Милосердие - Рада Джонс

— Она тут заведующая по медицинской части. Такие чудеса творит — вообще никому не под силу.

— И как у нее это получается?

— Ведьма, наверное, — пожала плечами Эми. Тейлор рассмеялась.

— Нет, правда-правда. Она будто мысли читать умеет. У нее словно седьмое чувство.

— Шестое, — поправила Тейлор.

— Да хоть пятнадцатое. Я вот о чем говорю: не вздумай ей врать. Если что-то забыла, лучше сразу признайся. Соврешь — она тебя раскусит. Так что лучше даже не пытайся. Оно того не стоит.

А вот тут мне возразить нечего. Оно и правда того не стоит.

Мимо проходил красивый доктор в темно-синем костюме. Он остановился и повернулся к ним.

— Эми, мне нужна твоя помощь.

— Слушаюсь, доктор Крамп. Познакомьтесь, это Тейлор. Новенькая, будет работать у нас.

— Милости просим, Тейлор. В неотложке вы не соскучитесь. Во всех смыслах этого слова.

— Спасибо, что предупредили.

Мужчина кинул взгляд на ее живот.

— Вы беременны?

— Да.

— Срок?

— Двадцать недель.

— Что ж, поздравляю. Эми покажет вам, как у нас тут все устроено. Вам досталась отличная наставница.

— Спасибо на добром слове, доктор Крамп, — улыбнулась медсестра. — Какая палата?

— Четырнадцатая. Мне надо провести гинекологический осмотр.

Тейлор с Эми проследовали за врачом.

— Мне очень жаль, но у вас угроза выкидыша, — вздохнул доктор Крамп, закончив исследовать пациентку.

Молодая женщина начала всхлипывать. Доктор Крамп мягко коснулся ее плеча.

— Это ваша первая беременность?

— Вторая, — сквозь слезы ответила больная.

— Старшенький сейчас дома?

Всхлипы сделались громче.

— У меня был выкидыш на шестом месяце.

— Простите. Сочувствую вам.

Тейлор тоже было очень жалко женщину. Ее боль она переживала как свою.

— Ну что ж, давайте сделаем вам УЗИ. Тогда картина прояснится, — пообещал доктор Крамп, открыл дверь и вышел. Эми с Тейлор проследовали за ним и столкнулись нос к носу с Эммой.

— Тейлор?

Девушка покраснела.

— Вы уже успели познакомиться? — спросил доктор Крамп.

— Да, причем достаточно давно. Тейлор — моя дочь.

Доктор Крамп перевел взгляд с заведующей на девушку и обратно. Затем покосился на живот Тейлор.

— Вот как?

— Сама иногда удивляюсь. Но именно так утверждал ее отец.

Тейлор улыбнулась.

Это ты меня, мама, научила. Твои слова: «Улыбайся всякий раз, когда тебе плохо. И сразу станет легче. Кроме того, так никто не узнает, что у тебя тяжело на душе, и не сделает еще больнее».

Глава 59

Ha следующее утро в личном почтовом ящике на работе Эмма обнаружила белый конверт. Она распечатала его, молясь, чтобы внутри оказалась не очередная жалоба или выговор со стороны отдела контроля качества обслуживания. В руках у нее оказалась открытка с золотой каймой. Текст гласил: «Администрация Северо-Западного университета почитает за честь пригласить Вас на торжественное мероприятие, приуроченное к проводам на пенсию доктора Веры Толпегиной. Выступление ректора состоится в 17:00. Коктейли с обильными закусками на лужайке с 17:30 до 19:00».

Что еще за Толпегина?

Эмма перечитала открытку снова, пожала плечами и кинула в мусорное ведро. Видать, приглашение кинули ей в почтовый ящик по ошибке. И тут заведующая вспомнила.

Ах да, это та русская женщина из попечительского совета. Она назвалась доктором биологических наук. Но зачем она меня пригласила? Мы же едва знакомы. Я в университете никого не знаю. Да и вообще, скорее всего, не смогу пойти: у меня наверняка будет очередное дежурство.

Однако выяснилось, что именно этот вечер у нее свободен, и Эмма решила все же принять приглашение. В любом случае после прогулки с Гиннесс ей было совершенно нечем заняться. Она нарядилась в незатейливое красное платье, накрасила губы в тон, а вместо привычных кроксов в кои-то веки надела туфли. Посмотрелась в зеркало, и отражение ей улыбнулось.

Она специально опоздала, надеясь пропустить речь ректора, но просчиталась. Глава университета пел дифирамбы виновнице торжества:

— Без преувеличения можно сказать, что мы все были безмерно рады работать вместе с доктором Толпегиной. Сущее благословение осознавать, что рядом с тобой трудится профессионал подобного уровня. Она пробуждала в студентах интерес к биологии, заставляя их сердца трепетать в восхищении перед чудесами, таящимися…

И где это люди учатся так ловко переливать из пустого в порожнее? А главное, зачем?

Эмма повертела головой в поисках выхода. Так, проберусь через толпу, мол, в туалет приспичило, а потом тихонько выскользну на парковку.

Рассыпаясь в извинениях, она начала протискиваться к двери, но тут кто-то схватил ее за руку.

— Как же я рад, что нашел вас! А то уже обыскался.

Борис?

Сейчас он совершенно не походил на скалящуюся тыквенную голову с праздника в честь Дня всех святых: прекрасно сидящий черный костюм, густые серебристые волосы подчеркивают свежий загар, а голубые глаза весело разглядывают Эмму. По странному русскому обычаю он троекратно поцеловал ее в щеки. От Бориса исходил древесный аромат дорогого парфюма, словно кто-то разлил французский одеколон в дремучем лесу.

— Вы не представляете, как обрадуется Вера, — улыбнулся он и, не выпуская руку Эммы из своей, потащил гостью за собой через толпу.

Вера сидела на подиуме в красной шляпке, которой позавидовала бы сама королева Елизавета, и откровенно зевала. Борис помахал ей рукой. Увидев племянника вместе с Эммой, Вера улыбнулась, а затем подмигнула в знак того, что им придется чуть обождать.

Наконец ректор передал Вере микрофон, и Толпегина встала. Толпа с воодушевлением принялась ей аплодировать.

— Всем большое спасибо, что не пожалели времени и пришли сюда. Для меня было большой честью работать со всеми вами. Давайте и дальше бороться с климатическими изменениями и беречь нашу планету. Ведь другой у нас нет. — Под оглушительный гром оваций она сошла с подиума.

— И это все? — спросил Борис тетю.

— Больше мне добавить нечего. К чему разводить канитель на полчаса?

Эмма рассмеялась, а Вера заключила ее в объятия:

— Здравствуйте-здравствуйте! Милости просим. Я очень рада, что вы к нам заглянули. Я, кстати, не думала, что вы придете, но Борис все же уговорил меня послать вам приглашение.

— Ради хорошего дела не грех и постараться! Ты ведь сама меня этому учила, тетя.

— Спасибо, что позвали меня, — поблагодарила Эмма.

— Не за что, — отозвался Борис. — Тетя, ты не беспокойся, я возьму Эмму под свое крыло. А ты спокойно разбирайся со своей тягомотиной.

— Смотри, веди себя хорошо, — погрозила ему пальцем Вера.

— То есть умирать со скуки? — возмутился Борис.

— Нет, но хотя бы не забывай о чувстве меры, — рассмеялась тетя.

— Пойдемте, — повернулся к Эмме Борис, — отведу вас к коктейлям.

— Вы уверены, что… — замялась Эмма.

— Не переживайте, доктор Стил, — рассмеялся мужчина. — Я уже не