Химия Ее Величества - Ирина Владимировна Дегтярева

Ермилова не оставляло ощущение, что истории с Кадровиком и с шотландцем как-то незримо соединены — и дело не только в связующем звене «Линли» — их, если так можно выразиться, «молочной мамке» (окармливал и того и другого, и кстати, примерно в один и тот же период времени). В любом случае понять это можно, лишь добравшись до Макгрегора.

Степан весь извелся, ожидаючи. «Все глазоньки проглядел», — увидев взволнованного атташе, Олег вспомнил фразу из древнерусской литературы, которую штудировали с Наташкой.

Однако, несмотря на волнение, Степан купил для полковника сэндвич с ветчиной и сыром и крокеты с телятиной — типичный местный перекус. Олег вдруг понял, что и в самом деле проголодался.

Вернувшись в Гаагу, он решил проявить инициативу, не ту, которая наказуема, а боевую, контрразведывательную. Он подрядил Степана отыскать в адресном справочнике координаты журналиста, писавшего о Макгрегоре и обещавшего продолжение журналистского расследования — Гирда Хаанка. И атташе нашел. По счастью, жил Гирд в Гааге.

Из местного кафе Ермилов позвонил ему, убедившись сперва, что никто не притащился за ним в кафе и не станет проверять, куда звонил «дипломат».

— Мистер Хаанк, я ваш коллега из болгарской газеты «Болгарский экспресс», — Олег имел уже опыт и несколько лет назад изображал журналиста, военкора. — У меня задание от редакции. Мы делаем любопытное исследование о фанатском движении. Собираем во многих европейских странах факты — положительные эпизоды и отрицательные. После Голландии я еду в Великобританию и так далее… Вы не могли бы со мной встретиться? Я читал вашу статью 94-го года и хотел бы просить у вас разрешения использовать некоторые материалы. Извините, забыл представиться: Димитар Бойчев — обозреватель.

— Мистер Бойчев, да я в принципе не против, только это уже давно было. И есть некоторые обстоятельства…

— Ну пожалуйста, не отказывайте, мне не к кому обратиться. По этой проблематике я ничего больше не нашел.

— Почему же… у нас тема болельщиков востребована, футбол мы любим, — мялся Гирд. — Хорошо. Встретимся в кафе, — он назвал адрес. — Я подберу материалы. Но просьба — на меня при написании статьи не ссылаться и на издание, где я работаю, «Аглемейн дахблад», тоже.

— Без проблем, выполню все ваши пожелания. Только вот хорошо бы и фотографии с того матча, но не те, что вы уже публиковали, чтобы у меня не было проблем с авторскими правами.

Журналист Хаанк оказался румяным здоровяком, приветливым и охочим до пива, в футболке с надписью «Я люблю жизнь». Уж в этом, глядя на его цветущий вид, не оставалось сомнений. Ермилов заказал ему (за свой счет, разумеется) две кружки пива, светлого и темного, и Гирд их смешал в собственном желудке минут за пятнадцать, пока они общались. Ермилов было достал блокнот и ручку, вознамерившись записывать, но Хаанк выложил на барную стойку флэшку и щедро разрешил:

— Забирай и не заморачивайся. Это дела давнишние. Сейчас не актуально ни для меня, ни для газеты. А тогда мне даже пытались угрожать. Приходил какой-то тип, верткий такой голубоглазый проходимец, и пытался угрожать, хотел отобрать все наработки по Макгрегору. Но я умудренный жизнью. Спрятал у Марджи. Не впервой. И как показали дальнейшие события, я не зря суетился. Квартиру мою ограбили, забрали все материалы без разбора. А потом этот проходимец каким-то немыслимым образом повлиял на моего шефа, и тот уже велел мне отдать все материалы. Я сказал, что уничтожил их. Отвязались. А шотландец исчез. Мне мой источник из полиции сообщил: ни суда не было, ничего.

— Думаешь, откупился? — с пониманием спросил Ермилов, пряча флэшку в карман.

— Учитывая появление того типа, думаю, задействовал связи. Макгрегор — он же из какого-то именитого рода или клана. Я не слишком разбираюсь в их дворянских титулах. Но помогали ему активно, и дело тут не только в деньгах.

В посольстве Олег устремился в секретную часть и открыл флэшку на компьютере, не имеющем выхода на просторы интернета. Он сразу стал отсматривать фотографии — их тут оказалось предостаточно. Ермилов испытал некоторое разочарование. Придется показывать Евкоеву их все.

Правда, на одной из фотографий был болельщик, похожий по описанию на шотландца.

Ермилов отправил полученные материалы в Москву диппочтой, не исключая, что после его ухода от слежки в Утрехте (хоть и деликатного, не должного вызвать подозрения) на границе его могут притормозить и, наплевав на конвенции (а последнее время они для европейцев и американцев все больше становятся пустыми условностями), обыскать. Пускай потом русские шлют ноты и возмущаются сколько угодно, а дело-то будет сделано.

Олег сообщил шифрограммой Плотникову, не детализируя, что отправил фотоматериалы вализой и сам вылетает первым же рейсом.

Евкоев опознал Макгрегора без промедления и сомнений.

— Вот этот Джимми, — указал он на длинноволосого, запечатленного кричащим в мегафон что-то, стоящего среди толпы. — Только тут он моложе намного.

Рашид с подозрением и уважением поглядел на полковника Ермилова.

— Может, он ваш человек на самом деле? — спросил Евкоев. — Как вы раздобыли его фотографию?

Олег промолчал, а сам подумал: «Хотел бы я, чтобы он был нашим человеком, будучи агентом МИ6. Вот Линли «обрадовался» бы».

Ермилов рассказал Плотникову о том, что Линли буквально преследует его, то и дело сводит их судьба то очно, то заочно, и это удивительно.

— Разве так бывает? — риторически спросил Олег.

— Вы примерно ровесники, работаете в русле противодействия друг другу. Что тут, в общем, удивительного? Я думаю, с твоей персоной у него связаны не менее волнительные и неприятные впечатления, — привычно, как он умел, разложил по полочкам Петр Анатольевич. — Но ты мне зубы не заговаривай! Твои действия в Голландии бессистемны, бессмысленны и просто банально рискованны, — Плотников потряс перед носом Олега его же рапортом. — Если бы не результат… Между прочим, когда ты уехал, я тоже подсел на тему о твоем болельщике и добавил, так сказать, лыко в строку. Вычитал, что был такой футболист шотландской сборной — Джимми Мюррей. Он в 1958 году забил первый гол за сборную на их первом чемпионате мира. Думаю, наш Макгрегор в честь него псевдонимчик взял. Ладно, домыслы в сторону. Теперь по делу. Надо бы обработать Горюнова. С