает Лео.

– Я поговорю с ним, – перебивает Куинн. – Я прекрасно понимаю его чувства.

Она явно целилась в больное место Лео. Куинн уходит, а у Лео дергается кадык, возможно, от стыда. Наступившее молчание кажется невыносимым.

– Я схожу в туалет, – говорю я, выходя из машины. Я иду по тускло освещенной парковке, наконец делая звонок, который откладывала уже несколько часов.

Я слушаю гудки, и каждая ужасная секунда тянется, словно тысяча. На меня обрушиваются мысли о том, как он заходит в дом и обнаруживает там разгром и засаду. Возможно, преследователи вернулись туда, чтобы дождаться меня, а в итоге наткнулись на дядю и убили его. А может быть, и Дэйзи, если она все-таки вернулась домой. Возможно, он звонил мне, потому что ему нужна была помощь и он хотел попросить меня о ней.

– Лили! Ты в порядке?

Его голос переполняет облегчение. Мой тоже.

– Да. Более или менее. Прости, что не позвонила тебе раньше. С тобой все нормально?

– Разумеется. С какой стати может быть иначе?

Огибая здание, я хмуро гляжу на наполовину перегоревшую вывеску, гласящую, что, купив один хот-дог, вы получите второй бесплатно.

– Ты дома?

– Да, уже несколько часов. И Дэйзи тоже, она в своей комнате.

Ну да, как же.

– Я беспокоился о тебе. Тебя не было дома, когда я вернулся.