Кукла из вечной тьмы - Артур Гедеон

Присела на корточки рядом с корзиной и волшебница Елизавета Сорокина. Она достала все ту же пудреницу, взяла из формочки капсулу.

– Можно капнуть в пасть вашему любимцу, но шприцем было бы лучше. Есть одноразовый шприц?

– Конечно, – быстро ответил Панкратов.

– И вату прихватите.

– Хорошо.

Он поспешно ушел.

– Ну что ж, котик, ты готов к чуду? – глядя на старое умирающее животное, спросила Лиза. – Жаль, ты не сможешь его оценить. Но нажраться колбасы ты еще сможешь, и не один раз. Только не сдохни раньше времени.

Панкратов вернулся через минуту.

– Вот, – протянул он шприц в упаковке и вату.

– Ну разорвите, – подсказала Лиза.

– Конечно, – кивнул тот и взялся освобождать шприц.

Лиза тем временем пощелкала ногтем по стеклу, прихватила ватой головку ампулы и сломала ее.

– Шприц, – повелительно сказала она.

Лиза забрала из ампулы весь раствор, оглядела кота и воткнула иглу ему в бедро. Кот только слабо дернулся. Золотой раствор быстро ушел в животное. Затем она вытащила иглу, распрямилась и положила шприц на рояль. Огляделась, прошла и села в кресло – нога на ногу, широко и совсем уже бесстыдно открыв тугую ляжку.

Панкратов сел рядом.

– Разглядываете мои ноги и задницу? – спросила молодая дама.

– Думаю, для вас это обычное дело, Елизавета. Все рассматривают вас с утра до ночи. А кто-то, кому повезет, и с ночи до утра.

– Бывает, – улыбнулась она.

– Вы не замужем?

– Нет. – Она покачала головой. – Я птица вольная, не люблю колец и слежки за собой. Летаю там, где хочу. И когда хочу. И с кем хочу.

– Ну что ж, вы можете себе это позволить. А сколько вас в этой вашей лиге?

– В союзе волшебников-фармацевтов, – поправила она его.

– Точно, – кивнул Панкратов. – Так сколько вас там?

– Много, и нашего полку прибывает.

– Но почему я о вас не слышал? – Он усмехнулся. – Как видно, это очень закрытый клуб.

– Предельно закрытый, уважаемый Кирилл Евгеньевич. Но если мы будем работать, то и вам приоткроются эти двери. Это как войти в сказку. Через коврик Папы Карло.

– Для того чтобы я с вами работал, должно случиться чудо.

– Оно уже случилось. – Его собеседница кивнула на корзину.

Над краем корзины торчала голова кота – он озирался по сторонам. Глаза его блестели, будто он только что услышал мышь. Увидев хозяина, кот вдруг требовательно и низко сказал: «Мяу!»

Панкратов вскочил как ошпаренный, подлетел к корзине. Кот отряхнулся, посмотрел на него и ласково повторил: «Мяу!»

– Попросите вашу прислугу принести колбасы, – подсказала гостья.

– Ира! – завопил он. – Ирина!

Та вбежала в гостиную и стала оглядываться – не убивает ли подозрительная красотка ее хозяина.

– Принеси колбасу! – потребовал он.

– Колбасу?

– Да, колбасу! Докторскую! Быстро! И нарежь ее! Помельче нарежь!

Та улетела. Кот потянулся и выпрыгнул из корзины. Сам, своими силами, и довольно ловко. Не слишком уверенно, но сделал это.

Панкратов сморщился так, как будто проглотил лимон. Недоумение поразило его молнией.

– У него же нос розовый! А был землистый!

А кот тем временем плюхнулся на бок и стал вылизывать свои сокровенные места.

– Что?! – Панкратов согнулся над ним, отрицательно замотал головой. – Барсик?! – Тот поднял на хозяина голову, но проку от хозяина, кроме крика, не было никакого, и кот вновь увлеченно занялся своим туалетом. – Этого не может быть!..

