Послание смерти - Лесли Вульф

им в Объединенной системе данных нет, нет даже родственных совпадений. Мы знаем, что один вид ДНК обнаружен только в сперме, а другой — только в ссадинах на шеях жертв, переносом с веревки. У неизвестного, судя по всему, были мозоли на ладонях, возможно, частично зажившие ссадины.

Тесс улыбнулась и хмыкнула. В горле у нее запершило, она прокашлялась и задала вопрос:

— Как же у нас ничего нет, когда у нас есть ДНК, док?

Рицца недоуменно пожал плечами:

— Но нам не с чем их сопоставить. Когда мы поймаем злодея, у нас будет возможность исключить его или предъявить обвинение, но до тех пор…

— Все, что человек собой представляет, отражено в его ДНК, так?

— Ну да, — ответил старый профессионал, и брови у него поползли наверх.

— А что, если мы попросим лабораторию провести полный анализ тех двух образцов ДНК и сообщить нам все, что удастся извлечь? Расу, цвет кожи, цвет волос, любые генетически определяемые черты внешности, предрасположенность к болезням.

— Такого еще никто не делал, — с сомнением в голосе заметил Рицца. — По крайней мере, я об этом никогда не слышал. И вряд ли это достаточное основание для получения ордера на изъятие образца ДНК у подозреваемого.

— Но может сработать?

— В какой-то степени, — согласился Рицца. — Но как нам поможет опознать подозреваемого информация о том, что у него зеленые глаза?

— Пока не понимаю, — неохотно признала Тесс, морща лоб. Она заправила за ухо прядь волос и нервно почесала затылок. — Можно использовать результаты анализа ДНК, чтобы сузить круг подозреваемых, и оттолкнуться от этого.

— У тебя есть список подозреваемых?

— Нет, пока нет, но скоро будет. Как насчет наследуемых моделей поведения?

— Такие существуют, — ответил Рицца, и в его глазах зажегся огонек любопытства. — Есть немало исследований по поведенческой геномике, в основном их проводили на близнецах, и их действительно можно попытаться применить. Но на такой анализ уйдут недели, если не месяцы.

Тесс подмигнула и улыбнулась, но никак не прокомментировала слова коронера.

— А что с ростом? Это как-нибудь записано в ДНК?

— Лишь до определенной степени, — пожал плечами Рицца. — Насколько мне известно, относительно роста есть некая вероятность генетической предрасположенности в зависимости от расовой принадлежности. Остальное определяют факторы окружающей среды и питания.

— Ладно, я поняла, все это не слишком точно, но, по крайней мере, можно сказать, среднего роста человек или великан, так?

— Да, рост в некоторых пределах поддается определению. Знай мы рост их родителей, мы бы рассчитали…

— Если бы мы могли найти их родителей, мы бы нашли их самих, док. И конец расследованию.

— Давай рассчитаем риск полигенных заболеваний, — предложил Рицца. — Риск различных психических заболеваний, которыми, как правило, страдают осужденные убийцы и насильники. Так мы узнаем, к каким расстройствам склонны наши несубы. Обычно эти расстройства оставляют след: приводы, задержания по малолетке, мелкие правонарушения, ну ты меня понимаешь.

— Где сейчас находятся образцы ДНК?

— В лаборатории ФБР, здесь, в Майами.

— Отлично, — отреагировала Тесс и набрала номер Донована.

Он ответил сразу же.

— Помилуй, я только что вернулся, — сказал он и громко вздохнул.

— Пожалуйста, соверши для меня чудо, — попросила его Тесс очень любезно.

— Выкладывай.

— Нужно, чтобы лаборатория провела полный анализ ДНК обоих моих неизвестных. Мне нужно знать все, что есть по их внешности, предрасположенности к болезням, физическим и психическим.

— Еще риску полигенных заболеваний, — вставил Рицца, — а также релевантные хромосомные мутации.

На линии возникла пауза.

— Ладно, это интересно, — заметил Донован. — Но, боюсь, на это потребуется целая вечность.

— Есть двадцать четыре часа. Так пойдет?

— Открой окошко, и ты услышишь стоны, — сухо произнес Донован. — Здесь ребята не только твоим делом занимаются. Но я сообщу тебе, что они скажут. До связи.

— Эй, это еще не все, — не растерялась Тесс. — Нужно, чтобы ты поднял все по трем нашим жертвам. Здесь, в Палм-Бич, нам не хватает инструментов, чтобы установить, где несуб нашел их и по каким критериям выбрал. Все, абсолютно все, что ты сможешь нарыть. Смотри везде: по геолокациям, банковским выпискам, непрямым тратам, активности в Интернете, в соцсетях, на работе.

Было слышно, как Донован быстро стучит по клавишам, делая пометки.

— Помни, ты обещала не загонять своего единственного персонального аналитика.

— Я не обещала, — бросила Тесс. — Ты просил, но я ничего не обещала.

— Ах, так вот как мы запели…

— Нет, но у меня безвыходное положение, и мне нужна твоя помощь.

— Твоими бы устами… — ответил Донован, и в трубке послышались короткие гудки.

Теперь, когда у них наконец появилась стратегия, Тесс смогла перевести дух. Трудно сказать, что полезного ей удастся извлечь из анализа ДНК, но это уж точно лучше, чем ничего.

— Думаете, сработает? — спросила она.

Доктор Рицца покачал головой и улыбнулся:

— Вот этим, моя дорогая, ты и отличаешься от других здешних пациентов.

28. Искушение

Стейси Родригес откинула длинные шелковистые волосы за плечи и наклонилась к телефону. И все же слышно было плохо. Она тихо фыркнула и, прикрыв дверь своего малюсенького офиса, довела до максимума звук в динамике. Стало получше, но все равно ей не удавалось до конца расслышать то, что говорили на другом конце провода. Связь во время еженедельной планерки была, как обычно, никудышной, и частично приходилось догадываться, о чем идет речь.

Говоривший углублялся в несоответствия в документации нового программного модуля, а ей-то требовались ответы всего на пару вопросов! Стейси была архитектором и разработчиком баз данных. Эта профессия, нетипичная для женщины, соответствовала аналитическому складу ума и высокой организованности молодой женщины и позволяла ей жить по собственным правилам, зарабатывая хорошие деньги. Архитекторы баз данных создавали остов программных приложений и выстраивали скелет, который поддерживал работу всей системы. В этом качестве Стейси получила право на личный офис, а не отсек в общем зале, и многочисленные привилегии. Как неофициальные, вроде покрытия расходов на бензин и обслуживания машины, так и официальные — например, гибкий график и удаленная работа.

Однако в эти дни Стейси предпочитала ходить в офис, сбегая из дома от запаха детского питания и бесконечной возни вокруг девчонок. Это притупляло мозг, и даже при том, что ее прекрасная Рената была такой замечательной, просто образцовой мамочкой, Стейси не удавалось сконцентрироваться, когда близкие находились рядом.

Последнее время она находилась в постоянном конфликте с собой. Дома ее нервировали, утомляли и даже раздражали жена и две чудесные дочурки. Однако, оказавшись вдали от них, Стейси начинала ужасно по ним скучать. Все это было совершенно бессмысленно.

Она повернулась на кресле спиной к стеклянной двери и, продолжая слушать бесконечную беседу