Маша из дикого леса - Дмитрий Александрович Видинеев

– без триумфа, без куража. Каждый шаг стоил усилий, сопровождался внутренней борьбой. Маше казалось, что что-то невидимое и невероятно злое бродит рядом, изучает её. Воображение рисовало ужасные сюжеты, в которых коряги оживали, превращались в мерзких чудищ, а в плотном воздухе появлялись пауки с головой Грыжи. Ох уж эти фантазии. И без них тошно.

Но что это?

Маша остановилась возле громадной ямы, в которой уместилось бы с десяток домов. Странно. Шла, и как будто бы не замечала, что впереди. Увидела эту круглую яму, только подойдя к краю. Хорошо хоть вниз не грохнулась.

Дно застилал густой белёсый туман. Земля вокруг была серая, как пепел, однообразная. Маша долго рассматривала яму и сделала вывод: когда-то, давным-давно, сюда упало что-то большое. Может, звезда? Она множество раз наблюдала, как звёзды падают. Угасшее, было, любопытство снова дало о себе знать. Возможно, упавшая звезда и есть та самая тайна, о которой Мертвец толковал? Очень, очень интересно! Вот бы поглядеть. Но разве не за этим она здесь? Звезда там, в тумане. Вот только спускаться больно уж боязно. Ну как избавиться от проклятого страха? Мешает и мешает постоянно, словно враг какой-то!

Но теперь уже нельзя отступать, глупо. До цели ведь рукой подать. Ругаясь на свой страх – так было легче, – Маша начала не спеша спускаться. Осторожно, шажок за шажком. Склон был довольно крутой, земля осыпалась под ногами – не съехать бы вниз на полной скорости. Не хотелось оказаться в тумане сразу же, не настроившись.

Остановилась, отдышалась, поглядела вверх. Половина склона осталась позади. Хорошо. «Погляжу на тайну, и побегу домой, – успокаивала себя Маша. – Быстро-быстро побегу, чтобы скорее до живого леса добраться. А вечером сяду у пруда и стану вспоминать…»

Продолжила спуск. В висках застучало, в горле пересохло, да ещё и глаза начали слезиться. Запах здесь был совсем уж противный, резкий какой-то. Маша решила, что задержит дыхание, прежде, чем в туман входить. Она как-то пробовала, когда в пруду купалась – надолго хватило.

Туман уже был рядом. Клубился он как-то сонно, и держался на одном уровне, как вода.

Маша зажмурилась, дождалась, когда резь в глазах пройдёт, и разомкнула веки. Тайна, должно быть, в самом центре. Дойти туда – дойдёт, недалеко ведь, вот только, как что-то разглядеть в такой дымке? Да, проблема. Ну, ничего, постарается разглядеть. Может, даже пощупает. Звезду. Тайну.

И так – глубокий вдох…

Маша резко выдохнула, едва не поперхнувшись. Обомлела. Над поверхностью белёсой хмари появилось что-то тёмное, большое. И оно приближалось, словно плывя по призрачным водам. Нечто издавало звуки, похожие на хриплое дыхание. В голове Маши вспыхнул образ: два чёрных, точно капли грязи, глаза, в которых горели бледные огоньки.

Этого оказалось достаточно, чтобы страх полностью завладел сознанием, вытеснив остальные чувства. Вскрикнув, Маша резко развернулась и бросилась вверх по склону. Позабыла о тайне, о павших звёздах, вообще обо всём на свете. Сердце бешено колотилось. За спиной что-то хрипело, рычало. Оно приближалось, догоняло.

В панике Маша отчаянно карабкалась вверх. На пределе сил. Хоть бы корешок какой попался, чтобы ухватиться, хоть бы камень какой… Скользнёт нога – и вниз, вниз, в пасть чудищу с чёрными глазами! Из груди вырвался визг. Маша буквально влетела по откосу, выбралась из ямы, бросила взгляд вниз…

Это был огромный, размером с корову, зверь. Кабан! Маша видела этого зверя на картинке в какой-то книжке. Давно, очень давно. И, кажется, мама, тогда сказала, что это кабан. А ещё она назвала его вепрем. А однажды сосед приволок в их двор голову вепря, хвастался, что сам убил зверюгу, но та голова была намного меньше, чем у того, кто вышел из тумана.

Выходит, там внизу скрывалось не чудовище никакое, а животное? Огромное, страшное, но всё же животное?

Вот только Маша умела чувствовать животных – Луна научила. И ничего звериного в этой твари не было. Только с виду схож.

Вепрь яростно вспорол изогнутыми клыками землю, тряхнул головой и устремился вверх по склону. Двигался быстро, без усилий. Туман внизу беспокойно колыхался, из бледного он стал каким-то серым, грязным.

Маша помчалась прочь. Бежала и ругалась на своё любопытство. Ну почему не послушалась Мертвеца? Тайну хотела узнать? Вот и узнала на свою голову. А мечтала ведь звезду увидеть, дурочка!

Оглянулась. Охнула – вепрь догонял! Как она так быстро выбрался из ямы? И зачем её преследует, она же ничего плохого ему не сделала?

Ускорилась, насколько это было возможно. Больше не смела оглядываться, но чувствовала: чудище сокращает расстояние. Ей приходилось перепрыгивать через валежник, огибать коряги, а вепрь, словно бы не замечал препятствия – как таран крушил всё, что на пути попадалось. Маша слышала треск, топот, хриплое дыхание.

Что делать? Догонит же?!

А как догонит – затопчет, искромсает клыками, сожрёт! А бежать быстрее она не могла, и так мчалась изо всех сил. И за что ей всё это? Почему постоянно приходится от кого-то удирать? То от Грыжи с топором, то от воображаемого паука, а теперь вот от зверя, который вовсе и не зверь и совсем не воображаемый. Сквозь страх даже обида просочилась.

Она перескочила через овраг, но нога скользнула по краю. Маша упала. Не помня себя из-за мощного всплеска паники вскочила, ринулась к дереву, подпрыгнула и принялась карабкаться. Выше, выше… Она обнимала ствол руками и ногами, подтягивалась, тяжело дыша, снова подтягивалась…

Дерево содрогнулось – вепрь врезался в него, не сбавляя скорости. Маша взвизгнула, пытаясь плотнее вжаться в ствол. Чудовище на секунду застыло, затем попятилось, отошло на несколько метров и снова атаковало дерево, ударив по нему лбом. Ветви от сотрясения сломались и полетели вниз, одна угодила Маше по затылку.

Вепрь недовольно хрюкнул, вспорол копытом землю, снова отошёл, но уже на большее расстояние, а потом огромным бурым болидом помчался вперёд. На этот раз подпрыгнул перед деревом, извернулся и врезался в ствол уже не лбом, а загривком. Удар был настолько мощным, что дерево накренилось, начало падать. Взметая землю, корни вырывались наружу, оставшиеся ветки летели вниз.

Маша завопила. Это же всё, конец! Дерево придавит её, а потом…

Но тело лучше мозга знало, что делать. Прежде, чем ствол завалился на кучу замшелого валежника, Маша оттолкнулась от него руками и ногами, кувыркнулась в воздухе, упала, ударившись плечом об корягу, немедленно поднялась и рванула вперёд, не чувствуя под собой ног.

Спаслась! Невероятно!

Вот только спасение было временным. Вепрь бросился в погоню. С каждым выдохом из груди Маши вырывался