Влетела горничная с нарезанной колбасой на блюдце, увидела Барсика за туалетом и выронила свою ношу. Тарелочка оказалась небьющейся – уцелела, а кот быстро поднялся, рысцой добежал до рассыпавшейся колбасы, едва понюхал ее и тут же стал жадно глотать один кусочек за другим, чавкая и жмурясь от удовольствия. Горничная уставилась на кота, потом на хозяина, затем на гостью и вновь на ожившего кота.

– Я же сказала, – вставая с кресла и обращаясь к горничной, заметила молодая дама, – я ветеринар.

– Ясно, – кивнула та.

– Что это за лекарство? – вопросил Панкратов. – Как вы получили его? Из чего?!

– Из райского яблочка, – с улыбкой пожала плечами Лиза.

– Плевать – откуда оно. Второй ампулой вы тоже можете распорядиться, Елизавета? – поспешно спросил Панкратов. – Это вопрос жизни и смерти.

– Конечно, она в вашем распоряжении. Я для вас их и приготовила.

Он едва позволил ей договорить:

– Тогда едем! Я возьму еще пару-тройку шприцев на всякий случай. Так надо.

«Мерседес» летел через ночь. Напряжение было таково, что Панкратов не мог даже говорить. Но и его молчание наэлектризовало салон, хоть ножом режь. Лиза не заговаривала с ним. Только думала: «Ах, Крымов, вот сукин сын! Вот профи!» Все выведал, все разузнал. Превратил всю жизнь фармацевтического короля Панкратова в открытую книгу. В колоду, перевернутую к игроку лицом – и только одному игроку! Ей, родимой. И теперь она играла этой колодой как ей вздумается.

«Мерседес» остановился у городской больницы – у флигеля с отдельным входом.

Они вбежали в вестибюль. Вахтер преградил им путь.

– Куда так поздно?

– Я Кирилл Евгеньевич Панкратов, что, не узнал?

– Не положено, – нахмурился тот. – Часы посещения…

– Тебя завтра уволят, дурак, ясно?!

Он схватил спутницу за руку, и они вместе понеслись к лифту. Тот медленно сползал, еле открывался, еле закрывался, двигался как столетний дед. Они влетели в кабину, Панкратов нажал кнопку «4», лифт мучительно долго закрывался, затем нервирующе медленно тянулся вверх.

– Боже, да что же он еле ползет? За что я деньги плачу?!

Наконец, кряхтя и покашливая, лифт остановился, двери расползлись в стороны.

– Налево! – бросил Панкратов.

Они пронеслись мимо дежурной медсестры, только и услышали в спину:

– Кирилл Евгеньевич, куда вы? Он только заснул!

Он ворвался в палату, Лиза за ним. Панкратов включил свет. Это была дорогая палата на одного – с высокой кроватью, двумя капельницами с гроздьями флаконов и всеми необходимыми медицинскими приспособлениями по сторонам. На кровати лежал худой молодой мужчина лет сорока, даже смотреть на него было тяжело. Он дышал искусственно, через трубку, и напоминал старого кота в корзине.

– Кто он вам? – спросила Лиза.

– Делайте укол, – кивнул Панкратов. – Умоляю вас, Елизавета. Вот шприц. – Он быстро сорвал с него упаковку.

– Конечно, – кивнула она.

Так же ловко надломила ампулу, набрала золотую жидкость, оглядела больного.

– Нужен спирт?

– Нет, – покачала она головой и сделала укол в предплечье.

На пороге палаты уже стояли две медицинских сестры.

– Кирилл Евгеньевич, что вы делаете? – спросила одна из них.

Лиза обернулась и приложила указательный палец к губам:

– Тсс!

Вбежал и дежурный доктор. Подошел к кровати больного.

– Кирилл Евгеньевич, вы в своем уме?

– Да, Игорь, – кивнул он.

– Это против правил, – категорично сказал врач. – Я отвечаю за пациента.

– Не думаю, – отрицательно